Развод с драконом. Истинность — не повод

Глава 10

Чутьё не подводит. Из кабинета смотрительницы выходит мужчина.

Не просто выходит. Он заполняет собой пространство. Не размерами, хотя он высок и широк в плечах, а... присутствием. Аурой спокойной, неоспоримой силы, которая заставляет воздух вокруг становиться плотнее.

Он одет не в парадные одежды, а в простой, но безупречно сидящий тёмно-серый дублет и штаны, заправленные в высокие сапоги. Светлые волосы, как и в моих кошмарах, собраны у шеи. Его профиль — жёсткий, с резкой линией скулы и упрямым подбородком поворачивается в мою сторону.

Я вжимаюсь в стену, прекращая дышать. Весь мир сужается до щели между кувшином и стеной, через которую я вижу лишь полоску коридора. Я слышу, как он говорит что-то смотрительнице, ещё не выходящей из кабинета.

Кажется, я сейчас умру от страха. Я узнаю голос.

Это Аррон. Я уверена.

Драконы не меняются, поэтому я не удивлена, что он всё тот же. Разве что в данный момент мой бывший муж звучит спокойно и даже вежливо.

— ...благодарю вас за время. Если будет нужно ещё что-то — вы знаете, где меня найти.

Потом шаги. Тяжёлые, уверенные, отмеряющие пространство. Они приближаются. Проходят в паре метров от моей ниши. Я закрываю глаза, будто это может сделать меня невидимой. Чувствую волну тепла — не физического, а того самого, что всегда исходило от него. Смесь старого страха и предательского, забытого ощущения безопасности бьёт по мне, как таран.

Шаги удаляются. Затихают. Дверь, ведущая в холл открывается и закрывается. Он не заметил меня. Не почувствовал.

Слава богам.

Я всё ещё не дышу. Стою, прижав ладони к шершавой стене, и чувствую, как дрожь, которую я сдерживала, вырывается на свободу, сотрясая меня с ног до головы. В ушах звенит тишина, густая, как вата.

Аррон здесь. В приюте «Эрия».

Почему? Звучало так, будто он как-то помогал им, но… Нет, Аррон, которого я знала, никогда не интересовался ничем подобным. А поверить в то, что в этом мерзавце проснулось благородство — уже слишком.

Это просто совпадение или… Приходил к кому-то?

Нет. Нет, он не мог бы.

Аррон мерзавец, но не до такой же степени…

Я замечаю, как каменная стена рядом со мной начинает блестеть от появившегося инея.

Так, стоп. Пора вспомнить, зачем я здесь, и перестать думать об Арроне.

Не для того я жгла мосты, чтобы, мельком увидев его в коридоре, снова строить вокруг него свой мир.

Зажмуриваюсь и кусаю губы. Спорить с истинностью сложно, но я справлюсь. Смогла тогда, подчиню её и сейчас!

Мозг, оттаивая от шока, начинает лихорадочно соображать. Сейчас мой шанс. Я не могу подвести детей и Кайру. Нужно пойти к смотрительнице. Узнать об Элисии. Может быть, спросить совета.

Аррон ушёл. Мне лучше быть внимательнее и не снимать капюшон лишний раз.

Я делаю глубокий, дрожащий вдох и выглядываю из-за угла. Коридор пуст.

Путь к кабинету смотрительницы свободен.

Но теперь он кажется длиннее, чем вся дорога из «Серой гавани».

Стук получается тихим, робким, несоответствующим кипящим внутри страху и адреналину. Кажется, прошла вечность, прежде чем из-за двери раздаётся спокойный голос:

— Да-да, входите.

Кабинет смотрительницы — небольшой, заваленный бумагами и книгами, но удивительно уютный. За столом сидит женщина лет пятидесяти. Она смотрит на меня внимательными серыми глазами, в которых нет ни осуждения, ни спешки.

— Здравствуйте, — голос не сразу начинает меня слушаться. — Прошу прощения, меня зовут Теалин, я из отдалённого приюта «Серой гавани». Можно с вами поговорить?

— Добрый день, — женщина улыбается ещё теплее. — Меня зовут Влада. Чем могу помочь?

Я вхожу в кабинет. Смотрительница указывает в кресло и, прежде чем я начинаю свой рассказ, в моей руке появляется чашка с чаем, в котором плавает ещё и долька лимона.

Некоторое время я смотрю на жёлтый полукруг, пытаясь справиться с эмоциями. Кажется, целую вечность я не думала о том, что чай можно сделать немного вкуснее. А уж когда появляется возможность добавить в него сахар…

— Что с вами? — Влада неверно читает эмоции на моём лице. — Вы приехали ко мне по какому-то непростому делу?

— На самом деле… да.

Я начинаю свою историю. Теперь она звучит более связно, хотя я всё ещё опускаю главное — себя. Я рассказываю о приюте, о новом попечителе, который режет пайки и, похоже, настроен всех нас погубить. О детях, особенно об одарённых, которым нужна помощь. Говорю, что хотела бы связаться с Элисией. Что когда-то она помогла мне и я надеюсь попросить её о ещё одной милости.

Влада слушает, не перебивая. Когда я заканчиваю, она глубоко вздыхает.

— Увы, в отдалённых провинциях это частое дело, — говорит она с искренним сожалением. — Бюрократия, равнодушие, а иногда и откровенная жадность. Вы правильно сделали, что приехали. Самим справиться с таким человеком почти невозможно.