Развод с драконом. Ты же стареешь

Глава 11

Меня настораживает то, как он ставит вопрос. Словно я тоже подозреваемая.

Технически, Трагер и правда может обвинить меня. Я была одна всю ночь, ко мне никто не заходил, а значит некому подтвердить или опровергнуть тот факт, что я могла выйти и…

Нет, это бред. Я даже чисто теоретически не могу прикинуть мотива, сделать что-то в этом духе.

— Вам интересно, попытаюсь ли я оправдать и защитить Вейрона? — нервно сминаю шёлк юбки. — Нет, я не стану. У него и без меня хватает защитников, которые заявляют, что всё нас связывающее было слишком давно, чтобы иметь сейчас хоть какое-то значение.

Трагер внимательно смотрит мне в глаза. Становится не по себе, будто он читает каждое, даже самое тонкое и незаметное, движение моей мимики.

— Какие у вас были отношения с сестрой?

Вопрос становится для меня неожиданностью.

— Это имеет какое-то отношение к делу?

— Сейчас всё имеет отношение к делу, — пожимает плечами дознаватель. — Так вы ответите?

— Мы… не были слишком близки. Когда умерла наша мама, она была маленькой, чтобы понять, а мне было слишком больно, так что я старалась держаться от неё подальше.

— Чтобы она не слышала ваших эмоций?

— Да, — киваю я. — Ну а потом… я вышла замуж и покинула дом отца.

— Выходит, у вашей сестры есть причины злиться на вас, — замечает Трагер.

— С чего бы?! — вспыхиваю я. — Я не делала ей ничего плохого!

— Ну как же. Она тоже потеряла мать, но была с ваших же слов слишком юной и не могла самостоятельно справиться с потерей. Ваш отец, при всём моём уважении к нему, не относиться к категории людей, способных поддерживать и утешать, значит Алисия была предоставлена сама себе с этой проблемой.

Я чувствую, как жар плавит кожу на моих щеках.

— Вы хотите сказать, что я сама виновата в том, что сестра пытается разрушить мою семью?!

Мне не нравится, как звучит мой голос. Я практически рычу на Трагера, хоть и понимаю, что он ни в чём не виноват.

— Боюсь, с моей стороны было бы бестактно копаться в грязном белье вашей семьи, Элисия. Но, если вам интересна эта загадка, я с радостью помогу вам докопаться до правды. В конце концов, никто не откажется от интересных сплетен, — он нахально подмигивает мне. — Но, в отличие от главных сплетников, я унесу ваши секреты с собой в могилу. У меня банально нет времени посещать приёмы, на которых можно было бы их пересказать.

Я смотрю на него, пребывая в абсолютном шоке. Его эмоции спокойны, как зеркальная гладь воды, лишь иногда по ней пробегает рябь лёгкого веселья. Этот мерзавец провоцирует меня? Для чего?

— Чего вы добиваетесь? — не выдерживаю я.

— Того же, чего и в начале нашей увлекательной поездки. Ищу убийцу вашего отца. Мне показалось странным поведение Алисии, поэтому я решил потянуть и за эту ниточку.

— Вы думаете, она может быть причастна? — голос снова меня подводит.

— К самому убийству — вряд ли. Хотя мотив у неё вполне серьёзный.

— У Алисии? Да отец в ней души не чаял! — снова злюсь я.

— Я понимаю вашу обиду на сестру, но там, где вы видите проявление внимания, она может видеть излишние требования и контроль, — качает головой Трагер, — но, это всё ещё проблемы вашей семьи. Давайте вернёмся к Вейрону. Вы замечали странности в его поведении в последнее время?

— Всё ещё злясь на него за провокации, я пытаюсь вспомнить.

— Нет. Он вёл себя как обычно.

— То есть для него в порядке вещей объявлять вам развод перед кучей гостей?

— Вы издеваетесь?!

— Вовсе нет.

— А, по-моему, да! Я только что потеряла отца, мужа и сестру. Я не знаю как мне быть, а вы вместо того, чтобы дать мне хоть какие-то ответы, провоцируете и ищете способ задеть меня побольнее! Вам доставляет удовольствие? Прекрасно! Смейтесь!

Трагер выслушивает мою тираду, вообще не меняясь в лице. Тот же пронзительный взгляд угольно-тёмных глаз, спокойная мимика. Из эмоций только лёгкая усталость, будто это я его утомила!

И ведь в этом гаде ни капли сочувствия. Он словно и не владеет эмпатией. Вообще не реагирует

Позволив мне выговориться, он наклоняется вперёд и опирается на колени предплечьями. Удивительно, но эта поза будто меняет обстановку. Дознаватель всё ещё занимает ощутимое место в моём экипаже, но теперь делает это не так явно, больше не давит.

— Я говорю всё это для того, чтобы вы разозлились, Элисия, — говорит он тихо, будто рассказывает секрет. — Потому что в вашей ситуации очень легко поддаться слабости и начать искать оправдания. Обратите внимания на свою реакцию, когда я заговорил о вашей сестре. Вас расстроили мои слова, вы защитились рефлекторно, но в глубине души уже начали оправдывать её поступок тем, что были недостаточно ласковы с ней, недодали любви.

— Откуда… вы знаете? — едва дыша спрашиваю я.

— Я неплохо понимаю людей. В силу своей работы, — грустно улыбается он. — Поэтому я хочу, чтобы вы разозлились и не принимали происходящее как должное. Вы не мать своей сестре и не несёте за неё ответственности. Ни один из законов империи, а я их знаю прекрасно, можете поверить на слово или проверить, не даёт ей права вмешиваться в вашу семью и претендовать на вашего супруга. Иногда люди поступают плохо и даже ужасно, но вам же не приходит идея обвинить собственного отца в его убийстве, правильно? — Трагер наклоняет голову к плечу, и его глаза ловят блики солнца, которые тут же утягивает в черноту. — Разозлитесь, Элисия. И дайте мне подсказку, которую вы не видели, пока искали оправдания их поступкам.