Развод с Графитовым Драконом

Глава 7

Глава 7. Миражи и обманчивая лёгкость...

-Лианор-

И снова тётушка оказалась права. На следующее утро мне и в самом деле стало лучше. Странное недомогание отступило, зато вместо слабости и головокружения во мне вдруг проснулся зверский аппетит.

А ещё… ещё я проснулась в прекрасном настроении и с неясным ощущением чего-то необыкновенного и по-настоящему удивительного. Возможно, всё дело было в странном сновидении – таком ярком и реалистичном, что казалось всё это со мной случилось на самом деле.

Мне снилось, будто я парила, парила высоко над горами, долетая до самых облаков. Мне было так хорошо и радостно, как, пожалуй, не было ещё никогда. Я играла с ветром наперегонки, ловила воздушные потоки, которые ласково подхватывали меня и кружили, кружили… Я летала, а внизу подо мной проплывали зелёные острова густых лесов, проносились яркие ковры лугов и полей, и мелькали серебристые кружева из нитей рек и озёр, напоминающих бирюзовые кляксы на холсте художника. Я чувствовала невероятную силу в каждой клеточке своего тела, ощущала непривычные свободу и мощь, а ещё и… невероятную лёгкость. Такую лёгкость, будто я сбросила с плеч невидимую каменную тяжесть, которую носила всю жизнь.

А потом я вдруг проснулась. Абсолютно здоровая и дико голодная. И чувствовала, что не просто хочу завтракать, а готова съесть целого кабана, и желательно с гарниром. Когда попросила тётушку, уже одетую и собранную, заказать на завтрак побольше мяса, кажется, она решила, что я пошутила.

– Детка, – прищурилась тётя Мелинта, поднося свою ладонь к моему лбу, – а ты точно хорошо себя чувствуешь? Мне кажется, будто у тебя глаза подозрительно сияют, и щёки горят лихорадочным румянцем…

– Я просто выспалась! – весело ответила ей, вскакивая с кровати и чувствуя, как энергия бьёт из меня ключом.

Мне хотелось бежать далеко-далеко, прыгать высоко и кричать от восторга. Вся горечь вчерашнего дня куда-то испарилась, словно её сдуло тем самым горным ветром из сна. И теперь мне хотелось действовать. Но сначала надо было подкрепиться.

– И я правда умираю от голода, – серьёзно заявила родственнице. А потом задорно рассмеявшись, клюнула поцелуем в щёку свою недоверчивую тётушку и попросила: – Пожалуйста, тётя, пусть принесут яичницу с колбасками. И обязательно ветчины. И… может, ещё курочку? Жареную и целиком!

Мелинта смотрела на меня так, будто я внезапно заговорила на древнем языке драконов, о котором мне когда-то рассказывал Брентон, показывая древние фолианты, сохранившиеся с давних времён.

– Лианор, дорогая… ты вчера едва ложку бульона проглотила. А сегодня вдруг решила целый пир на завтрак закатить... Ты уверена, что с тобой всё в порядке?

Чтобы успокоить мою милую родственницу (а заодно и удовлетворить собственное любопытство), я бросилась к небольшому зеркалу над умывальником. И замерла в удивлении.

Тётя была права. Мои глаза, обычно спокойного зелёного цвета, какой можно найти в лесной тени, сейчас действительно блестели. Не просто блестели – в их глубине, казалось, вспыхивали крошечные золотые искорки, которые тут же гасли, чтобы через мгновение появиться вновь. Это было странно и… очень красиво. Как будто кто-то рассыпал в них солнечную пыль.

Я прищурилась, приглядываясь. И мне на секунду вдруг показалось, что мой зрачок… изменился. Вытянулся и стал узкой вертикальной полоской, как у кошки. Или как у… Нет. Я резко моргнула. И снова всё было как обычно. Круглый, нормальный зрачок.

«Игра света, или отражение от медного таза – что угодно» – отмахнулась, решив про себя не придавать значения подобным пустякам.

– И вообще! – заявила, отворачиваясь от зеркала и придавая себе самый беззаботный вид. – Чувствую себя просто превосходно, настроение замечательное – значит, всё хорошо! Тётя, ты не представляешь… я ощущаю такой прилив энергии, что готова взлететь. Буквально!

– Взлететь я тебе не советую, – сухо заметила Мелинта, но в её глазах промелькнуло облегчение. – А вот позавтракать – это мы можем устроить. Только если съешь всё, что заказала, не вздумай потом жаловаться на тяжесть в желудке.

Завтрак в общей зале «Гордого Единорога» стал для окружающих, должно быть, неплохим развлечением. Хрупкая на вид рыжеволосая девушка с аристократическими манерами уплетала жареную курицу, яичницу с колбасой и две порции овсянки с таким видом, будто готовилась к многодневному переходу через пустыню. Тётя сидела напротив, попивая чай и наблюдая за мной с выражением, балансирующим между ужасом и гордостью.

Ну а после завтрака, когда тётушка удостоверилась, что я наконец насытилась и чувствовала себя по-прежнему превосходно, мы снова тронулись в путь.

И всё в этот день казалось мне прекрасным: и солнце, льющееся в окна, и запах свежего хлеба, и даже грубоватые шутки извозчиков на стоянке экипажей. Я была свободна, полна сил, и мир лежал у моих ног. О Брентоне думать не хотелось. Совсем.

Весь день пути тётя наблюдала за мной с лёгкой настороженностью, но я только отшучивалась, напевала весёлые мотивчики и восхищалась проплывающими за окном пейзажами. Энергия не иссякала. Казалось, я могла бы пробежать рядом с экипажем весь оставшийся путь до академии.

Но судьба, похоже, обожала подкидывать мне сюрпризы именно под конец дня.

Сначала вернулось лёгкое головокружение, знакомое по вчерашнему дню. Потом к нему добавилась странная, ноющая теплота где-то глубоко в грудине – не боль, а скорее чувство распирания, будто внутри надували маленький, тёплый шарик. Я попыталась отмахнуться и сделать вид, что всё в порядке, но тётя ничего не пропускала мимо своих зорких глаз.

– Лианор? – её голос прозвучал тихо, но тревожно.

– Всё хорошо, – попыталась я улыбнуться, но улыбка вышла натянутой. Тепло в груди начало пульсировать в такт сердцебиению, и с каждой минутой пульсация становилась сильнее. – Просто… опять немного укачало.

Но это было что-то другое. Мир за окном начал плыть, но не из-за укачивания. Краски стали неестественно яркими, потом вдруг поблёкли. Звук колёс, стук копыт – всё это то удалялось, становясь глухим гулом, то обрушивалось на меня с оглушительной ясностью. Я схватилась за скобу у двери, чувствуя, как сознание погружается в непроглядную темноту…