Развод с генералом-драконом. Несломленная бывшая жена

5

— Я встретил истинную. И вскоре женюсь на ней, — жёстко произносит Райнхарт, держа руки в карманах.

Я чувствую, как под ногами разверзается пропасть.

Сердце рассекает огненным хлыстом — боль такая, что перед глазами вспыхивают цветные пятна.

Колени подгибаются, но я собираю остатки сил и остаюсь стоять.

Я не покажу ему, как мне больно — не упаду и не буду умолять.

— Я поняла, — произношу и удивляюсь своему голосу, как холодно и ровно он звучит. — Пойду наверх соберу вещи.

А горло стискивает жгучим спазмом.

Мой муж выбрал другую.

Я не буду спрашивать, как они встретились, где. Кто она такая и какая из себя. Красивая ли?

Это не важно. Истинная для дракона всегда самая красивая и самая желанная.

Важно то, что я стала лишней.

А-а-а-а! Я не верю, что это всё происходит со мной! Ведь этот мужчина только что был моим, любил меня без остатка. Меня одну!

Но, выходит, что не одну…

Делаю шаг, ноги едва держат. Ступни тяжёлые, словно на них навешали свинцовые гири.

Райнхарт перекрывает путь, его взгляд давит, словно каменная плита. Я боюсь, что он сейчас испепелит меня своей магией. Лучше бы правда так и сделал — это было бы легче, чем эта унизительная раздирающую на части боль — быть ненужной.

Но он неожиданно приподнимает бровь, словно очень удивлён.

— Ты забыла, что я подобрал тебя на улице? Без моей защиты ты пропадёшь, — он грубо усмехается, и эта усмешка ранит ещё глубже. — Я решил, что ты останешься. Моей любовницей, Эбби.

Слова вонзаются в сердце, как раскалённая игла.

А Райнхарт продолжает:

— Жить будешь здесь, в этом доме, я его выкуплю у наместника, — он обводит взглядом стены особняка, который снимает для нас уже год. — Для тебя ничего не изменится, я буду тебя содержать и дальше. А теперь сядь за стол и дай мне закончить ужин. Завтра я отправляюсь на новое место службы, там горячо.

Кровь в моих венах будто превращается в лёд. Меня одновременно раздавливает и разрывает изнутри.

И не из-за предложения стать любовницей, а из-за другого. Он считает меня пустым местом. Подобрал на улице. Я без него никто — вещь, которая не смеет взбрыкивать и должна быть послушной.

— Я не останусь, — отрезаю я. — Особняк можешь не выкупать.

Пытаюсь обойти мужа, чтобы пройти к лестнице, — там в комнате заперт Тедди, я должна его выпустить и забрать с собой.

Генерал хватает меня за руку.

— Куда ты собралась?! — рычит он.

— У меня есть лавка. Я переберусь туда.

— Как только местные бандиты узнают, что ты осталась без моей защиты, твою лавку разнесут. И все бабы из города, которые тебе завидовали, присоединятся. Ты этого хочешь? — Райнхарт морщится.

По коже проносят мурашки. Тело слабеет. Где взять сил?

— Выбор, остаться тебе или уйти, делать буду я. Оверлорд, наделённый властью в этой стране. Всё будет, как раньше. Будь покорной женой, пока ещё ты моя жена, Эбби!

Он подхватывает меня на руки и несёт к столу легко, как пушинку — мускулы у него стальные — не вырваться. Я даже пискнуть не успеваю, как он сажает меня себе на колени.

Сердце колотится в бешеном темпе, и я не знаю, что мне делать. Вырываться глупо! Он гораздо сильнее меня. Не отпустит, а вот синяки может оставить.

Я сижу ровно, не прижимаюсь к нему.

Райнхарт молчит и глядит давящим взглядом, в глубине которого клубится что-то тёмное и опасное.

— Пока ещё ты моя жена, — повторяет он. — И ты не должна спорить со мной. Браслет ты увидела не вовремя, Эбби. Это небыстрое дело — брак среди высших, но обозначить свои намерения перед истинной я должен. Не заставляй меня перед тобой объясняться. Ты ела?

— Утром, — отвечаю я.

— Давай поедим. Я голоден и очень устал.

Райнхарт берётся за приборы. Отрезает кусок мяса, накалывает на вилку и тянет к моим губам.

Я отворачиваюсь.

— Ешь, — Райнхарт произносит тем самым непоколебимым тоном, который не оставляет выбора.

Он мне этот кусок силой затолкает, если откажусь. С ним — всегда как по грани пропасти. И я открываю рот. Жую.

— Умница, — хвалит Райнхарт проводит горячей ладонью по моим плечам, прижимает к себе и целует в лоб.

Шумно втягивает мой запах возле шеи.

Мурашки бегут от его проклятой заботы.

Почему сейчас? Чтобы сделать ещё больнее?

Райнхарт тоже ест. С большим аппетитом жуёт сочный стейк. Голодный.

А потом кладёт на стол тяжёлый кошелёк. Металл глухо звякает о дерево.

— Купи себе завтра новое платье. Украшение, серьги — всё, что захочешь. А теперь пошли в постель, — произносит он, придавливая тяжёлым взглядом.

Он собирается подтвердить свою власть надо мной, доказать, что я всё ещё принадлежу ему.