Развод с мужем. После

Глава 10. Работа

На следующий день я начинаю сомневаться в правильности своего решения обмануть Матвея. Но что сделано, то сделано. Звонить Матвею и говорить «Я пошутила», не буду. Это выльется в выяснение отношений, а я не хочу. Может, когда-нибудь потом в будущем скажу ему правду. Но это не точно. Потому что я снова начинаю представлять счастливого Матвея с новой семьей, и кровь в жилах закипает.

Через три дня после развода мне приходят деньги от Матвея. Очень много. Я даже не знала, что у нашей семьи было столько денег. А ведь он перевёл мне только половину. Но не понимаю, зачем Матвей это сделал, если я сказала, что ребенка больше нет. Я не придумываю ничего лучше, чем вернуть ему деньги обратно.

Но Матвей снова мне их переводит. Я опять возвращаю ему. Так мы больше недели футболим друг другу деньги, уменьшая их сумму из-за банковской комиссии. В итоге я сдаюсь. Когда Матвей снова пересылает мне половину совместно нажитого имущества, я оставляю деньги. Пускай будут ребенку. Я намеренно лишила малыша отца, так пусть хоть что-то достанется ему от Матвея. Вырастет и решит, что делать с деньгами.

На этом наши с Матвеем контакты заканчиваются. Я удаляю его отовсюду из друзей, отписываюсь от его страниц в соцсетях и блокирую номер телефона в записной книжке. Не хочу ничего знать о бывшем муже. Не хочу, чтобы даже на глаза попадался. Несколько дней трачу на то, чтобы почистить телефон, удалив из него все совместные фото. Их накопилось больше двух тысяч за четыре года, что мы провели вместе. А альбом со свадебными фотографиями летит в помойку.

Вот только удаление из жизни бывшего мужа не помогает удалить его из головы и из сердца. Как ни заставляю себя не думать о Матвее, а не получается. Особенно по ночам, когда дневные заботы заканчиваются, и я ложусь в постель. Матвей закрадывается в мысли и рвёт душу. В такие моменты я убеждаюсь, что правильно поступила, солгав о выкидыше. Я страдаю, и он пускай тоже страдает.

Найти работу оказалось сложнее, чем я предполагала. Очередь из работодателей за мной не выстроилась, несмотря на то, что я окончила МГУ. Некоторые компании приглашают меня на собеседования, но в конце я лишь слышу: «Мы вам позвоним». Естественно, никто не звонит.

А время поджимает. Подходит к концу первый триместр, скоро живот будет заметен даже в свободной одежде. Мне срочно нужно устроиться хоть куда-нибудь. Дело даже не в деньгах. Мне с лихвой хватает того, что я получаю от сдачи в аренду своей квартиры. Плюс родители помогают. Мне просто нужен официальный декрет. Правда, не знаю, зачем. Но вроде так положено. Ну и хоть какая-то соцзащита от государства. Опять же не знаю, зачем она мне нужна, но пусть будет. Так спокойнее. Ну и мне нужен опыт. Работать-то все равно придётся, когда ребенок вырастет. Чем больше опыт, тем проще устроиться.

После еще одной недели затишья, когда я массово рассылаю по организациям резюме, а мне никто не отвечает, я получаю приглашение на собеседование от фирмы по поставкам в Россию медицинского оборудования. Это конкуренты Матвея. Я видела, что у них вакансия бухгалтера, но не отправляла резюме. Не хотела находиться в одной сфере с бывшим мужем. А они сами приглашают меня на собеседование. Подумав, соглашаюсь. Мне не выбирать.

Я мало слушала рассказы Матвея про работу, но, кажется, про эту компанию бывший муж рассказывал, что она в очень плохом финансовом состоянии и неконкурентоспособна. Даже обмолвился один раз, что если будет банкротиться, то купит ее. Или Матвей говорил это про каких-то других конкурентов? Не помню. Да и не важно. Я не в том положении, чтобы перебирать работу.

Я иду на собеседование к конкурентам Матвея и — о чудо! — получаю работу. Сначала аж поверить не могу, что меня берут. Но уже через несколько дней после выхода в компанию я понимаю, что это те самые конкуренты Матвея, которые на ладан дышат. Бухгалтерия просто в ужасном состоянии. Зарплаты задерживаются, командировки оплачиваются с большим опозданием. Есть проблемы с уплатой налогов.

Мамочки, куда я попала и побыстрее бы декрет.

На шестом месяце я больше не могу скрывать живот. Он виден даже в балахонах.

— Ты уйдёшь в декрет!? — в ужасе восклицает начальница, главный бухгалтер. Хорошая женщина, я с ней сработалась и даже немного жалко подводить ее своим уходом в долгий отпуск.

— Да…

Хватается за сердце. Причём не картинно, а в прямом смысле.

— Вам плохо, Лариса Юрьевна? — подскакиваю к ней.

— Все! Я увольняюсь! — рычит. — Нет моих сил больше это терпеть!

Мне не на шутку становится страшно.

— Только возьмёшь на работу нормального сотрудника, как он уходит! — продолжает возмущаться. — Я задолбалась. Где мне это нужно? Работа превратилась в помойку, людей нет, все увольняются. Ты не увольняешься, но в декрет. Это почти то же самое. Опять кого-то искать на твоё место. Я устала…

Она выпивает залпом валерьянку и продолжает причитать. Я чувствую себя немного виноватой. Начальница и правда хорошая. На ее хрупких женских плечах огромная ответственность. Компания не смогла пережить последний финансовый кризис, рассыпается на глазах, гендиректор злой, постоянно на всех орет.

А по-моему, он еще заставляет ее вести двойную бухгалтерию, чтобы скрыть часть доходов. Но это только мое подозрение. Просто однажды проходя мимо кабинета гендиректора, я слышала возмущённый голос Ларисы Юрьевны о том, что на ней как на главбухе уголовная ответственность, поэтому она не будет что-то там делать. Что именно, я не расслышала. Да и не было у меня цели подслушивать под дверью.