Развод с ректором. Попаданка в жену дракона

Глава 13

Элизабет сидела на диване. Её кожа была словно фарфор. Она ждала ответа. Прижимала руку Дарклея к обнаженной груди и возбуждённо дышала.

— Смотри, — прошептала она срывающимся голосом. — Видишь, Лэй?.. Метка начала формироваться.

Он смотрел на неё. Без слов. Без малейшего движения.

И тогда она медленно повела его рукой по своей коже, обрисовывая верхние полушария, ведя по выпирающим ключицам. Остановила его руку на своей шее.

Она всё ещё сидела, закинув голову назад и преданно глядя ему в лицо.

Поза полного подчинения. Повиновения.

Моя собственная метка горела уже огнём.

Я сжимала губы, с трудом дышала, прижимала ладонь к бедру — к тому месту, где пульсировала метка.

А Элизабет продолжала держать его руку на своей шее.

— Я твоя, — сбивчиво шептала она. — Я… просила. Молила богов. Ночи напролёт, мой лорд… Я страдала. Но я прошла их испытание… трудное… И после потери маленького лорда… Боги даровали мне связь с самым достойным. Ты ведь чувствуешь, да?

Дарклэй всё ещё молчал.

Не отдёргивал руку.

Не возражал.

Я закрыла рот ладонью, чтобы не закричать от боли. Моя метка на бедре полыхала так сильно, что я задохнулась от всхлипа…

Но даже тогда старалась не выдать себя.

Как она может быть истинной, если метка у меня?

Если именно от меня Дарклэй недавно едва не потерял голову…

Если именно из-за меня не мог справиться со своим зверем?

Если сейчас именно моя метка полыхает, а сердце разрывается!

Или я — как последняя романтическая дура — напридумывала себе?

Начиталась любовных историй, веря в шаблоны бульварного чтива об истинности у драконов!

А на самом деле… это жестокий мир.

— Я подарю тебе наследника, — продолжала Элизабет, её голос стал медовым, вязким. — Твоя жена бесплодна. Она не смогла понести даже за полгода вашей жизни. Она — пустая. А я смогу… Ты только отошли её подальше. А лучше — накажи. Я стану тебе самой лучшей женой, Лэй…

Шептала и шептала она.

— Позволь метке проявиться дальше… — шептала Элизабет, мягко прижимаясь к его руке, будто молила. — Не выжигай её. Позволь себе быть счастливым.

Её голос дрожал, но в нём звучала страсть, почти сладкая безумная решимость. Она перехватила его ладонь и терлась о нее как кошка, целовала его руку и шептала… шептала…

— Я так хочу чувствовать тебя… твоего дракона… — она провела ладонью по его груди. — Быть с тобой. Стать твоей. Я ведь драконица, в отличие от неё… проявленная. Мы разделим небо и жизнь. Возьми меня… Лэй. Позволь метке соединить нас.

Слова лились из неё, как мольба, как наваждение.

А он всё ещё молчал.

Ни отталкивал.

Я сидела, стиснув зубы от боли, от бессилия. Моя метка горела в ответ — предательски, отчаянно. Горела на эту ложь! Ведь я здесь! Я — его!

Но он не слышал.

Он стоял и смотрел на обнажённую женщину, что умоляла его о связи, которую я ощущала всем телом.

И внутри что-то рушилось.

Я закрыла глаза.

Слёзы текли по щекам.

Я не могла больше смотреть. А я прикусила до боли губу, и капля крови сорвалась, потекла по подбородку.

Я отвернулась от пары, находящейся внизу.

Внизу раздалось сдавленное оханье, шелест платья. Дарклэй собирался запечатать метку. Я зажмурилась, закрыла уши, не желая слышать крики страсти.

Но…

Мои руки резко убрали от ушей.

Я распахнула глаза, сквозь пелену слёз плохо что-то видела, но… стоило только моргнуть, как… я увидела перед собой… его.

Я, как загипнотизированная, смотрела в его глаза. Вокруг чёрной точки зрачка они были жёлтыми, а по радужке — зелёными.

Зрачок прямо на моих глазах вытягивался. Завораживающе страшное зрелище.

Прямо сейчас я поняла значение словосочетания: страшно красиво.

Вот именно это сейчас и было.

А потом Дарклэй… нет. Не он. Дракон в человеческом теле склонился. Глубоко втянул воздух и подался вперед, фиксируя мой затылок рукой. Слизнул языком кровь с подбородка, провёл по всей дорожке, прикусил мою губу — в том самом месте, где я её ранила.

Я вскрикнула. Тот отпустил. А потом его руки легли на мои лодыжки.

Он повёл руками вверх по ногам, стал задирать юбку. Пена кружева уже была на коленях. А он смотрел на меня не моргая.

Снова передо мной — только хищник. Только зверь.

Дракон вёл руками по ногам, а я не сопротивлялась.

Потому что боль резко стихла, стоило только ящеру дотронуться до меня.

Он разводил мне ноги, вёл руками по полупрозрачным чулкам.