Развод с драконом в 40. Месть опозоренной жены

1. Ложь

— ...говорят, нашу княгиню на старость лет потянуло на молодых жеребцов! Старый огонь уже не греет, вот и ищет свежий…

Мое сердце замирает.

Я замираю за стеной густого плюща, не в силах сделать вдох. В этот жаркий июньский день я искала прохлады в саду, предвкушая скорое возвращение мужа, а услышала… этот яд.

Служанки говорили чудовищную, отвратительную ложь!

— Тише ты! — шипит вторая. — Если Алый Князь узнает...

— А что он узнает? Все уже знают! Что она, эта выскочка без роду, наконец-то показала свое истинное лицо. Младший брат, только представь! Господин Каэлен такой юный, пылкий... а она, видите ли, в свои сорок решила его в кровать к себе затащить, пока муж в военном походе!

Ложь.

Грязная, чудовищная ложь.

Кровь с грохотом приливает к вискам. Я чувствую, как дрожат пальцы.

Я — Милослава, верная жена Алого Князя уже шестнадцать лет!

— Говорят, что она даже предлагала переспать королевскому советнику, герцогу Грейвену!

Больше я не могу этого терпеть.

Я делаю шаг из-за поворота.

Звон разбитого серебра кажется оглушительным. Одна из служанок роняет поднос, вторая бледнеет так, что становится похожа на полотно.

— Повторите, — мой голос звенит от ледяного бешенства. — С кем, по-вашему, я изменила своему мужу? Глядя мне в глаза!

— В-ваше сиятельство... мы... это просто болтовня... — лепечет первая, пятясь слиться с изгородью.

— Кто распустил этот слух?! — я наступаю на них, чувствуя, как по телу разливается жар.

Внезапно запястье обжигает острой болью.

Я хватаюсь за руку. Знак Истинности — символ моей связи с Рейкаром — который всегда сиял теплым золотом, вдруг вспыхивает тревожным, багрово-черным светом.

Это дурной знак. Очень дурной.

— Все так говорят! Во всем дворце! — взвизгивает служанка и, не выдержав моего взгляда, бросается бежать. Вторая — следом.

Я остаюсь одна.

Меня мутит. Неужели кто-то посмел очернить меня перед его возвращением?

«Рейкар не поверит», — убеждаю я себя, пытаясь унять дрожь. — «Он знает меня. Он любит меня. Он оторвет языки тем, кто посмел это сказать».

Он знает, что я была верна ему все время.

Он — моя стихия, мой якорь.

С того дня, как он, еще шестнадцать лет назад, во время обучения в академии магии покорил мое сердце, я ни единого раза не позволила себе даже мимолетной фантазии о другом.

Принц Каэлен, Огненный Коготь…

Да, он действительно приезжал.

Юный, с теми же янтарными глазами, но без вековой мудрости и уверенности моего Рейкара. Он прибыл передать новость о том, что муж возвращается из затянувшегося на долгие пять лет военного похода.

Обычный деловой визит.

Мы говорили в моем кабинете минут десять, не больше. Он передал мне приказ об отзыве войск от императора, подтвердил что война на южных границах окончена. Я поблагодарила его за эту действительно прекрасную новость.

И все.

Тем более, он почти ребенок!

Ему чуть за двадцать, я не могу воспринимать его иначе как младшего брата. И чтобы у нас что-то было...

И тут я слышу знакомый грохот колес по брусчатке.

Карета. Его карета.

Сердце подпрыгивает к самому горлу.

Рейкар.

Пять лет. Пять долгих лет я ждала этого момента.

Я надела лучшее платье, я надушилась его любимыми маслами, я считала минуты...

— Рейкар!

Я подбираю юбки и бегу к главному входу.

Плевать на этикет. Плевать на сплетни. Он здесь. Мой муж. Мой защитник.

Он прижмет меня к груди, нежно поцелует и его запах — горячего металла и дыма — моментально прогонит этот ужас.

Я вылетаю на площадь как раз в тот момент, когда черная карета с гербом Алого Дракона резко тормозит.

Я замираю на ступенях, сияя от счастья, готовая броситься ему на шею.

Дверца отлетает с такой силой, что чуть не срывается с петель.

Из кареты выходит он.

Но... это не мой Рейкар.

Это — буря, облеченная в человеческую плоть.

Он в своей парадной форме Главнокомандующего: черный мундир с алыми нашивками, отливающий, как крыло ворона. Его темные волосы, всегда чуть растрепанные, сейчас выглядят как настоящая грива, а лицо перекошено от ярости.

Я делаю шаг к нему, улыбка застывает на моих губах.

— Рейкар, любимый…

Он поднимает голову.

Наши взгляды встречаются.

И в этот момент я умираю.

Потому что в его янтарных глазах, которые всегда смотрели на меня с нежностью, сейчас нет ни намека на любовь.

Там лишь дикая, всепоглощающая ненависть.

А глаза... Боги, его глаза.

Янтарно-алые зрачки сузились, превратившись в тонкие, горящие щели.

Он указывает на меня пальцем, на котором больше нет нашего брачного кольца.

— Как ты смеешь, грязная потаскуха, после всего показываться мне на глаза?!