Развод с драконом. Ты мне больше не нужна

Глава 2

Сыновьям о нашем разводе Реджинальд объявил этим же вечером за ужином. Он сделал это так буднично, словно речь шла о самом обычном деле, вроде продажи лошади или охотничьей собаки.

Впрочем, ни Тиррел, ни Стивен не удивились. Они уже давно знали, что это случится, если ребенок, которого я носила, окажется девочкой.

Но оба они от этого известия словно сжались — их головы опустились, а плечи поникли. А когда у них всё-таки хватило сил посмотреть на меня, в их взглядах я увидела смесь сожаления и беспокойства.

Я любила своих мальчиков и понимала, как непросто им придется, если у Реджинальда появится другая жена. И еще один сын, который будет магически куда более сильным, чем они.

— А что будет с мамой? — дрогнувшим голосом спросил Стивен. — Ей можно будет остаться в Амальфии?

Я была благодарна ему за этот вопрос. Может быть, теперь, когда он прозвучал не из моих уст, Реджинальд передумает?

Но мой пока еще муж покачал головой:

— Об этом не может быть и речи. В Амальфии может быть только одна хозяйка. И ею будет моя новая жена. Лаура завтра же покинет княжество.

Он ничего не сказал о том, какое решение он принял в отношении нашей дочери — должно быть, и сам понимал, насколько чудовищным оно было.

— Но вы не можете так поступить с мамой, отец! — в голосе Тиррела были слышны слёзы. — Она столько лет была вам верной женой! И она ни в чём не виновата!

Мне захотелось вскочить со своего места и подойти к младшему сыну, чтобы обнять его и поблагодарить за поддержку. Но только я дернулась, как Реджинальд предостерегающе взмахнул рукой.

— Будь мужчиной, Тиррел! Не позволяй жалости размягчить твое сердце! Ты сын князя Амальфии и должен помнить об этом всегда!

Но он был не только сыном князя Амальфии, но и моим сыном!

— Но отец!

— Помолчи и дай мне сказать! — перебил его Реджинальд. — Вы уже достаточно взрослые, чтобы самим сделать свой выбор! Мы с вашей матерью расстаемся, и она уезжает из нашего княжества. Я знаю, что вы любите ее, и ее отъезд станет для вас ударом. Поэтому я готов дать вам возможность решить, с кем после нашего развода вы хотите остаться!

Что? Я вздрогнула и изумленно посмотрела на мужа. Неужели он в самом деле это сказал? Неужели он готов позволить моим мальчикам отправиться из Амальфии вместе со мной?

Но ведь это могло означать только одно… Что он не станет настаивать на том, чтобы я ушла в монастырь, и не будет разлучать нас с дочерью!

Боясь поверить в это, я до крови закусила губу, и ярко-красная капля стекла по подбородку и упала на белоснежную льняную салфетку, что лежала на моих коленях.

— Вы можете остаться во дворце, и тогда для вас почти ничего не изменится. Разве только то, что здесь не будет Лауры. Либо вы можете уехать из Амальфии вместе с ней. Но это будет означать, что вы, как и она, потеряете всякое право на княжеский титул и мою фамилию.

В столовой зале воцарилось тягостное молчание, и стало слышно, как тикали стоявшие на камине старинные часы.

Я посмотрела сначала на Стивена, потом на Тиррела. Да, для них это было непростое решение, но я надеялась, что хотя бы один из них захочет поехать со мной. Это дало бы мне надежду на то, что мне удастся сохранить хотя бы часть нашей семьи. И это дало бы возможность моей еще не рожденной малышке не остаться сиротой при живых родителях.

Но оба сына старательно отводили взгляды. И всё-таки я верила в них. Они не могли не понимать, как тяжело мне сейчас было. И как тяжело мне будет остаться одной.

— Стивен! — резко сказал Реджинальд, обращаясь к старшему сыну. — Какое решение принял ты?

И снова возникла пауза, во время которой я боялась дышать.

— Я остаюсь с вами, отец! — наконец, сказал Стивен.

Он так и не решился посмотреть на меня.

— Тиррел! — меж тем, развернулся в другую сторону князь.

— Тир, прошу тебя! — не сдержалась я.

Я не могла промолчать. Я умоляла его не ради себя, а ради той девочки, с которой Реджинальд хотел обойтись столь жестоко.

И младший сын поднял голову. Но еще до того, как он ответил отцу, я прочитала этот ответ в его глазах. И горестно застонала.

— Простите, матушка, но я тоже хочу остаться в Амальфии. Уверен, отец обеспечит вас всем необходимым, и вы ни в чем не будете нуждаться. Вы же знаете, почему он так поступает! Он делает это ради нашего великого княжества!

О, да! Я знала это! Я слышала об этом много раз. Но я не могла согласиться с этим, когда на карту было поставлено счастье моей малышки. Никакая, даже самая благородная цель не могла оправдать того, что ради нее Реджинальд был готов пожертвовать нашей дочерью.

— Наши дети сделали свой выбор, Лаура! — князь поднялся из-за стола, и то же самое торопливо сделали и сыновья. — Ты слышала их слова, и я надеюсь, что ты понимаешь, что ты не будешь иметь право общаться с ними в дальнейшем. Собери до завтра то, что ты захочешь взять с собой. Карета будет ждать тебя сразу после утренней трапезы.

И он пошел к дверям.