Развод с драконом — предателем

14

Резкий удар выбивает дух, и я делаю глубокий вдох, из-за которого рот тут же наполняется холодной водой.

Я начинаю отчаянно грести руками, стучать ногами, стараясь выбраться из водного плена. Тащу свое тело вверх, к воздуху.

Оказавшись на поверхности, фыркаю и откашливаюсь, освобождаясь от лишней воды.

Глаза застилает влага, я полностью дезориентирована, кислорода не хватает.

Я бешено молотя руками по воде, пытаюсь найти хоть какую-то опору.

Помощь приходит в виде твердой руки, которая хватает меня за воротник платья и настойчиво тянет за собой, сквозь течение. Через минуту одним рывком меня тащат на берег.

Зрение наконец возвращается ко мне.

Я стою на четвереньках за берегу, упираясь ладонями в землю.. Угодила я прямо в городскую реку, которая своим быстрым течение омывает гранитную мостовую и кирпичные стены домов. Как жилище Марьям, например.

Но кто же помог мне выбраться?

— Ты кто вообще такая? — этот голос не оставляет сомнений.

Я поднимаю голову и натыкаюсь на темный взгляд Аскольда.

Мокрое платье прилипло к тело, холодит кожу, а он взгляда дракона и вовсе хочется поежиться.

Аскольд смотрит со смесью удивления и брезгливости, как если бы увидел грязь под ногами. Но перед ним всего лишь я… В новом облике!

Ну конечно, он меня не узнал. Спасибо доброму Арху за его старания.

— Глухая? — вновь раздраженный вопрос, адресованный мне. — Поднимайся.

Ощущаю сильный захват на своей шее. Мое тело отрывается от земли, ноги безвольно болтаются в воздухе. Своей широкой ладонью Аскольд обхватил меня так, что кислород с трудом добирается до легких.

— Ты. Кто. Такая? — рычит он на меня. — Какого черта Марьям решила тебя спрятать?

— Я…я… преступница, — брякаю первое, что приходит в голову.

— Поясни, — приказывает Аскольд и резко отпускает меня. Я падаю на землю, больно ударяясь бедром. Но сейчас физическая боль — ничто. Мысли бешено скачут в голове, ища выход.

— Я бездомная воровка, — потираю болезненно шею. — Живу на улице. Пришла к Марьям в поисках работы.

— Почему она прятала тебя?

— Да не прятала она меня, —стараюсь говорить как можно более развязно. В Моей голове именно так ведут себя бродяги, которым нечего терять. — Я сама дала стрекача. Услыхала шум и бросилась наутек через черный выход. Боялась, что снова схватят и бросят за решетку.

Скольжу деланно-равнодушным взглядом по лицу Аскольда.

Он мне не верит. Это явно видно по выражению его лица: не доверчивому и злому.

Брезгливо кривя губы он сжимает мой подбородок, тянет за ставшими короткими волосы. Не верит…

— Считай, что твой главный страх осуществится, — он вновь хватает меня, только теперь за запястье. — Посидишь за решеткой до тех пор, пока я не выясню, кто ты на самом деле.

Он с силой тянет меня за собой, и как бы я не упиралась — Аскольд просто этого не чувствует. Я бессильна против него.

Спустя минуту в поле зрения появляются стражники, которым дракон сдает меня на поруки.

— В подземелье ее, — коротко бросает он им. — До моих дальнейших распоряжений.

Мои запястья оказываются в плену цепи, которая болезненно впивается в кожу.

Больной тычок в спину приказывает двигаться.

Я иду под конвоем к черной карете с матовыми боками и решеткой на небольшом оконце. Аскольд уже пропал из видимости. Судя по всему, уже отправился на поиски сбежавшей жены дальше.

Так что же делать мне? Бежать сейчас смысла нет. Но и сдаваться я не собираюсь. Подземелье? Я найду лазейку и выберусь.

— Давай внутрь, — вновь подталкивают меня.

Дверца карета открывается передо мной, я ставлю ногу на узкую ступеньку и оказываюсь внутри темного нутра.

В карете спертый воздух и пахнет чем-то кислым.

Дверца захлопывается и с характерным щелчком закрывается на замок. Карета трогается.

Я теряю счет минутам, пока мы долго едем. Успеваю перебрать в голове сотню вариантов, но все сводятся к одному: снова бежать. До тех пор, пока моя прежняя внешность не вернулась.

— Выходите, — неожиданно тихий мужской голос раздается над самой головой.

Кажется, я задремала, пока мы тряслись по кочкам.

Затекшие от неудобной позы ноги поначалу не хотят слушаться. В глаза бьет яркое солнце, и поначалу я не могу ничего разглядеть вокруг.

Лишь чувствую, как с меня снимают наручники.

Наконец, зрение фокусируется и я вижу, что карета остановилась в лесу. Неподалеку от простого деревянного сруба, в котором чернеет провал открытой двери.

— Проходите, внутрь. Вас ждут и все вам объяснят, — мужчина кивает на этот самый дом.

Я потираю запястья, на которых остались красные следы от цепей и отмечаю, что оказалась я точно не в подземелье, о котором говорил Аскольд.