Развод с драконом. (не)желанная истинная

Глава 5

Я продемонстрировала покорность, следуя за мисс Бишоп, и внимательно огляделась по сторонам. Будучи далёкой от шпионских страстей, я тем не менее старалась подмечать каждую деталь, которая могла бы мне помочь при будущем побеге.

Особняк был довольно небольшим, конечно же, в сравнении с родовым поместьем Грэй. Здание из серого камня впечатляло ледяным бездушием, как будто в нём никто никогда не жил. Отсутствие балконов и мансард, детально симметричные окна, тяжёлые шторы — всё выглядело безупречно и богато, но с другой стороны, полностью безлико.

Сад вокруг дома был не лучше. Аккуратно подстриженные кусты, гравийные дорожки, образующие правильные до скукоты геометрические узоры, пара небольших фонтанов в виде драконов, извергающих воду.

Между ними расположились две каменные лавочки, которые хорошо просматривались из любой части сада.

Да уж, я буду здесь как на ладони для всех соглядатаев.

– На этой территории вы можете совершать утренний променад и принимать солнечные ванны, – произнесла мисс Бишоп, взмахнув рукой по направлению к фонтанам. – Через месяц изгородь будет увита декоративным плющом, и вас не увидят с дороги.

– Понятно, – кивнула я, сохраняя бесстрастное выражение лица, хотя шестерёнки в мозгу крутились как заведённые. Плющ может стать отличным помощником, если он окажется достаточно прочным: по нему можно будет перебраться через ограду. Нужно только дождаться, когда он разрастётся, и тщательно проверить, прежде чем рисковать. Но так, чтобы не привлекать внимание.

Мы вошли в холл особняка, и я невольно поёжилась от пронизывающего холода, которым были пропитаны воздух и сами стены. Повсюду серый мрамор, камень, тяжёлые, тёмные гардины, не пропускающие солнечный свет.

Богатая и мрачная тюрьма.

Звук шагов гулко отскакивал от стен и высоких потолков. Похоже, ковры здесь не в почёте, и любому из служащих мигом станет ясно, где в данный момент находится хозяйка.

– Позвольте представить вам обслуживающий персонал, – вторглась в мои мысли мисс Бишоп, остановившись в центре холла, и громко хлопнула в ладоши.

Передо мной, будто из воздуха, материализовались четыре фигуры: две горничные в одинаковых серых платьях и накрахмаленных чепцах, грузный мужчина с красным лицом, очевидно, повар, и высокий старик с загорелой морщинистой кожей. Наверное, садовник.

– Это мисс Элизабет….

– Грейчёва, – напомнила ей свою девичью фамилию.

– Ваша хозяйка, – добавила она таким тоном, будто представляла не человека, а новый предмет мебели в гостиной.

Слуги синхронно поклонились, не проронив ни единого слова, а их лица оставались полностью бесстрастными.

Никакого любопытства, никакого удивления, радости или неприязни. Пустые маски, лишённые эмоций.

Зомби или роботы.

Я кивнула в ответ, хотя внутри всё сжалось от понимания, что эти люди никогда не встанут на мою сторону.

Скорее наоборот. Они подчиняются не мне, а тому, кто платит им жалованье. И в случае моего побега именно они первыми поднимут тревогу.

Нажалуются мисс Бишоп, леди Грэй или, что хуже, Аррону, увидев, что я не соблюдаю пока ещё неведомые мне правила.

– Вы свободны, – холодно произнесла мисс Бишоп. Слуги исчезли так же бесшумно, как и появились. – Пройдёмте в гостиную, Элизабет. Чем скорее разберёмся, тем скорее я покину это место.

О, даже так?

“Посмотрим, кто в итоге покинет его раз и навсегда,” – подумала я, чувствуя, как уголок верхней губы дёргается помимо воли.

В тёмной гостиной, не предлагая мне ни чаю, ни даже присесть, мисс Бишоп достала из кармана своего платья сложенный вчетверо листок бумаги.

– Итак, вот правила, – произнесла она, разворачивая лист и расправляя его своими длинными, сухими пальцами с такой тщательностью, словно это был драгоценный манускрипт.

Я демонстративно расправила плечи и скрестила руки на груди. Не опустила и не отвела взгляд от каменного лица мисс Бишоп, даже когда она поджала губы, очевидно, недовольная моей дерзостью.

Но меня не волновало её неодобрение. Хуже уже не будет.

– Пункт первый, – начала она монотонным голосом, подняв листок на уровень глаз. – Элизабет Грей-чё-вой категорически запрещается покидать территорию имения без прямого, а в идеале письменного разрешения герцога Грэя или леди Вайноны Грэй.

Я сжала челюсти так сильно, что заныли зубы. Ожидаемо, но всё равно возмутительно.

Держи себя в руках, Лиза. Она ждёт, чтобы ты закатила сцену и обязательно расскажет обоим Грэй все сочные подробности. Не ведись.

– Пункт второй, – продолжила Мариэлла с каким-то мрачным удовольствием. – Запрещено приглашать гостей и стороннюю обслугу, включая портных, модисток и прочих ремесленников. Все необходимые вещи будут доставляться через доверенных лиц семейства Грэй.

– Чего?! – вырвалось у меня помимо воли.

Может мне ещё и на поход в уборную спрашивать письменное разрешение?

Мисс Бишоп даже не удостоила меня взглядом, продолжая монотонно зачитывать:

– Пункт третий. Все просьбы и пожелания Элизабет Грейчёвой должны передаваться строго через обслуживающий персонал и подлежат обязательному согласованию с герцогом или леди Грэй. Прямое обращение, включая письма, строго запрещено. Иными словами, вам нельзя пытаться связаться с герцогом или леди. Исключение – те случаи, когда инициатива исходит от представителей рода Грэй.

С каждым словом меня охватывал всё больший ужас. Кожа покрылась мурашками, а во рту напрочь пересохло!

Это не просто ограничения – это полная изоляция. Особняк, такой безликий и холодный, становится моей пожизненной тюрьмой. И неизвестно, что случится раньше: состарюсь или сойду с ума от подобной жизни?

– Ещё несколько пунктов касаются ваших финансов, корреспонденции и возможных контактов, – продолжала мисс Бишоп, переворачивая лист. – Все они подчинены одной цели – обеспечить вашу полную...

– Зависимость, – закончила я за неё, не в силах больше сдерживаться. Мой голос прозвучал ледяным, но я знала, что внутри меня бушует пламя ярости! — Я не понимаю, откуда столько запретов? Насколько мне известно, это было желанием Аррона расторгнуть брак! Мы не скандалили, не ругались, и как вы знаете, я не стала ему препятствовать! Я не совершила ничего противозаконного, но со мной обращаются так, словно я пыталась лишить жизни короля!