Развод с драконом. Истинность — не повод

Глава 14

Дорога сблизила нас с Лайрой невероятно. Невольно я привязываюсь ко всем детям, но с этой девочкой у нас какая-то особенная связь.

Если бы я была обычной женщиной и не скрывалась от бывшего мужа, то обязательно удочерила бы её. Просто чтобы не отдавать никому больше.

Но в «Серой гавани» не бывает посетителей и желающих приютить кого-то из наших воспитанников. Мы просто готовим их к взрослой самостоятельной жизни настолько, насколько получается. И учим всему, что знаем сами.

Лайра к тому же оказалась не просто чуткой, а пронзительно наблюдательной девочкой. Она замечала, как я сжимаю вожжи, когда дорога делала крутой поворот, и молча прижималась ко мне, будто пытаясь поддержать. Я не говорила о том, что дела в приюте плохи, но она умна и поняла без моих объяснений. Смышлёная не по годам.

Она задавала вопросы о растениях у дороги, о птицах, и слушала ответы с такой сосредоточенностью, будто собирала сокровища.

И в один из таких моментов тишины, когда солнце клонилось к закату, окрашивая поля в золото, я осторожно спросила:

— А твой опекун… ты его когда-нибудь видела?

Лайра покачала головой, не поднимая глаз.

— Нет. Он просто… есть. Подарки иногда отправляет. Куклу, например. Только девочки её отняли и… — она вздыхает, колупнув ногтем место отсутствующего глаза. — Книжки. А его самого… нет.

Я почувствовала, как камень с души сваливается, оставляя после себя лёгкую, странную пустоту. Значит, не Аррон. Он не стал бы прятаться. Если бы это был его ребёнок… нет, он либо признал бы, либо стёр с лица земли. Но не это. Не этот тихий, анонимный надзор. Теперь мне немного спокойнее. Значит, мы просто везём деньги от какого-то совестливого аристократа. Ничего более.

— Думаю, мы можем пришить твоей кукле второй глазик.

Лайру радует эта новость.

Городок, в котором мы обычно закупались, встречает нас запахом конского навоза, дыма и свежего хлеба. Уже знакомый, почти родной запах нужды и крохотных надежд.

Я останавливаю телегу у знакомого торговца.

— Хочешь купить что-то для себя, Лайра? — спросила я, указывая на лавку с яркими платками и деревянными игрушками. — Платочек новый? Или ещё куклу?

Она посмотрела на витрину, и в её глазах на миг вспыхнул искренний детский восторг. Но потом она снова посмотрела на меня и решительно покачала головой.

— Нет. Давайте лучше купим сладкого для всех. Чтобы хватило.

Мы немного поторговались — мои навыки, отточенные годами выживания, против жадности лавочника были не так хороши, как у дерзкой Кайры, но в итоге мы уложили в телегу три глиняных горшочка с засахаренными грушами. Роскошь, о которой дети «Серой Гавани» и не мечтали, — а также мешок крупы, немножко сушёной рыбы, соли и самый дешёвый, но всё же настоящий флакон микстуры от кашля.

— Прости, Лайра, — виновато улыбаюсь я. — Мы постараемся вернуть в твой сундук взятые монетки как можно скорее.

— Это же для дела, — пожимает плечами Лайра. — Я думаю, что делать добро — правильно. Вы же тоже пытаетесь мне помочь. Так будет честно, если я поделюсь. А опекун ещё пришлёт.

Эта девочка повзрослела слишком рано.

Последний этап пути, от городка до приюта, был для меня пыткой.

Каждый поворот дороги, знакомый ориентир у обочины заставляли сердце сжиматься в ледяной ком. Я готовилась ко всему. К тому, что увижу пепелище. Что ворота будут настежь, а двор — пуст. К тишине, страшнее любого крика. Я сжимала вожжи так, что пальцы немели, и Лайра, чувствуя моё напряжение, сидела, не шелохнувшись, лишь изредка бросая на меня тревожные взгляды.

И вот, наконец, покосившиеся ворота. Они целы. Крыша на месте. Дымок из трубы. Слава драконьим богам…

Я останавливаю лошадь у ворот. Тишина. Ни детских голосов, ни стука топора. Ничего.

Помогаю Лайре слезть и веду её за руку во двор. И тут с громким хлопком распахивается дверь поместья. На крыльцо выходит Вальтер Гой. Его телохранители появляются мгновением позже, и замирают по бокам от двери будто стражники у покоев короля.

Надменный мерзавец.

Стоит, расставив ноги, руки на боках, и смотрит на нас с таким выражением лица, будто мы — навоз, который свалили перед его домом.

— А, — произносит он сипло. — Возвращение блудной овечки. С приплодом. — Его глазки скользят по Лайре с холодным любопытством. — И что это ты приволокла, Теалин? Ещё один рот на моё иждивение?

Я встаю перед Лайрой и задвигаю её себе за спину.

— Это моя новая воспитанница. У неё есть официальный опекун в столице, и я имею полное право…

— Я плевал на твои права, — перебивает он, делая шаг вперёд. Его взгляд становится опасным. — Ты сбежала без моего разрешения. Оставила свои обязанности. Думаешь, мне нужна такая безответственная работница? Проваливай. И забирай подобранного щенка с собой. Пока я добр.

Воздух словно густеет. Где дети? Где Кайра?

Паника, холодная и липкая, начинает заполнять меня. Я не вижу ни одного лица в окнах.

— Где Кайра? — спрашиваю я, и голос звучит резко, как удар хлыста. — И дети?