Развод с миллионером. Я вас верну!

Глава 6. Эдгар

– Боже мой! Я в раю! – лепечет Жанна, откидываясь на спину.

Ее длинные темные волосы разметались по подушке, а обнаженное тело все еще подрагивает от пережитого удовольствия. Она счастливо улыбается и восторженно глядит мне в глаза. Как влюбленная кошка, ей-богу.

Мы неплохо развлеклись, это правда. Но, в отличие от моей партнерши, столь бурных эмоций я не испытываю. Секс – это просто секс. По-моему, ему придают слишком большое значение.

– Хочется курить, – мурлычет Жанна, блаженно потягиваясь. – У тебя есть?

– Глянь в верхнем выдвижном ящике, – лениво отзываюсь я. – Может, завалялась пачка.

Жанна грациозно соскакивает с кровати и, игриво покачивая бедрами, семенит к столу. У нее красивая фигура и округлые ягодицы. Кто знает, может, мы повторим наше маленькое приключение еще раз.

Будучи лучшей подругой моей бывшей жены, Жанна всегда пускала на меня слюни. Нет, открыто, конечно, не домогалась, но ее заинтересованные масляные взгляды сопровождали меня везде и повсюду.

Она явно была не прочь перепихнуться за спиной у Яси, но, находясь в браке, я соблюдал кристальную честность. Прежде всего – перед собой. Ведь Ясмина – это мой выбор. Я принял решение жениться на ней самостоятельно. И сделал это по большой любви. Поэтому размениваться на других женщин у меня не было ни малейшего желания.

Я положил все яйца в одну корзину. Сделал ставку на Ясмину и был верен ей.

В конечном итоге это вышло мне боком, но… Это уже совсем другая история.

– Нашла! – Жанна победоносно трясет бело-голубой пачкой. – А зажигалка есть?

– Там же должна быть. Посмотри.

Когда после ужина у Самсонова Жанна без спроса нырнула в мою тачку и начала распускать руки, я сомневался. Стоит ли усложнять и без того сложную ситуацию? А потом подумал: какого черта? Яся мне уже давно не жена. Она выскочила за другого и успела родить от него ребенка. И даже не просто за другого, а за моего бывшего подчиненного!

Как по мне, в этом есть нечто особенно жестокое. Этакий двойной удар по мужскому самолюбию.

Снова нырнув ко мне под одеяло, Жанна чиркает зажигалкой и медленно затягивается отравой. Выпустив молочную струйку дыма, она косится на меня и спрашивает:

– Будешь?

– Нет, – отрицательно мотаю головой. – Завязал.

– Ишь какой правильный, – хмыкает она. – А я думала, в тюрьме люди портятся.

– Портятся те, у кого нет своей головы на плечах. А те, у кого она есть, умнеют.

– Правда? – Жанна переворачивается на живот и заглядывает мне в глаза. – Куда уж еще умнее?

Усмехаюсь. А она наклоняется и целует меня в грудь. Очень нежно и чувственно.

– Знаешь, Эд, а я ведь уже лет десять в тебя влюблена, – заявляет неожиданно. – Как увидела впервые, аж сердце екнуло. Подумала, что не бывает таких роскошных мужиков в реальности… А потом узнала тебя поближе и поняла, что еще как бывает, – она делает паузу, задумчиво покусывая ноготь, и продолжает. – Все Ясе завидовала. Считала, что она не понимает своего счастья… А еще гадала, что такого примечательного ты в ней нашел?

Я не тороплюсь с ответом, и Жанна сама пускается в рассуждения:

– Красота? Да, наверное. Но ведь вокруг тебя всегда вращались сотни красивых женщин… Взять хотя бы меня. Я ведь ничуть не хуже, Эд. Ну, чисто внешне, по крайней мере. Но на меня ты никогда не смотрел такими глазами, как на нее. Вот даже сейчас: вроде смотришь, но не замечаешь.

Она говорит это без обиды. Просто констатирует очевидный факт. И я благодарен ей за спокойствие и понимание. Драма мне сейчас совершенно ни к чему.

– Любовь – сложная штука, Жанн, – произношу со вздохом. – Не поддается логике и объяснениям. Ты либо любишь человека, либо нет. А что касается внешности, характера, заслуг… В сущности, это не имеет никакого отношения к истинным чувствам.

– Да, наверное, ты прав, – соглашается она. – Любовь – явление иррациональное. Я ведь умом понимала, что ты муж моей подруги. И что до меня тебе нет никакого дела. Но все равно не могла выкинуть тебя из головы… Даже замуж за Назарова пошла от безысходности. Думала, он хоть немного будет на тебя похож…

– Сколько вы были женаты? – спрашиваю я. – Год, два?

– Три вообще-то, – горько усмехается Жанна. – Но это был плохой брак. Не такой, как у вас с Ясей.

– Откуда ты знаешь, как у нас с Ясей было? Она рассказывала?

– Когда женщина счастлива, ей не надо об этом рассказывать. За нее говорили ее горящие глаза…

Меня невольно переносит в воспоминания многолетней давности. Когда мы с Ясей были молоды, влюблены и еще не понаделали сокрушительных непоправимых ошибок…

Как она ела пиццу руками и, извозившись в томатном соусе, хохотала в голос.

Как стояла у зеркала и красила глаза, забавно приоткрыв рот.

Как пекла мое любимое имбирное печенье и, подперев кулаком подбородок, с улыбкой наблюдала за тем, как я его ем.

Как укачивала новорожденную Милану, когда та плакала ночами напролет.

Как завязывала мне галстук, покусывая яркие сочные губы.

Как стонала в постели, красиво растягивая мое имя.

Как любила меня.

Как была моей.

Сейчас эти воспоминания кажутся далекими, почти иллюзорными… Но я знаю, что они настоящее. Поэтому бережно храню их в самой глубине своей израненной души.

– Ау, Эд, ты тут? – громкий голос Жанны возвращает меня к реальности.

– А? – вздрагиваю. – Ты что-то сказала?

– Я говорю, есть не хочешь? Может пиццу закажем?

– Давай, – киваю. – Только не пиццу, а что-нибудь другое… Роллы, например.

– Как скажешь.

– Ты пока заказывай, а я в душ схожу, – соскакиваю с постели и устремляюсь в ванную.

Закрывшись на вертушок, включаю воду и устремляю усталый взгляд в зеркало.

Эх, Яся, Яся… Когда ты уже наконец исчезнешь из моей головы?