Развод. С надеждой на счастье

14

- Ну что, Маргарита, как самочувствие? – ее голос сладкий, как сироп.

- Кто вы? – пытаюсь сесть, но голова кружится.

- Кажется, вам требуется небольшая коррекция здоровья, чтобы больше не мешаться под ногами. У грязи должно быть свое место.

Она подходит ближе, и в ее руке я замечаю скальпель.

И тут до меня доходит шокирующая мысль – эта же та самая тетка, что звонила мне с угрозами, мать его потаскушки.

- Не подходите! – дергаю я рукой в панике. Капельница шатается из стороны в сторону. – Я буду кричать!

- Кричи! – заявляет она бесстрашно. Улыбается хищно. Мир точно сошёл с ума.

И я кричу, не видя другого для себя выхода, но от паники звук застревает в горле. Фарида подходит близко и наклоняется, ее шепот звучит как приговор:

- Твой муж станет моим зятем и будет свободен. Одна маленькая операция, и ты больше никогда никому не помешаешь...

- Вы больная! – вжимаюсь в кровать.

- Нет, - она улыбается, замирая. – Я всего лишь хочу счастья для своей дочери. Думаешь легко мне было свыкнуться с мыслью, что моя дочь делит постель с мужчиной вдвое старше себя? С женатым, на минуточку мужчиной, который не может обещать ей будущего.

Сглатываю горькие слюни.

Смотрю на нее с ужасом.

А тетка продолжает изливать мне свою душу:

- Он же взял ее еще школьницей. Таскал по отелям, да по гостиницам, как какую-то шалаву! А мне людям в глаза смотреть было стыдно! И до сих пор стыдно! Но раз я не смогла помешать, пришлось смириться. И я привела их в свой дом. Он ночевал и ночует у нас. В соседней от меня комнате, с моей дочерью в постели. С единственной дочерью. И я сама лично застилаю им шелковые простыни. Сама лично!

- Вы чокнутая! – выдавливаю снова. Смотрю на дверь, где же Егор?!

- Нет, я всего лишь любящая своего ребенка мать. А у тебя, кстати и детей нет, ты не родила ему за годы брака, и удержать его уже не сможешь. А моя дочь беременна! И нового позора на нашу голову не будет. Я не позволю знакомым и соседям смеяться над нами! Поматросил, обрюхатил и бросил? Ну уж нет! Он женится на моей дочери во что бы то ни стало! Я помогу ему в этом. Нет жены, нет проблемы!

Скальпель хищно блестит в ее руке, ее улыбка – сталь.

- Я сама с ним разведусь! – выкрикиваю. – Давайте без кровопролития! Я же вас услышала! Мне такой муж не нужен?

- Да конечно! – она, запрокинув голову жутко смеется. – Был бы он беден, я бы могла тебе поверить. Но он богат! Он лакомый кусочек!

- Мне не нужны его деньги, раз он так поступает!

- Врешь!

- Нет же! – взвизгиваю, когда она хватает меня за руку. Пытается резануть скальпелем по моим венам.

Я истошно кричу, и мой крик оглушает.

Она отшатывается от меня, словно протрезвев, словно морок спал.

По моей руке течёт ручеек крови, она все-таки успела меня ранить.

- Тебе три дня, чтобы всё решить! Съехать от него! Иначе я закажу тебя, ясно? Придушат в подворотне и будешь знать!

- Вы больная! – рявкаю, когда слышу, как по коридору к моей палате кто-то бежит.

- Больная сейчас ты, - она скалится, пряча скальпель в карман белого халата. – Я всего лишь любящая свою дочь мать.

Двери открываются, и я вижу на пороге медсестру, а за ее спиной Егора.

- Егор! – вскрикиваю. Голова идет кругом.

- Что здесь произошло? – спрашивает он, хмурясь. – Рита, как ты?

Я силюсь сказать про эту ненормальную, но мир вокруг вдруг темнеет. И я только сипло выдыхаю, а в голове мысли – за что мне это все? Что они все против меня ополчились? И все дают мне своих три дня!

- Рит? – его голос надо моим ухом, но я уже теряю сознание, хватаясь за его пальцы.

- Почему у нее кровь? – спрашивает он строго.

- Поранилась, вырвала капельницу, - блеет мать любовницы моего мужа ангельским голоском.

Больше ничего не слышу, отключаюсь, проваливаясь в темную бездну.