Развод. С надеждой на счастье

4

Захожу в спальню, посреди огромной кровати с шелковым покрывалом сидит Надя, похожая на розовощекого ангелочка.

Ее искупали, высушили волосы и заплели косу. Я тоже привожу себя в порядок после потрясения этого дня: принимаю душ, собираю волосы в высокий хвост и переодеваюсь в домашнее платье любимого бренда Moschino. Оно из вискозы и шелка трех видов: однотонного, с цветочным узором и клетчатым мотивом. Мне нравится, как оно облегает мою фигуру, даря прохладу и утонченность, и нравится то, что я купила его минувшей осенью в ЦУМЕ за двести тысяч рублей.

Когда-то мне есть было нечего, а теперь…

Упиваюсь этим чувством и боюсь. Боюсь когда-нибудь вернуться обратно. Деревня и возвращение к корням – мой самый большой страх в этой жизни. Я лучше руку себе отгрызу, чем снова в грязь.

Да, впрочем, отвоевав себе место под солнцем, я научилась смотреть бесстрашно в глаза жизни. Боюсь нищеты, не помню прошлого, но, если судьба меня решит проверить на прочность – нацеплю галоши с высоко поднятой головой, но не пропаду! Даже в помойном селе выживу!

Но не хотелось бы.

Вздрагиваю от этих мыслей. Смотрю на себя придирчиво в зеркало, регулирую глубину запаха на платье с шалевыми лацканами съёмным поясом. Затягиваю. Так-то лучше!

- Наденька, сейчас мы с тобой пообедаем, а после съездим к врачу, ладно? Хочу показать тебя педиатру, чтобы быть спокойной. И в детский мир зайдем – обновим тебе гардероб и купим много игрушек!

- А садик? – спрашивает она.

- Что? Ты хочешь в садик? Не пойму. – Хмурюсь, сажусь с ней рядом. Поправляю полотенце, в которое она замотана. Ее вещички отправились в мусорку – их даже стирать страшно. Ждем доставку, с минуты на минуту ей привезут красивый теплый костюм и платье.

- Да, там тетя Валя.

- Воспитательница твоя? – заглядываю ей в лицо.

Она поджимает губы-бантики и кивает. SQ82z0Za

- Сходим завтра в садик, - соглашаюсь, подумав. – Обязательно. Не дело пропускать, тем более тебе там лучше будет, знакомая обстановка, как никак.

Перед трапезой я помогаю Наде облачиться в изящный кружевной сарафанчик, отчего она становится похожа на маленькую куклу. Сравнение такое себе, но…

- Вот заколки, - в спальню заходит муж и протягивает мешок бантиков. – Думаю, ей будет хорошо.

В его руках атласные ленты всех цветов – для кукольных причесок, но они подходят и для ребенка. Я улыбаюсь, его забота меня трогает до глубины души. Подхожу к нему и незаметно щипаю его за ягодицу, прижимаюсь к его телу, шепчу:

- Вот видишь, ты уже лоялен к этому дитю. Так и до своей дочурки докатимся!

Он снисходительно выгибает брови, чмокает меня в щеку, а потом смеется, размахивая руками:

- Нет-нет, только не это! Рита, нам еще рановато!

- Но как? – я наигранно фыркаю, - у тебя весь дом в рюшах и бантах, это же все сгодится для маленькой дочки! Ну посмотри, разве Надюша, к примеру, не чудо?

Он снова усмехается и лишь поджимает губы, приглашая нас в столовую.

Наша столовая – настоящий зал в стиле арт-деко. Стены, обитые шёлком цвета слоновой кости, украшают панели из орехового дерева, а с высокого потолка свисает хрустальная люстра. Она всегда горит, рассыпая по помещению радужные блики и зайчики.

В центре огромный овальный стол из полированного дерева, накрытый белоснежной скатертью, на нем фарфоровый сервиз алого цвета с тончайшей золотой обводкой.

По периметру стола – стулья, обитые бархатом цвета бутылочного стекла. Воздух здесь всегда наполнен ароматом свежих пионов, а сейчас и еды.

Обед проходит в тягостном, почти звенящем молчании, нарушаемым лишь тихим звоном приборов. Захар демонстративно игнорирует девочку, а ведь она маленькая, первая пошла к нему навстречу и задала вопрос.

- А вы мне дадите поиграть с куклой?

Я замираю в ожидании ответа, девчонка сопит. Но он снова игнорит. Его внимание сосредоточено на тарелке с устрицами, которые он поглощает за обе щеки.

- Поиграем, - выдыхаю я, и подвигаю к ней тарелку с картофелем поближе.

Спустя минуту Захар говорит о предстоящем благотворительном вечере, о новых контрактах, и каждый раз его взгляд скользит мимо Нади, словно её не существует.

Я же, напротив, стараюсь вовлечь племянницу в трапезу, предлагаю ей изысканные десерты, ловлю её робкие улыбки. Но она практически ничего не ест.

- Поедем в детский мир? – спрашивает. – Ты обещала подарок.

- Едем! – выдыхаю решительно, и отодвигаю стул.

За подарками мы отправляемся с Надей на моей машине. Я отпускаю водителя на внеплановый выходной и меня даже разбирает дрожь любопытства и радости от осознания, что сейчас я порадую эту малышку.

Но едва я нахожу свободное место у торгового центра, паркуюсь и мы выходим, как:

- Эй! Сюда иди! – окликают меня как какую-то…

Я удивленно оборачиваюсь, все еще не веря, что обращаются ко мне.

- Вы мне? – спрашиваю, когда два бугая выходят из черного внедорожника и направляются в мою сторону. Сильнее сжимаю племянницу за руку и начинаю немного дрожать. Вид у них отвратительный!