Развод с Владыкой морей

Глава 22

Демос огляделся по сторонам. Вокруг сновали редкие горожане, гвардейцы держались на почтительном расстоянии, а чайки кричали достаточно громко, чтобы заглушить разговор.

— В Северных архивах, — зашептал Демос, склонившись ко мне чуть ближе, — мы нашли трактат о расторжении Священного брака. Там была сноска, написанная мелким шрифтом, которую никто не брал в расчёт. Там сказано, что если жена носит под сердцем дитя, то развод не может быть признан законным до тех пор, пока наследнику не исполнится три года. Мать наследника неприкосновенна. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Три года… — пробормотала я. — Отсрочка.

— Именно. Никакого монастыря.

— И как же… — я запнулась, пытаясь подобрать слова. — Как мы собирались это осуществить? Учитывая, что Владыка… скажем так, не горит желанием делать наследников.

Демос криво ухмыльнулся, и в этой ухмылке проступило что-то неприятное, циничное.

— О, это была твоя идея, дорогая. Ты искала сонное зелье. Сильное, но не оставляющее следов. И, насколько мне известно, ты его нашла. План был прост: пробраться в постель к Владыке, опоить его, а наутро… разыграть сцену примирения. Или, по крайней мере, создать видимость консумации брака.

Меня замутило. Опоить мужчину, чтобы забеременеть? Это было… грязно.

— А если бы не вышло? — спросила я. — Если бы он не… ну, ты понимаешь.

— Тогда был план «Б», — Демос сжал мою руку так сильно, что мне стало больно. — Ты просила меня зачать тебе ребёнка.

Я замерла как вкопанная и выдернула ладонь из рук любовника.

— Ребёнка? — голос дрогнул. — Я способна зачать?

Демос опешил. Вот чёрт… Конечно, способна! Думай, что говоришь…

— Почему мы не сделали этого раньше? За столько лет? — выкрутилась я.

— Потому что я был против этой безумной затеи! — прошипел он. — А ещё ты пила травы. Боялась испортить фигуру, боялась родов… Но когда запахло жареным, ты бросила пить отвар.

Голова шла кругом: травы, измены, яды…

— Погоди, — я схватилась за виски. — Я хотела выдать твоего ребёнка за наследника престола? Демос, это же измена! Это плаха! А если кто-то поймёт… Если ребёнок будет похож на тебя?

Демос посмотрел на меня как на умалишённую.

— Вилена, очнись. Если рождается дитя, три года ты считалась бы неприкосновенной. А что до сходства… Обряд Признания, который проводят жрецы, определяет кровь. Он бы подтвердил родство ребёнка с правящим родом. Потому что мы с Александром…

— …братья, — я закончила за него, чувствуя, как к горлу подкатывает желчь. — О Боги…

Меня захлестнуло отвращение. Я попала в тело не просто избалованной аристократки. Я попала в тело расчётливой, беспринципной мерзавки, готовой на подлог, изнасилование (а как ещё это назвать?) и государственную измену.

Но тут же другая мысль, холодная и злая, кольнула сознание. А что ей оставалось? Этот мир красив: две луны, магия, шелка. Но и чудовищно уродлив. Мужчина может вышвырнуть жену, как надоевшую игрушку, запереть её в ледяном монастыре до конца дней, лишить всего. Система загнала её в угол. Либо ты хищник, либо жертва. Вилена выбрала быть хищницей.

— Мне этот план не нравился, — буркнул Демос, отводя взгляд. — Слишком рискованно. Но…

— А почему я не могу просто… сбежать? — прошептала я, но тут же опомнилась. — Почему мы не можем?

— Издеваешься? Вот уже семь лет твой профиль вышивают на гобеленах и чеканят на монетах по всей Кварте.

— Но… мир же не ограничен одной Квартой? Есть ещё восточные земли, равнины за Белым морем и…

— Хочешь отправиться к варварам? Не зная языка, обычаев, правил? Да мы… мы с тобой и дня не протянем вне Дворца. Посмотри на себя. Ты ничего тяжелее чашки чая в руках не держала.

Я вгляделась в тёмное, чужое море. Синева сливалась с линией горизонта. Как ни больно признавать, но Демос был прав. Мало того, что у Вилены не было ни профессии, ни связей за пределами Кварты, так ещё и я сама толком не понимала, как устроен этот мир. Без Иллиоры, без денег, без понимания законов я — лёгкая добыча.

Вот же чёрт!

— Скажи мне честно… — не унимался Демос. — Ты ведь переехала в Западное крыло не просто так? Ты придумала что-то новое? Или… ты решила… — он указал взглядом в сторону дворца, возвышающегося на холме.

— Не знаю, — выдохнула я. И впервые была честна.