Развод с драконом. Попаданка в ненужную жену

Глава 1

Я не беременна. Снова.

Дрожащей рукой закрываю приложение почты на телефоне и несколько секунд пытаюсь взять себя в руки. Горькое разочарование подкатывает к горлу, не дает дышать. Результаты анализов пришли час назад, но я все никак не могла заставить себя открыть злосчастное письмо. Как чувствовала, что снова будет пролет.

Это седьмая попытка эко. И седьмое декабря. Мое любимое число. Почему-то казалось, что оно принесет мне удачу. Наверно, глупо вкладывать смыслы в какие-то числа. Но надежда глуха к голосу логики и рассудка.

Мне уже тридцать девять, Максу на год меньше. И каждая неудача дается мне все сложнее. Душу на части разрывает. Страх заползает холодными щупальцами в разум, что уже отравлен мыслью. А что, если я никогда не смогу стать матерью?

– Ну что там? – голос мужа за спиной какой-то слишком тихий. Словно он тоже уже все понял.

– Ничего, – поворачиваюсь к нему. Смотрю на мрачное лицо. Видимо, переживает. По-мужски. Это я могу удариться в истерику, а ему только и остается, что хмурить брови и зубы сжимать.

– Марина беременна.

Тон настораживает. Тихий, серьезный.

– Марина? Это с работы та девочка? – недоуменно переспрашиваю я.

Чувствую обиду. Знает же, как болезненно я реагирую на новости о чужих беременностях. Зачем говорит, особенно сейчас?

У всех вокруг все получается, одна я такая… неправильная, неполноценная. Еще и стыд испытываю, что по-человечески порадоваться за нее не могу. Хорошая она девушка, ответственная. Только не припомню, чтобы муж у нее был. Впрочем, какое это имеет значение в наше время?

– Да, та Марина, – Максим выглядит крайне взволнованным. Шумно выдыхает и отводит в сторону глаза. А я, наконец-то, начинаю понимать.

– От кого? – спрашиваю едва слышно.

– От меня, Лен.

Шумно втягиваю воздух. Ноги вдруг кажутся ватными, руки дрожат. Внутри все переворачивается.

– Но… как?

– Ну что “как”, Лен? – Макс на взводе. Принимается вышагивать передо мной, запуская пятерню в редеющие волосы. – Ты что, маленькая, что ли? Рассказать, откуда дети берутся?

– Расскажи, – кривлю губы в горькой усмешке. – Откуда ж мне знать?

– Ну не начинай, а? Думаешь, мне легко…?

Он говорит что-то еще, а я смотрю на мужа так, словно вижу впервые. До боли впиваюсь ногтями в ладони. Внутри все покрывается корочкой льда, горло перехватывает спазмом.

Мне он тоже говорил, что любит. Буквально этим утром. Правда, мимолетом, словно по привычке. И когда эти наполненные страстью слова превратились в обезличенную рутину?

– …на развод завтра подам, – продолжает он. – Давай по квартире сразу решим. Ну зачем тебе трешка, Лен? Тебе и однушки хватит. Сама понимаешь, нам с Мариной большая жилплощадь теперь нужна будет…

Градус омерзения в моей груди просто зашкаливает. Нашу квартиру, просторную и светлую, мы покупали в ипотеку вместе. И закрыли лишь год назад.

Ремонт делали в основном мои родители. А вот дизайном занималась я сама. Каждая комната, каждый уголок — все продумано мной до мельчайших мелочей. Это мой дом, моя крепость. Место, в которое хочется спешить с работы. Идеальные семейные вечера, шумные встречи с друзьями, все мои планы, надежды, воспоминания — все это вложено в эти стены.

А он хочет забрать даже их. Привести другую женщину, сделать здесь хозяйкой. Она будет хлопать дверцами кухонного гарнитура, которые я выбирала целый месяц. Ляжет в мою постель. И детская комната, в которой я заранее все распланировала, будет принадлежать ребенку Макса. Но не моему.

От эмоций трясет. Не верю, что все это происходит на самом деле. А Макс все говорит и говорит. Кажется, уже давно этот разговор репетировал.

– …сама понимаешь, эмбрионы придется утилизировать… – слышу я. Утилизировать, мать его. Как мусор какой-то.

– Себя утилизируй, понял? – хрипло выдавливаю я. Привычные стены давят, не дают дышать. Хочу на воздух. Ничего не объясняя, иду ко входной двери. Надеваю пуховик, шапку, обматываю вокруг шеи шарф.

– Ты охренела, Лен, так со мной говорить? Я же по-человечески все решить хочу… ну и куда ты собралась? – Макс следует за мной, словно привязанный. Нервно дергает головой из стороны в сторону, касаясь ухом плеча.

– От тебя подальше. Собирай вещи, чтобы через два часа и духу твоего не было! – голос дрожит от эмоций. Внутри больно, горько, пусто, словно там вырезали какой-то важный орган. – В суде поговорим.

Еще немного и разревусь. Хочу остаться одна. Душу выплакать. Каждое слово — словно вонзенный кинжал. В сердце, спину… на мне просто живого места нет. Тот, кто был моей опорой все эти долгие годы, попросту предал меня. Утилизировал. Точно так же, как хочет утилизировать мою последнюю возможность стать матерью.

– Ишь как заговорила, – тянет Макс, прищурив глаза. На скулах от злости четко обозначаются желваки. – Это все ты! Слышишь меня, Лен? Ты виновата!

Я почти даже не удивлена. У него всегда все вокруг виноваты. Кроме него, разумеется.

Хватаю сумку, ключи. А муж все распинается.

– Ходишь, как не пойми кто. Джинсы эти, свитер. Волосы в хвост. Разве так выглядит женщина?

Да, так выглядит женщина, которая пашет по двенадцать часов в сутки. Которая устала настолько, что после работы может только сварганить ужин на скорую руку, принести сидящему за компом мужу, принять душ и лечь спать. Потому что на следующий день подъем в шесть тридцать.

И сколько бы я ни пыталась ему объяснить, как сильно заколебалась, всегда слышала одно. “Потерпи, зайка, тебе же скоро в декрет. Нужно подкопить денег”.

Наклоняюсь, чтобы надеть сапоги. Тихие слезы падают на пол. Макс все что-то говорит без остановки — словно плотину прорвало.

В конце финальным аккордом обвиняет меня в том, что я сама толкнула его в объятья Марины. Да вот, прямо толкнула, а он, видимо, без штанов был. А у нее как раз ноги по счастливой случайности раздвинуты. Вот так совпадение!