Развод с драконом. Я - не твое сокровище!

Глава 8

Мир сузился до ободранного салона кареты, которую бешено трясло. Обрыв реки стремительно приближался. Сердце колотилось, пытаясь вырваться из груди. Липкая, парализующая паника сжимала горло. И вдруг я как будто опять очутилась в своей крохотной квартирке. Слабость, запах лекарств и ощущение полной беспомощности. Я уже умирала так однажды. Покорно ждала, когда всё закончится. И это ожидание было самым страшным. Я не боролась, позволила жизни пройти мимо, позволила другим решать за себя. И умерла в одиночестве, в то время, как мир даже не заметил моего исчезновения.

— Нет! — прошипела я сквозь сомкнутые зубы.

Я не совершу снова эту ошибку! Я буду вгрызаться зубами в новую жизнь.

Я впилась пальцами в деревянный косяк двери, пересиливая страх, который сковывал мышцы, превращая их в вату.

— Агния! Прыгай! Давай сейчас! — мой голос прозвучал хрипло, но повелительно, не оставляя места для возражений.

Не дав себе времени на раздумья, на новую волну парализующего ужаса, я оттолкнулась от бьющегося в конвульсиях порога и сгруппировавшись полетела в сторону, в мелькающие пятна зелени и земли.

Мир перевернулся несколько раз, небо и земля менялись местами. Удар. Глухой, оглушающий, выбивающий весь воздух из легких. Что-то хрустнуло в плече, по ноге разлилась острая, жгучая боль, словно в мышцы вонзили раскаленные иглы. Я кубарем покатилась по жесткой, усеянной камнями и сухими ветками земле, чувствуя, как ткань платья рвется, а кожа сдирается с локтей и коленей, оставляя на земле влажные следы. В глазах потемнело от боли, в ушах зазвенело.

Подняв голову, заливаясь слезами от боли и бессилия, я увидела, как наша несчастная кляча, с бешено вращающимися глазами, полными животного ужаса, с грохотом и душераздирающим треском ломающегося дерева, исчезла за кромкой обрыва. Глухой плеск, похожий на последний вздох, донесся снизу, приглушенный шумом реки.

— Агния! — закричала я, рыдая от боли, страха и отчаяния, царапая ногтями землю. — Агния!

— Госпожа! Я здесь! Жива!

Голос донесся не со стороны обрыва, а справа, из-за кустов густой, высокой, почти по пояс, травы, которая теперь была примят. Я похромала на ее голос. Тело зверски болело, из содранных коленей по голеням текла кровь. Каждое движение отзывалось огненным импульсом в плече. Агния, вся в листьях, пыли и паутине, но, кажется, целая, уже поднималась на ноги, пошатываясь и держась за бок.

— Я... я хотела крикнуть, чтобы вы прыгали с этой стороны, — забормотала она, испуганно ощупывая себя, проверяя целостность костей. — Тут трава густая, мягкая, как перина. Но вы уже... Ай, госпожа, да вы весь бок разбили! И нога...

— Карета упала, — сказала я безэмоционально, тщательно сдерживая начинающуюся истерику.

Агния молча кивнула. Поддерживая друг друга, мы подошли к краю обрыва. Он был не так высок, как мне представлялось в панике, метра четыре, не больше. Но внизу текла мутная, пенистая и быстрая горная река. Темную мутную воду неистово крутило водоворотами.

— После дождей в горах гляди-ка, как ее вздуло, — печально сказала Агния.

Нашей кареты уже почти не было видно. Темный, безжизненный ящик стремительно уносился неумолимым течением, унося с собою жизни двоих существ.

— Нас... нас точно хотели убить, — беззвучно прошептала Агния, и ее лицо стало серым от осознания. — Даже если бы мы чудом выжили при падении... выбраться на берег не смогли бы... Вода ледяная, течение сильное, подводные камни... Шансов не было. Ни единого.

Я смотрела на уплывающие обломки нашего несостоявшегося гроба и понимала: я только что заново родилась. Если бы я вовремя не переборола свой застарелый страх, внутреннюю покорность и веру в фатум, то… А так я стою на берегу злая, испуганная, побитая, но живая. По-настоящему живая, впервые за две жизни.

— Лусильда, — выдохнула я. — Только она может ненавидеть меня настолько, чтобы придумать нечто столь... изощренное.

Агния кивнула и, глянув на меня с хитрецой, со вздохом продолжила:

— Было бы очень хорошо, госпожа, если бы эта... особа... поверила, что у нее все получилось. Думаю, она была уверена, что все пройдет, как по маслу. Не магу из этой кареты было не спастись. Она знала, что вас лишили родовой магии Сантар. Только вот насчет защиты Дома Аншафт... — она многозначительно посмотрела на меня, и в ее глазах заплясали знакомые искорки, — ...кажется, она не понимает, как та работает. Вы физически не могли погибнуть. Пострадать да, но не умереть. Магия дома Аншафт, та самая, что не пожелала вас отпускать, она спасла вас.

Мысль о том, что Рейнард, сам того не ведая и не желая спас мне жизнь, вызвала странное, противоречивое чувство. Горькая ирония смешалась с холодным страхом. Может, это он так пытается вернуть меня? Загнать в угол, лишить всего, чтобы я, обезумев от страха и боли, сама поползла к нему на коленях, умоляя о защите?

— Я ни за что не вернусь в замок, — тихо, но очень четко сказала я. — Ни за что. Лучше смерть.

Агния выдохнула, и в ее глазах блеснуло не просто одобрение, а нечто вроде гордости.

— Это прекрасно. Потому что там, поверьте старой дуре, нас точно прикончат при первой же возможности. Лусильда не успокоится.

Агния вправила мне вывих плеча, перебинтовала кровоточащие порезы, отрывая полосы от своей нижней юбки. Я тоже перевязала несколько глубоких порезов, посмотрела на огромный синяк на левом боку, но хорошо, что ребра были не сломаны.

Покончив с первой помощью, Агния отошла немного в сторону, подняла руки, ладонями вверх, и легкий, почти невесомый ветерок, появившийся в ее ладонях расправил примятую нами траву, стряхнул с листьев капельки моей крови. Я смотрела на это, завороженная, забыв на мгновение о боли.

— Ты владеешь магией? — пораженно прошептала я.

— Крохами, госпожа, жалкими крохами, — она усмехнулась и провела ладонью над моими туфлями, потом над своими грубыми, прочными башмаками. — От бабки-полудраконицы. Говорят, она была внебрачной дочерью какого-то могущественного лорда, променявшего ее мать на пару охотничьих собак. До меня добрались лишь жалкие крупинки, капля в море. Но замести следы, скрыть, куда мы пошли, чтобы нас сразу же не нашли, на это моих силенок хватит.