Развод с драконом. Ты мне больше не нужна

Глава 22

Идти по лесу было страшно. Тут могли быть дикие звери. Поэтому мы старались на отходить далеко от дороги.

А еще было темно. И если на открытых участках тропинку освещала луна, то через густые кроны деревьев ее свет почти не пробивался, и я споткнулась несколько раз.

Наконец, мы признали, что следует остановиться и постараться хоть немного поспать. Нашли поваленное дерево, сели на него, прижались друг к другу, стараясь согреться хоть так.

Я боялась того, что эти холод и страх плохо повлияют на мою малышку, и ругала себя за то, что подвергла ее такой опасности. Но отступать было уже поздно.

Я не знала, смогла ли отдохнуть Лидия, но я провалилась в тревожный сон на пару часов. И когда я снова открыла глаза, между верхушками деревьев уже пробивался свет.

— Нам придется идти пешком до самого города, — сказала Лидия, когда увидела, что я уже не сплю. — Если мы придем в деревню и наймем там подводу, нас запомнят. И когда люди князя начнут о нас спрашивать (а они наверняка будут это делать), то крестьяне всё ему расскажут, и он будет знать, что мы в Верее. А найти нас в одном, пусть даже и в большом городе, гораздо проще, чем в целой стране.

— Да, вы правы, — согласилась я. — Нам следует проявить осторожность. Но если сам князь приехал сюда, значит, он думает, что мы именно здесь.

— Он всего лишь это предполагает. Но если он не найдет нас на этой дороге, то поедет в другие места. А может быть, даже и за границу. А мы пока снимем в городе маленький домик, из которого вам, Лаура, пока лучше будет не выходить. Вы в вашем положении слишком приметны. На рынок и по прочим делам буду ходить я. Ваш бывший муж не знает меня в лицо.

Я с трудом сдерживала слёзы. Я чувствовала себя зайцем, за которым гоняются и охотник, и его собаки. И с трудом верила в то, что нам удастся спрятаться. Но сдаться сейчас было бы бесчестным по отношению к Лидии. Она ввязалась в это дело из-за меня, и если я сделаю что-то не так, то пострадает и она сама. Ее вернут к родителям, а те выдадут ее замуж за ненавистного ей мужчину. Так что и ради нее, и ради своей дочери я должна проявить стойкость.

Наши вещи всю дорогу тащила Лидия. Я пыталась предложить свою помощь, но она не стала меня даже слушать. И хорошо, что у нас еще были остатки пирогов и воды. Мы сделали привал и подкрепились.

День выдался солнечным, и в лесу было тепло. Наша одежда просохла, и мы сразу пошли пободрей. Мы так и старались держаться дороги. Во-первых, чтобы не сбиться с пути (эти места были нам незнакомы). А во-вторых, чтобы услышать, когда князь со своими людьми поедет назад.

Конечно, он мог проехать мимо нас еще ночью, пока мы спали. Но я была уверена, что он задержится у пропускного пункта до утра, чтобы еще при дневном свете осмотреть тех путешественников, что шли по дороге.

Я опасалась, что если мы не доберемся до Вереи до следующей ночи, то у меня просто не хватит сил, и я упаду прямо на тропинке. Мы уже чувствовали голод, и еще одна холодная ночь в лесу лишила бы нас остатков самообладания.

Но, наконец, лес стал редеть, и мы поняли, что приближаемся к городу.

— Мы выйдем из леса, когда стемнеет, — сказала Лидия. — Иначе нас могут заметить. На ночь остановимся на каком-нибудь постоялом дворе. А уже утром я постараюсь найти домик, который бы отвечал всем нашим запросам. Он должен быть небольшим, недорогим и находиться в тихом спокойном месте.

Я восхищалась ее умением даже в трудной ситуации подумать обо всём. У меня самой никогда не было такого характера.

Когда стемнело, мы вышли на дорогу и увидели впереди огни городского предместья. Мы то и дело прислушивались, готовые при любом подозрительном шуме спрятаться в ближайших кустах. Но этого не потребовалось, и мы без происшествий добрались до скромного постоялого двора.

Здесь было грязно и пахло кислой капустой, зато хозяйка была не любопытна и едва взглянула в нашу сторону, когда протягивала нам ключ от комнаты. Да и тут Реджинальд вряд ли стал бы нас искать. Ему, наверно, и в голову бы не пришло, что я могла остановиться в таком месте.

Утром Лидия ушла на поиски жилья и нашла его еще до обеда. Так что, поев сырного супа и сладкого пирога, мы отправились в наш новый дом.

Он находился на узкой окраинной улочке в противоположном конце города. Его хозяином был старый сапожник, который на несколько месяцев уезжал к сыну в столицу и был искренне рад выручить дополнительные деньги за так и так стоявший бы пустым дом.

Мы условились, что будем пользоваться только двумя комнатами и кухней, не трогая ни его спальню, ни мастерскую. Этого нам было вполне достаточно. Плату он запросил небольшую и сразу же позволил нам въехать.

Сам он уехал в Рамсдейт уже на следующий день. Меня он видел лишь в плаще, который, как я надеялась, скрывал мое положение. Не то, чтобы я подозревала в чём-то нашего хозяина, но лучше, если он не будет знать, что одна из женщин, что сняла у него дом, была беременна.

В течение ближайших нескольких дней мы привыкали к новому жилью. Я, как и советовала Лидия, не выходила из дома, чтобы никто из соседей меня не видел. Да и на улице становилось всё холодней, и такая погода не располагала к прогулкам.

Мы старались тратить деньги разумно. Правда, с учетом наступающих холодов нам пришлось купить теплые вещи и хворост для печи. Но во всём остальном мы были скромны.