Развод с драконом. Пекарня попаданки

Глава 2

День потянулся за днем. Просыпалась я еще затемно, приводя себя в порядок при свече в небольшой келье. Потом меня ждали долгие молитвы вместе с остальными жительницами монастыря. В остальное время каждая выполняла какую-то работу, каждая – свою. Кто-то трудился на кухне, кто-то стирал белье, кто-то занимался починкой одежды, кто-то убирал в зданиях, кто-то – во дворе, кто-то ухаживал за животными в сараях. Если осталось свободное время, можно было посвятить его отдыху и молитве в келье или пойти в библиотеку, почитать книги о богах. Наверно, в другой ситуации мне понравилась бы такая жизнь.

Настоятельница нагружала меня работой больше, чем остальных. С первого взгляда меня невзлюбила. Но Агата была права: труд отгонял грустные мысли. Прокрутившись в делах день напролет, я падала в постель и засыпала сразу же, без снов. И наверно, это было милостью свыше? Ведь если бы я увидела во сне, в кошмаре, Амели, которую у меня отнимают, я сошла бы с ума.

Моя доченька… Я так мечтала на Земле о семье, о ребенке, что иногда заглядывала на детский отдел одежды, думая, какие пинетки и шапочки купила бы. А здесь, в этом мире, моя мечта исполнилась! И я не позволю отобрать у себя дочь, не допущу, чтобы Амели росла без матери или с какой-нибудь злой строгой мачехой. Мысль о побеге не покидала меня. Но пока у меня не было плана. И все, что мне оставалось, пока я не придумаю, как выбраться, – это тихонько плакать тайком в библиотеке. Там меня и нашла Агата, обнаружила сидящей в кресле в уголке и закрывшей лицо ладонями.

– Ну, что ты? – мягко обратилась она ко мне.

Я подняла взгляд. По моим щекам текли слезы, но сейчас мне было не до того, чтобы вытирать их. Да и Агата всегда по-доброму относилась ко мне.

– Я должна вернуться домой! Должна найти выход! – всхлипнула я. – Я нужна Амели, моей дочери, она ведь совсем маленькая, он наверняка даже не сказал ей правду, что нарочно отправил меня с глаз долой, чтобы я не портила ему репутацию!

– Настоятельница видит, что ты старательная, хорошая, – Агата ободряюще сжала мою ладонь. – Попроси ее поговорить с твоим мужем. Сказать, что ты раскаиваешься.

– Думаешь, ему есть до этого дело? – я грустно покачала головой. – Он просто не хочет, чтобы я мозолила глаза и ему, и высшему обществу!

Я отдернула руку, с досадой ударив по подлокотнику кресла. И зажмурилась, душа в себе желание разрыдаться.

– Ты хочешь сбежать? – тихо спросила Агата.

Я посмотрела на нее долгим, пристальным взглядом, решая, можно ли ей доверять. И наконец медленно, с опаской кивнула. Мне нравилось в монастыре, но жить вдали от ребенка было для меня пыткой.

– Я помогу тебе, – шепнула Агата. – В подвале есть тайный ход. Когда-то давно, много веков назад, когда монастырь только строился, сюда часто совершали набеги кочевники. И сделали тайный ход, через который женщины могли бы сбежать в случае нападения. Правда, сейчас в монастыре о нем почти никто не знает…

– Ого… – протянула я в шоке. – Ты столько всего знаешь, Агата.

За эти дни я, казалось, побывала в каждом закоулочке монастыря! Ведь искала лазейку, способ ускользнуть не замеченной настоятельницей. Но похоже, тайный ход был хорошо запрятан!

– Я прочла все в этой библиотеке. Монастырь – мой дом, – тепло улыбнулась Агата. – Когда мой муж умер, то сын был в отъезде, не знал об этом. Так что я оказалась одна со своей скорбью. Я плохо помню, как все было. Только то, что была зима, а я вне себя от горя. Помню, что плакала на его могиле. Наверно, много часов. Не замечая холода… А когда меня нашли, я уже горела от жара. Лекари тогда сказали, что я не выберусь. А я дала слово, что если богам будет угодно, чтобы я поправилась, я посвящу им остаток дней. Так и случилось. Теперь я не представляю жизни вне этих стен. Но я не ты, мой сын навещает меня, приезжает время от времени. А ты таешь, как свечка, без своей дочки, я это вижу. Ступай в свою келью, а в полночь я зайду за тобой.

– Спасибо тебе, Агата! – я подорвалась на ноги и крепко обняла Агату.

– Все будет хорошо, не бойся… – она утешающе сжала мои ладони в своих, сухих и морщинистых. – Ты же просила богов о помощи. Я видела, как ты чуть не плакала на общей молитве. Значит, все обязательно сложится. Даже если не так легко, как хотелось бы, но обязательно.

Я несмело улыбнулась. Боялась и верить, что уже завтра смогу обнять свою дочку! Я поспешила обратно в свою келью. Вещей у меня особо не было, так что и собирать нечего. Оставалось только ждать. Я мерила шагами келью, не зная, куда себя деть. И вот дверь распахнулась.

– Скорее, идем, – махнула мне рукой Агата.

Мы поспешили к кладовой, а там спустились по лестнице в подвал. У дальней стены стоял узенький шкаф с полками. Агата жестом подозвала меня, и мы вдвоем навалились на него, чтобы сдвинуть с места. Он поддался, скрежетнув по каменному полу. И в слабом свете свечи нашим глазам и правда открылся небольшой потайной лаз! На входе он полностью скрывался за шкафом, а дальше расширялся. Из темноты веяло мхом и сыростью, но я с наслаждением вдохнула этот аромат. Свобода! Я в шаге от свободы! И скоро вернусь к дочери!

Однако мою радость прервал строгий голос настоятельницы:

– И куда же это вы собрались?

Я застыла на миг. Как в детстве, когда кажется, что если не шевелиться под одеялом, то монстр не схватит за ногу. Но взгляд настоятельницы продолжал давить мне в спину. И я медленно-медленно обернулась. Я ждала, что Агата сейчас начнет умолять простить меня. Но вместо этого она вдруг толкнула меня в лаз, одним взглядом приказывая: «Беги!» А сама бросилась к настоятельнице.

– Матушка Лоретт, послушайте! Она и не думает о своем любовнике. Все, чего она хочет, – это…

Но я не слушала, что говорит Агата. Я бежала вперед, в темноту, придерживаясь ладонью за неровную каменную стену. Огонек свечи в моей руке бился и трепетал так, что казалось, вот-вот погаснет. Как бы я тогда нашла выход в полной темноте? К тому же, как оказалось, ход – это не просто коридор. Были еще и ответвления-тупики. Наверно, раньше в них что-то хранили? Ведь я увидела полусгнившие ящики в углу. Когда шмыгнула туда, услышав шаги и голос настоятельницы. Она шла за мной! Я юркнула в один из тупиков, прикрывая свечу ладонью, надеясь, что ее свет не будет бить в основной коридор. Ведь шаги были так близко!