Развод с драконом, или Королева куркумы объявляет войну!

Глава 3.

Ревизия прошла успешно. Разложив продукты на очищенной части стола, я прикинула, что при должной экономии еды мне хватит на несколько дней. А это уже хорошие новости!

С сожалением выглянула в разбитое окно кухни — на улице уже царила тьмень тьмущая, а значит, поиски запущенного огорода откладывались до утра. Я была уверена, что подобное место здесь имелось, — ну не могло в поместье не быть своего маленького поставщика свежей зелени! Главное, чтобы там хоть что-то уцелело…

Допрашивать Руфио пока не стала, — всё равно ни сил не осталось на это, ни смысла не было никакого. Всё утром, а сейчас — спать!

— Милый котик, а подскажи, есть ли тут хоть одна комнатка, пригодная для ночёвки?

Руфио, оторвавшись от задумчивого пережёвывания, взглянул на меня с удивлением. В свете огня свечей глаза его блеснули чем-то потусторонним, но у меня не осталось сил даже на лёгкий испуг. Всё же события этого дня уж очень сильно ударили по моей психике и нежному телу бывшей аристократки.

— Есть хозяйская спальня. Я там… сплю, время от времени.

Мне показалось, или рыжик не хотел со мной делиться своим логовом? Но тут уж простите, спать на грязном полу у меня желания не было никакого. Элементарно я потом не встану, а мне ещё пахать в этом особняке как самой настоящей чернорабочей!

Вспомнилась одна книга из фэнтези*, что я читывала будучи студенткой. Там тоже был котик непростой да говорливый. Вот только оказался он заколдованным магом и мог обращаться в мужчину. Ох, надеюсь, мой рыжик не такой?

Решила не откладывать важный вопрос на потом, (нам всё же спать под одной крышей!) и, повернувшись к коту, спросила в лоб:

— Ты же только кот? Не можешь превращаться в других существ? Человека там, например?

Руфио даже закашлялся.

— Я чистокровный кот! Мерзость эти ваши лысые, абсолютно беспомощные тела. Ни в кого я не обращаюсь! И где чуши такой набралась только?

— Но-но, придержи лошадок! Я тебя не оскорбляла, и ты будь добр уважай хозяйку дома, где живёшь!

Руфио благоразумно промолчал, хотя я видела, в нём клокотало желание продолжить спорить. Что ж, маленький шажок навстречу взаимопониманию и гармоничному сожительству сделан.

По опыту знала, — рамки и границы нужно устанавливать сразу, чтобы потом на тебе не ездили всю оставшуюся жизнь, считая тебя удобной и послушной девочкой.

— Сюда, — указав рыжим хвостом, как дорожным знаком, сообщил Руфио.

Я доверчиво толкнула приоткрытую дверь и застыла на пороге, привыкая к темноте, чуть более плотной, чем в коридоре. Там, по крайней мере, через окна в дом проникал свет луны, а тут же…

— Почему здесь так темно? — сдавшись с попытками стать кошкой и разглядеть в комнате хоть что-то, воскликнула я.

— Потому что мне свет не нужен, а это место для сна, — проворчал Руфио. — Или ты спишь под зажжённые канделябры?

Я промолчала. Дома, в минуты слабости и отчаяния, а также когда наваливалась хандра и тревожность, я бывало оставляла на всю ночь работающие ночники. Но делиться личным с котом не собиралась. Да и не поймёт он тонкостей женской натуры.

—Будь лапочкой, сотвори чудо, как на кухне. Мне нужно видеть, куда я ложусь!

Руфио слишком громко вздохнул, — явно выражая демонстративную усталость от моих “капризов”. Это ничего, котик, завтра ты у меня будешь принимать активное участие в уборке дома! Почему-то мне казалось, что возможности у хранителя поместья были куда шире, нежели просто зажигать огоньки на свечах!

Спустя мгновенье на камине — ох, тут и такое имелось! — засветился тёплым огнём очередной тройной подсвечник.

Я поморгала, привыкая к свету, и огляделась. Так и есть, — тёмные шторы закрывали все имеющиеся в спальне окна, — а их было целых два! У левой стены расположилась огромная кровать с витой резной конструкцией для балдахина, которого почему-то на месте не оказалось. Но мне и к лучшему — дышать многовековой пылью со старой ткани — то ещё удовольствие.

Покрывало и подушки на кровати выглядели вполне свежими, — по крайней мере толстого слоя плотной паутины на них не наблюдалось.

Выходит, для себя котик оставил в этой комнате маленький островок чистоты и порядка. И это сыграло мне на руку.

Не думая больше ни о чём, ибо разум мой переполнился огромным количеством новой информации, я в чём была плюхнулась на кровать.

— Эй! Замараешь простыни!

— Завтра, всё завтра, — устало пробормотала я, не находя в себе силы даже на то, чтобы отчитать кота за претензии. Приподняла попу и вытащила из-под себя край покрывала, а вместе с ним и одеяла. И под повторяющиеся причитания кота провалилась в крепкий сон без сновидений.

Пока не проснулась резко от громогласного крика под окнами:

— Хозяйка, выходи!

— Кого там нелёгкая принесла? — проворчала я.

Кровать была такой уютной, подушки так и манили забыть о незваных гостях и проваляться до обеда. Но тут память стукнула меня обухом по затылку.
Резко вскочила с кровати.

У меня тут дел не переделать до осени! Которая, к слову, когда тут? Судя по погоде, скоро...
Отвлеклась. Дел много: поместье сделать пригодным для жизни, провести ревизию сорняков и уточнить, есть ли тут вообще что-либо съестное. Пауков не считаем, букашек есть я не планировала, даже не взирая на последние модные веяния моего старого мира.

Отбросила неуместные ассоциации с принцессой, выглядывающей из башни рыцаря, и высунулась из окна. Сперва никого не разглядела, но голос прозвучал снова — и я заметила тень под густым деревом.

— Любезный, что вам нужно в такую рань?

— Послание от герцога аль Кархана, хозяйка! Соблаговолите принять!

Ишь какой. Этот герцог вообще спит? Приличные люди в такой час дамам послания не шлют.

— А вы, разлюбезный, что это забыли все манеры и орёте в окна? Хотите, чтобы я пожаловалась герцогу?

Я не злыдня, но если меня будят до того, как я выспалась, не дают выпить кофе и посидеть в тишине, созерцая бессмысленность бытия, — кары небесные покажутся обидчику лёгким заигрыванием.