Развод с драконом запрещён

Глава 3. Она

До последнего я надеялась, что это дурной сон. Но во сне не чувствуешь, как чужие пальцы врезаются в плечи. А я чувствовала.

Меня подхватили под руки и потащили из кровати, совершенно не заботясь ни о приличиях, ни о моих чувствах.

Простынка, которой я так отчаянно пыталась отгородится от этой ситуации, слетела вниз, обнажая сорочку. Хорошо, что я из другого мира, где такая одежда выглядела бы нормальной, выйди я в этой сорочке на улицу летом. Прошлая Мэделин была бы уже в обмороке от шока.

Но я, тяжело дыша и стиснув зубы, не проронила ни слова.

Лорд Фортросс стоял у окна и задумчиво смотрел вдаль.

— Она уже здесь… — сказал он негромко.

Но я услышала.

И это “она” мне сразу не понравилось. Но сейчас у меня были заботы поважнее.

Насколько позволяла жёсткая хватка стражников, я выпрямилась и подняла подбородок. Одарила стражников таким взглядом, что оба стыдливо отвели глаза.

— Я сама, — произнесла тихо и почувствовала, как их пальцы разжались.

Так-то лучше. Я вам не тихоня Мэделин.

Выдернув руки, я в последний раз посмотрела на мужа.

Его профиль, с резкими, благородными чертами, был непроницаем и спокоен. В позе не было ни злобы, ни торжества, ни досады — лишь холодная, вселенская отстранённость, от которой кровь стыла в жилах.

При всём этом безразличии я однако заметила, что его спина, прямая и гордая, была неестественно напряжена, а сжатые кулаки, выдавали яростную борьбу внутри.

Наши взгляды встретились. Он смотрел хмуро. прищурившись, будто чего-то ждал.

Что я кину́сь ему в ноги? Буду умолять не разводиться? Буду просить прощения?

Как бы не так.

Может, прежняя Мэделин и выкинула бы подобное, но не я.

Не хочет и не надо. Я и без него найду своё счастье. Надо только выяснить все юридические аспекты… как тут в этом мире разводятся с драконами? И почему меня надо непременно в темницу?

А потом в сорочке и простыне, накинутой на плечи, словно королевская мантия, я самостоятельно зашагала к двери.

— Оденься, Мэди, — прорычали мне сзади. — Может быть холодно.

Я повернулась, хмуро посмотрев на мужа.

— В темнице оденусь, — сказала чётко и бесстрастно.

И я пошла босиком по холодному камню коридора куда-то вперёд, где предположительно была та самая темница.

Где вообще в замках темницы? В подвале наверное…

Но когда мы с удивлёнными моей решительностью стражниками подошли к лестнице, услышали визгливый истеричный голос:

— Ты кто такая, чтоб мне указывать?! — вопила девушка. — Это теперь мой дом!

В памяти всплыло это неприятное “она”, сказанное моим мужем в спальне. “Она уже здесь”.

И вот она — у лестницы — отчитывала мою служанку.

Кэти, испуганная и растерянная, прижимала к груди корзину белья. Перед ней — молодая “леди” в пёстром шёлке, украшенном объёмными цветами. Кольца на каждом пальце, жемчуг в волосах, золото до горла. Яркая, как ярмарка. И такая же громкая.

— Миледи, я… — запнулась Кэти, бледная, как полотно. — Я только сказала, что в покои лорда входить нельзя без…

— Без чего? Без твоего разрешения? — перебила её “леди” и качнула локтями так, что розы на рукавах стали качаться. — Провинциальная служанка будет учить меня куда мне ходить, а куда нет в собственном доме?!

Я остановилась в трёх шагах.

— Иди, Кэти. Скажи лорду Фортроссу, что к нему посетитель.

Служанка с облегчением присела в реверансе и по моему распоряжению убежала.

— Посетитель? — с усмешкой сказала девушка-ярмарка и повернулась ко мне, оглядывая меня с ног до головы.

Ох дорогой муж. И ты променял старую Мэделин на это? Променял меня на это? Даже после той ночи, что между нами была?

Сердце заныло.

Любовница моего мужа презрительно скривила губы.

— Это ты здесь посетитель. А я теперь хозяйка.

Теперь уже я вернула усмешку.

Посмотрю я, как эта белоручка управится с целым замком. Быть хозяйкой замка Фортросс не так просто, как может показаться. Я за этот месяц точно это выяснила. Тем более, что в каждом из родовых замков есть душа, и душа замка вряд ли примет ненастоящую истинную дракона.

— Не волнуйтесь, леди, — я улыбнулась одними глазами.

Её тонкие ноздри дрогнули.

— Ты дерзишь, потому что он тебя больше не хочет, — прошептала она, делая шаг ближе ко мне. — Потому что он выбрал меня. Моё дитя будет носить его имя.

— Носите его имя хоть всей семьёй по очереди, — ответила я спокойно.

— Милорд! — вдруг жалобно воскликнуло это цветастое недоразумение.

Послышались тяжёлые шаги за спиной. Его шаги.