Развод с Графитовым Драконом

Глава 5

Глава 5. Императорское благословение на головную боль…

-Брентон-

Разговор с императором нравился мне всё меньше. Наш правитель славился ещё и тем, что испытывал просто неодолимую тягу к вмешательству в личную жизнь своих приближённых. И чем дольше мы сейчас беседовали с императором, тем яснее мне становилось, что моя попытка защитить дочь друга не пройдёт для меня даром. Ещё бы – ведь свадьба с Лианор состоялась внезапно, и к тому же без соизволения нашего правителя. А не получив высочайшего одобрения тогда, пять лет назад, теперь я могу сполна вкусить всю «прелесть» от расплаты за своё самоуправство однажды… и нам с драконом это очень не нравилось!

Генвар поднялся со своего места и подошёл к окну, за которым раскинулась вся столица, словно шахматная доска, на которой он сейчас выстраивал очередную хитроумную комбинацию.

– Брентон… думаю, теперь самое время, чтобы обсудить твоё будущее. И кстати, – тут правитель сделал многозначительную паузу. После чего добавил: – Цени, что я простил твоё самоуправство, когда ты только занял пост канцлера и сразу же так опрометчиво женился на непонятной девице… В общем, что хочу сказать: к счастью, все мы знаем, что твой «попечительный брак» подходит к концу. Через месяц девочка Эвжен станет совершеннолетней, и можно считать, что свой долг ты исполнил. Пять лет – почтенный срок для жеста благотворительности…

В устах императора слово «благотворительность» прозвучало чуть ли не как ругательство – до того ему нравилась моя семейная ситуация. И что интересно, не только мне так показалось – моя драконья сущность тоже отчего-то возмутилась речами императора. Возможно, я и сам уже привык видеть в своём доме это маленькое рыжее солнце… но, как бы то ни было, мне совсем не нравилось, когда посторонние суют свой чешуйчатый любопытный нос в мою жизнь. Пусть даже это был и самый высочайший и облачённый властью нос.

А тем временем, объект моего негодования продолжал вещать о прописных истинах.

– Не забывай, ты – Канцлер Империи, – тут голос Генвара приобрёл особенно стальной оттенок. – Ты фигура государственной важности, Брентон. Драконы хоть и долгожители, и могут позволить себе пятилетнее отвлечение на сентиментальные клятвы, но продолжать подобное и далее – это верх легкомыслия и вообще непозволительная роскошь. Тебе нужна настоящая жена. Необходим союз, который укрепил бы твою позицию в Совете, а вместе с этим и позицию трона.

Мне очень не нравился этот разговор. И думаю, что по моему виду правитель это понял. И хотя я молчал, слушая без возражений, но вскоре почувствовал, как во рту появляется привкус гари – верный признак того, что Генвар задействовал все рычаги влияния, действуя давящей аурой главного дракона.

– Ривьена Дер-Шеррах, – император произнёс это имя с нарочитой торжественностью, будто объявляя наследницу престола. – Девушка из знатнейшего драконьего рода. Да, её собственная ипостась, к сожалению, никогда не пробудится, но кровь чиста. Её отец – мой верный соратник в Совете. Поэтому, считаю, что ваш с ней брак станет идеальным союзом, скрепляющим лояльность ключевых домов.

Правитель положил руку мне на плечо. Жест должен был выглядеть как знак доверия, но длань нашего венценосного предводителя придавила тяжестью не хуже, чем монолит скалы.

– И к тому же, ваш союз с Ривьеной элегантно разрешит пикантную ситуацию, которую девушка сотворила под влиянием чувств к тебе, Брентон. И таким образом, для всех станет ясно, что не было никакого преступления. Была лишь юная пылкость, не нашедшая иного выхода. Страстная любовь, которая немного опередила формальности, не дождавшись официального оглашения о вашей помолвке. Романтично, не правда ли? Все будут довольны: отец – видной партией для дочери, ты – полезными связями, империя – стабильностью. А девица… девица получит того, кого так «страстно желала».

Я отстранился, нарушив тем самым придворный протокол. Но подобное вмешательство в собственную жизнь меня, мягко говоря, напрягало. Но больше всего возмущало другое: меня, Брентона Дер-Таларра, представителя рода графитовых драконов, который веками выстраивал свою репутацию на честности, преданности короне и силе, теперь пытались втянуть в эту пошлую, лживую интригу!

– Ваше императорское величество, – постарался говорить как можно спокойнее, хотя трудно было оставаться хладнокровным в подобной ситуации. – Вы предлагаете мне жениться на преступнице, чтобы скрыть её преступление и укрепить политический альянс. Я верно вас понял?

– Напротив, я предлагаю тебе принять мудрое государственное решение, – поправил меня император, и в его голосе не осталось больше и тени от недавней отеческой заботы. – И я очень надеюсь, Брентон, что ты проявишь ту дальновидность, за которую тебя так высоко ценят.

На этой разгромной ноте разговор с императором завершился. Впервые за долгие годы я почувствовал, что ситуация выходит из-под контроля. И что хуже всего – я даже не знал, с чего начать, чтобы её исправить.

Но вторая шокирующая новость дня ждала меня дома. Когда вечером я вернулся в свой особняк, то обнаружил, что покои Лианор пусты, а на моём письменном столе в кабинете лежит аккуратно сложенный лист пергамента, который превратил этот и без того скверный день в настоящую катастрофу…