Развод с Генералом Драконов. Изгнанница рода

= 1 =

Рассвет пробивался сквозь тяжелые бархатные шторы, окрашивая спальню в медово-золотистые тона. Такие тёплые, обманчиво-нежные, словно предрассветный сон, который вот-вот бесследно растает.

Я лежала с закрытыми глазами. Счастливая, довольная и удовлетворённая, чувствуя рядом приятное тепло мужского тела. Мой муж наконец-то со мной.

После месяца разлуки эта ночь была похожа на штормовую бурю: неистовая, жадная, полная отчаянной нежности и безумной страсти. Я так сильно скучала по нему.

Я помню каждое прикосновение, которое он дарил мне ночью. Каждый поцелуй, от которого кожа горела так, словно на ней оставляли клеймо.

Тихий горячий шёпот, которым муж говорил моё имя. Его голос был такой хриплый, сбивчивый, почти молитвенный.

— Леандра…

Внутри меня росло новое, хрупкое чудо. Ещё совсем крошечное, едва заметное, но уже живущее своей отдельной жизнью. Я до сих пор не успела сказать мужу, что беременна.

Я ждала этого утра, чтобы увидеть, как изменится его лицо, когда я прошепчу едва слышно: «Расул, у нас будет ребёнок».

Ещё так рано. Я снова уснула. Кажется, проспала несколько часов. А потом проснулась, улыбнулась. И, не открывая глаз, потянулась к его стороне кровати. Туда, где должно было быть сильное, горячее мужское тело.

Пусто. Расул уже встал. И давно, потому что ткань успела остыть, стала холодной.

Я села, прижимая к груди одеяло. Осмотрелась. И увидела Расула у окна. Муж стоял ко мне спиной. Его широкие плечи напряглись до предела. Тёмные волосы влажные после утреннего омовения.

Он затягивал шнуровку штанов резкими, злыми движениями, ломающими шнурок. Не такими, какими раздевал меня ночью. Тогда его пальцы дрожали от нетерпения. Сейчас — от желания поскорее уйти.

— Расул? — мой голос прозвучал хрипло, и я откашлялась, пытаясь скрыть эту уязвимую дрожь. — Ты рано…

Он обернулся на мой голос.

И я внезапно замерла, словно наткнулась на невидимую стену.

Его лазурные глаза, которые ещё вчера смотрели на меня с такой жадной, почти безумной страстью, от которой у меня перехватывало дыхание, сейчас были холодны, как ледяные пики Драконьих гор.

В глубине этих любимых омутов не было ничего, кроме презрения. Ни искры. Ни сожаления. Ни одного проклятого намёка на то, что он держал меня в своих объятиях всего несколько часов назад и занимался любовью так рьяно, остервенело, словно это последний раз в его жизни.

Я инстинктивно натянула одеяло выше, до самого подбородка. Всё моё тело ещё помнило ласки любимого и горело, ныло, жило в ритме его дыхания.

Но взгляд мужа заставлял меня чувствовать себя… грязной и почему-то чужой.

Вижу, как муж вытащил сумки. Поставил их у шкафа.

— Мы куда-то едем? — спросила я, пытаясь улыбнуться, разрядить это тягучее, напряжение. — Ты говорил, что у тебя важные переговоры в столице, но я с радостью…

— Не мы, — перебил он грубым, стальным голосом, которым мог бы напугать своих врагов. — А ты едешь, Леандра. Одна.

Я моргнула. Его слова как хлёсткие пощёчины. Похоже, я что-то не так поняла.

— Что? — уточнила.

— Собери свои вещи. Сегодня же. В полдень за тобой приедет экипаж.

Он говорил со мной так, словно обсуждал дела с одним из своих подчинённых: сухо, отстранённо, с лёгким раздражением командира, которого отвлекают от более важных дел. Он будто приказывал слуге вынести мусор: не глядя на того, не помня и имени.

— Я… не понимаю, — я откинула одеяло, вставая, и тут же пожалела об этом, поймав его торопливый, брезгливый взгляд, скользнувший по моему обнажённому телу. Словно он рассматривал что-то давно опостылевшее.

В этом взгляде мужа не было восхищения. Ни тени от того, что было ночью. Только холодная оценка и немедленное отвращение.

Пока я ошалело пыталась переварить происходящее, Расул отвернулся. Первым. Подошёл к столику, налил себе вина. Его рука дрогнула, но лишь на миг.

И только тогда, когда муж осушил кубок одним долгим, жадным глотком, он снова заговорил. Но говорил уже с убийственным спокойствием, которое пугало меня сильнее крика.

Я ничего не понимала. Что могло случиться? Ночью он был таким страстным, а сейчас смотрит на меня как на самое отвратительное существо, которое только может быть в этом мире.

— Слушай сюда, Леандра. Моя новая женщина беременна. Я должен позаботиться о ней и о том, чтобы наш с ней сын-дракон родился в законном браке. Моя невеста Сиерра прибудет сюда на днях. К этому времени тебя здесь быть не должно. Не хочу, чтобы она увидела тебя и расстроилась. А с тобой я разведусь. В самое ближайшее время.