Развод с драконом в 40. Месть опозоренной жены

3. Боль

Слова Рейкара повисают в воздухе, тяжелые и ядовитые.

Ребенка?

Он сказал, что я предложила подарить Каэлану ребенка?

Это... это уже за гранью не просто лжи.

Это самое настоящее кощунство!

Мало того, что Каэлан не в моем вкусе. Даже если бы он был воплощением всех мужских добродетелей, даже если бы ему было не двадцать с небольшим, а все сорок, он не Рейкар.

И мысль о том, чтобы принять его, чтобы позволить ему войти в меня, чтобы мы вместе породили новую жизнь… меня просто тошнит.

Но ребенок?

Этого не может быть.

Это знаю не только я. Это знают самые именитые лекари Империи, которые осматривали меня после родов.

Аэлина.

Мое солнце. Моя боль. Моя победа.

Пятнадцать лет назад, когда я родила ее, все пошло не так. И дело не в том, что родилась девочка, хотя Рейкар грезил о наследнике. Нет, он как раз принял Аэлину. Все было гораздо страшнее.

Девочка родилась слабой. Даже чересчур слабой.Она едва дышала.

И... она не была чистокровной драконицей.

Метка Истинности на моей руке, та самая, что должна была гарантировать рождение могущественного наследника с кровью отца, дала сбой.

Аэлина была полукровкой. Даже больше человеком, нежели драконом.

Придворные, маги, даже сам Император — все смотрели на нее с сожалением и тут же ставили крест.

— Не жилец, — шептались одни.

— Ошибка природы, — говорили другие.

Третьи вообще строили теории, что моя человеческая сущность, моя чужая душа, испортила кровь дракона.

Но я... я не сдалась.

Я боролась за свою дочь каждую секунду. Я не спала ночами, держа ее крошечную ладошку в своей, отдавая ей всю свою магию без остатка, просто чтобы поддерживать ее и без того хрупкие силы, чтобы ее нежное тельце не сломалось, не прекратило бороться.

И я вытащила ее!

Я вытащила свою девочку с того света!

Аэлина не просто выжила.

Она расцвела.

Выросла ослепительной красавицей с моими серо-зелеными глазами и его темными волосами.

А еще, в ней проснулась магия. И не моя слабенькая, а его разрушительная сила. Та самая, что плавит горы.

Ее приняли в Магическую Академию на три года раньше срока как юное дарование. Единственное исключение за всю историю.

Но платой за ее жизнь стала моя неспособность дать ей брата или сестру.

После тех родов я больше не могла забеременеть.

Сколько бы мы ни пытались. Сколько бы зелий и магий ни испробовали. Тело, отдавшее все силы на спасение дочери, будто сдалось.

И этот... этот мальчишка осмелился вложить в уста моему мужу эту гнусность?

Что я, сломленная и отчаявшаяся, пришла к Каэлану, чтобы вымолить у него дитя?

Я поднимаю на Рейкара взгляд, и в моих глазах уже не только боль, но и леденящая ярость.

Ярость за нашу дочь, за те муки, что мы прошли, за ту пустоту внутри меня, с которой я смирилась ради нее.

— Ребенка? — мой голос звучит тихо, но он режет, как отточенное лезвие. — Ты... ты действительно веришь в это?

Я медленно поднимаюсь с колен. Щека пылает, но это ничто по сравнению с пожаром в моей душе.

— Ты стоял рядом, Рейкар. Ты видел, как она умирала. Ты видел, как я... как мы боролись за каждый ее вздох. Ты знаешь, что после Аэлины во мне ничего не осталось. Ничего! Я не могу родить даже тебе, человеку, которого люблю! А ты веришь, что я смогла бы прийти к нему с таким… таким “предложением”?!

Я вижу, как он смотрит на эти слезы. И в его глазах — не раскаяние, не смятение. Лишь холод и презрение.

— Довольно! — его голос теперь больше похож не на рев, а на шипение раскаленного металла, опущенного в воду. — Довольно этих дешевых слез, Мила! Ты думаешь, я не вижу твоей игры?

Он делает шаг назад, и расстояние между нами внезапно кажется бездонной пропастью.

— Сначала — попытка оправдаться. Потом — оскорбленная невинность. А теперь... а теперь ты вплетаешь в свою ложь нашу дочь? Нашу Аэлин? — Он качает головой, и в его взгляде — что-то похожее на отвращение. — Это низко. Даже для тебя. А может, ты вообще все это время врала? Скрывала от меня правду? Потому что правда не в том, что ты больше не могла иметь детей, а потому что не хотела их от меня?!

Каждое его слово — как удар кинжалом.

Он не просто не верит.

Он перевирает все, во что мы верили, всю нашу общую боль, превращая ее в грязное оружие против меня.

—Ты даже более жалкая, чем Каэлан. Он хотя бы нашел в себе силы покаяться! А ты продолжаешь выворачиваться, даже когда тебя прижали к стене. Только вот я больше не тот наивный дракон, каким ты меня помнишь. А потому, убирайся в свои покои. С глаз моих долой.

— Рейкар...

— Я сказал, УБИРАЙСЯ! — его рык снова сотрясает воздух. — Вечером, на банкете в честь моего возвращения я объявлю о своем решении касательно тебя. А до тех пор... я не желаю тебя видеть. Стража!

Возле нас поспешно появляются двое стражей в алых мундирах — из тех, кто нес дежурство у ворот. Их лица каменные, но в глазах я читаю замешательство и страх.

— Отведите ее в покои, заприте и не сводите с нее глаз. — он бросает им приказ, и его тон не оставляет сомнений. — Обращайтесь с ней как с преступницей.

***

Дорогие читатели!

Не забывайте так же ставить лайк (мне нравится), добавлять книгу в библиотеку и подписываться на меня, чтобы не пропустить продолжение этой истории, мои новые книги, подборки, важные объявления и новости:

https://litnet.com/shrt/7_-v

Если вам понравилась книга, пожалуйста оставьте комментарий - мне будет очень приятно

Спасибо вам и приятного чтения!