Развод с драконом. Истинность — не повод

Глава 12

Элисия отходит к окну и смотрит во двор. Её профиль кажется вырезанным из тёмного дерева — твёрдым и непроницаемым.

— Ты должна узнать одну вещь о столичных приютах, — начинает она, не оборачиваясь. — Половина детей здесь — не просто сироты. Они бастарды, последствия страсти, скуки или глупости знатных людей Вальдрана. Большинство родителей — мерзавцы, платят за молчание родильниц, а потом стирают сам факт существования ребёнка из памяти, как досадную ошибку.

Она поворачивается ко мне, и в её глазах я вижу не гнев, а скорее презрение.

— Но есть и другие. Те, в ком осталась капля совести. Они не признают детей по ряду определённых причин. Не дают им имени или статуса, но они… инвестируют. Обеспечивают деньгами, образованием, присматривают не слишком навязчиво. Платят за то, чтобы их кровь не росла в грязи и, вероятно, не мстила им, повзрослев.

— Зачем ты мне это рассказываешь?

— Затем, что если ты возьмёшь в «Серую гавань» одного из таких малышей, то получишь доступ к финансам ребёнка, которые положено тратить на улучшение его жизни.

Я слушаю, и картина начинает вырисовываться. Уродливая, циничная, но… дающая шанс.

— И ты знаешь такого ребёнка? — спрашиваю я тихо. — Кто согласится поехать со мной?

— Скажу тебе больше, у нас есть девочка с непростым атрибутом… она опасна, потому что неуправляема. Резонирует с эмоциями других, усиливает их. Для столичного приюта с кучей детей — она катализатор хаоса. Но для тебя… — она смотрит на меня оценивающе, — для тебя, с твоим контролем над стихией чувств, она может стать не проблемой, а… ученицей.

Она подходит ближе, чтобы перейти на шёпот.

— Вот что нужно сделать. Ты оформляешь на неё временную опеку как педагог, специализирующийся на сложных атрибутах. Забираешь её с собой, в «Серую Гавань». Деньги, которые её покровитель переводит на её содержание, поедут с тобой. Это не подаяние от государства, которое может урезать Гой. Это личные средства, принадлежащие ребёнку. Законно потратить их можно только на его нужды: еду, одежду, обучение. Но в маленьком приюте, где всё общее… — она делает многозначительную паузу, — эти «личные нужды» волшебным образом становятся нуждами всех. Хватит, чтобы прокормить всех и даже купить лекарства. Для ребёнка это тоже спасение, ведь пока ей не нашли учителя.

В её словах звучит железная логика. Лазейка. Щель в законе, в которую мы можем протиснуться.

— А Гой? — не удерживаюсь я. — Он же не позволит просто так…

— Он не посмеет тронуть ребёнка, — отрезает Элисия. — Если у девочки есть покровитель, который платит, значит, этот покровитель хотя бы минимально заинтересован в её безопасности. Навредить такому ребёнку, значит бросить вызов защищающей его тени. А Гой… он крупная рыба только когда разговаривает с двумя женщинами, вынужденными ему подчиняться. Он не уехал бы в глушь будь у него серьёзная поддержка в столице, чтобы претендовать на что-то. Сомневаюсь, что он станет рисковать, ведь есть шанс нарваться на очень крупную рыбу.

В её голосе звучит такая непоколебимая уверенность, что я почти начинаю верить.

— А что дальше? — спрашиваю я. — Деньги — это отсрочка. Но Гой остаётся хозяином земли. Он может выжить нас другими способами. Мы не сможем долго надеяться на далёкую тень одного из наших воспитанников.

— Всё верно, — кивает Элисия. — Деньги и тень покровителя дают нам время, чтобы сделать две вещи. Во-первых, подыскать среди знати нового, адекватного покровителя для всего приюта. Кого-то с влиянием, чьё имя заставит Гоя съёжиться. А во-вторых, — её губы складываются в тонкую, безжалостную линию, — найти способ прижать этого выскочку к ногтю. У таких, как он, всегда есть грязь. Долги, незаконные сделки, злоупотребления на прошлых местах. Нужно только копнуть. А копать я умею.

Она смотрит на меня прямо.

— Это риск, Теалин. Ты везёшь в свой дом не просто ребёнка. Ты везёшь магнит для внимания и проблему, которую нужно будет обуздать. Но, возможно, это единственный шанс выиграть войну за «Серую гавань». Что скажешь?

Я закрываю глаза. В ушах звучат голоса наших с Кайрой подопечных. Я вижу лицо подруги, полное усталой решимости. Чувствую липкий взгляд Гоя на своей коже.

Мысль, острая и ледяная, пронзает нарастающую решимость.

— Постой, — говорю я, хватая Элисию за рукав. — Ребёнок… девочка. Она же живой человек. А не… стратегический ресурс. Что, если она не захочет? Ехать с незнакомой женщиной на край света, в нищий, холодный приют, полный незнакомых детей? Она может испугаться. Может отказаться.

И тут же, вторая, ещё более страшная мысль:

— И… а что если Аррон приходил именно к ней?

— К сожалению, это не проверить, на то они и тайные благотворители, — качает головой Элисия.

— Если она его, если Аррон узнает, что я её забрала… Это будет уже не случайная встреча. Это будет прямое похищение. Он никогда не оставит это просто так.

Элисия оборачивается. Её лицо на мгновение становится непроницаемым. Потом она медленно поднимает руки и кладёт их мне на плечи.

— Послушай меня, — говорит она тихо, но с такой силой, что мои сомнения замирают. — С тех пор как вы расстались, у Аррона никого не было. Ни жены, ни любовниц, ни намёка на связь с кем-либо. Всё, что он делал — искал тебя. А для того чтобы появился ребёнок, нужны двое, не так ли?