Развод с драконом. Ты мне больше не нужна

Глава 8

Она понравилась мне, хоть мы еще и не были знакомы. И всё-таки кое-что в ее словах мне захотелось уточнить.

— Но если ваш амулет было неисправен изначально, то с чего вы решили, что он должен был подавлять волю? Он мог иметь совсем другое действие.

Девушка покачала головой:

— О, поверьте, я уже видела, как действуют такие амулеты. В соседней комнате, — и она указала рукой на стену, — два месяца жила Сюзанна Ровенкур. Она тоже была полна решимости сбежать отсюда. Но после того, как на нее надели амулет, она совершенно переменилась. И послушно пошла под венец. Хотя я предлагала ей снять амулет, но она заявила, что выходит замуж добровольно, и я не посмела действовать без ее согласия. Поэтому я и решила поговорить с вами до того, как вы сами обзаведетесь таким артефактом.

— Благодарю вас, мадемуазель! — я сказала это совершенно искренне. — Я откажусь носить подобный амулет.

— Да, это будет разумно, — согласилась она. — Но только в том случае, если вам предоставят выбор.

— Вы думаете, мадемуазель Вуазьен наденет его на меня силой? Вы правы, такой вариант исключать нельзя. Но если такое случится, я прошу вас — снимите его с меня, если у вас будет такая возможность.

Она кивнула.

— Да, я сделаю это. А потом мы сможем испортить его так, чтобы этого никто не заметил. Но вам придется быть очень осторожной и делать вид, что амулет действует.

Тут мы услышали скрип ступенек лестницы, и я поспешила выскользнуть в коридор, дабы никто не увидел, что я была в комнате этой славной девушки. Я так торопилась, что даже не спросила, как ее зовут.

На сей раз я отыскала свою комнату. И как только закрыла за собой дверь, опустилась на кровать и постаралась обдумать только что состоявшийся разговор. Ситуация оказалась еще сложнее, чем я думала. Если до этого я предполагала, что мадемуазель Вуазьен согласилась принять меня лишь потому, что ее попросил об этом племянник, и я еще надеялась воззвать к ее лучшим чувствам, то теперь я осознала, что в основе ее поступка лежали корыстные мотивы. А если так, то никакие мои просьбы ее решения не переменят, ведь я не смогу заплатить ей больше, чем ей платит Реджинальд.

Обидно мне было и за тех девушек, которые попадали в этот дом. Их лишали собственной воли и права выбора. Заставляли выходить замуж за мужчин, которые не гнушались пользоваться чудовищными услугами мадемуазель Вуазьен. Конечно, некоторые из них могли и не подозревать о том, что тут происходило, но большинство наверняка знали, что их невест принуждали к таким бракам, и молчаливо это одобряли.

Незаметно для себя я заснула и проснулась только тогда, когда горничная коснулась моего плеча и сообщила, что ужин подан.

Она проводила меня в столовую залу, которая была обставлена в тех же темновато-немарких тонах, что и другие комнаты. А на лежавшей на столе льняной скатерти были видны не вполне соответствующие ей по цвету заплатки. Если дело мадемуазель Вуазьен приносило неплохой доход, то она явно была очень скупа, раз не хотела тратить деньги даже не необходимые вещи.

Мадемуазель Вуазьен уже восседала во главе стола. А по правую руку от нее сидела та самая рыжеволосая девушка.

Стол был накрыт на троих, так что я села на единственный стул, перед которым стояла тарелка и лежали приборы.

— Это мадам Лаура Эштон, — представила меня хозяйка. — А это мадемуазель Лидия Тэйлор.

Мы с девушкой поклонились друг другу, и я решила задать тот вопрос, который непременно возник бы у меня, если бы не сегодняшний разговор с Лидией.

— Мадемуазель Тэйлор ваша родственница?

Вуазьен чуть покраснела, бросила на девушку беспокойный взгляд, но всё же кивнула:

— Да, дальняя.

Всё это время Лидия безмятежно улыбалась, не выказывая ни малейшего желания возразить хозяйке.

— Рада познакомиться! — сказала я.

— И я, мадам! — откликнулась она.

Разумеется, я не ждала роскошного ужина, но его скудость всё-таки меня удивила. Нам были поданы тушеные овощи без малейших признаков мяса или рыбы. И невкусный, плохо пропеченный пирог с кислыми ягодами.

Но я съела всё, что положили мне в тарелку, до последней крошки. Потому что надеяться на то, что завтрак окажется более сытным и вкусным, не приходилось.

Когда горничная пришла, чтобы собрать со стола посуду, хозяйка сказала:

— Лидия, вы можете идти!

И девушка послушно поднялась из-за стола и покинула комнату. А когда удалилась и служанка, Вуазьен обратилась ко мне:

— Сегодня вечером у нас будет гость. Надеюсь, вы встретите его без истерик и слёз.

Я посмотрела на нее непонимающе.

— О каком госте вы говорите, сударыня?

— О Реджинальде Амальфи, вашем бывшем муже.

Я вздрогнула. Что ему могло понадобиться тут? Я не произнесла этот вопрос, но мадемуазель Вуазьен прочитала его на моем лице. И ответила:

— Он направляется в столицу Ридении по делам и остановится тут на ночлег. Поверьте, в ваших собственных интересах общаться с ним как подобает благородной даме. В вашем положении лишние переживания совсем ни к чему. Вы сейчас должны думать о своем ребенке.