Развод с Владыкой морей

Глава 24

В комнату вошла моя новоиспечённая матушка. Она сменила вечернее платье на что-то тёмно-лиловое, обильно украшенное чёрным кружевом. Следом семенила Лили, в нежно-розовом наряде, который делал её похожей на десерт.

— Вилена, дорогая! — воскликнула леди Арос, раскинув руки. — Я ждала тебя к чаю, но мне сообщили о происшествии. Хвала богам, ты невредима! Сердце матери едва не разорвалось от тревоги.

— Хвала Ваалор и Нефис! Боги береугт тебя, — добавила Лили елейным голоском, точь-в-точь копируя интонацию матери.

Интересно, а есть у этой фарфоровой куклы собственные мысли? Или в этой хорошенькой головке хранятся только мамины цитаты?

Когда поток любезностей иссяк, леди Арос скользнула холодным взглядом по Иллиоре, которая всё ещё сидела в кресле с бокалом. И этот взгляд был весьма красноречив.

Иллиора отставила бокал, поднялась и отвесила глубокий, почтительный поклон:

— Оставлю вас наедине с семьёй, Владычица. Леди Арос.

Она выскользнула за дверь, бросив на меня последний, ободряющий взгляд.

Как только щёлкнул замок, маска заботливой матери слетела с лица леди Арос. Черты заострились, губы сжались в тонкую линию. Она двинулась на меня с упорством ледокола. Лили, тем временем, осталась у входа и как бы невзначай прислонилась спиной к двери.

Я, чуя неладное, сделала шаг назад, но упёрлась в массивный письменный стол. Отступать некуда. Мать подошла вплотную. От неё пахло тяжёлыми духами и пудрой.

— При дворе твой переезд расценивают как добрый знак, — прошипела она, понизив голос. — Я позабочусь о том, чтобы весть о вашем «воссоединении» разлетелась как можно скорее. Но ответь мне, в конце-то концов, что ты задумала? Я должна знать, что происходит! Расскажи мне все, немедленно!

В глазах матери разгоралась ярость. Она буквально прижала меня к столу и явно не собиралась отступать.

Я судорожно пыталась придумать ответ: правду говорить нельзя; сказать, что я понятия не имею, что происходит? Тоже не вариант. В голове всплыло золотое правило кризисных переговоров: говори то, что собеседник хочет услышать.

— Мы будем проводить ночи в одном крыле, — начала я, осторожно подбирая слова. — Возможно, мне удастся завоевать расположение Владыки заново. Со временем.

— Со временем? — взвизгнула мать, и благородное лицо пошло красными пятнами. — У тебя было семь лет! Семь чёртовых лет, Вилена! За это время ты так и не сумела зачать наследника, а теперь просишь ещё времени?

— Время ещё есть, — отрезала я, выпрямляя спину. Если дам слабину, эта бестия меня растопчет. — Я ценю ваше беспокойство, мама, но мой брак — это моё дело. И я с этим разберусь.

— Что? — Леди Арос чуть не задохнулась от возмущения, упёрла костлявые руки в туго затянутые бока. — Что ты сейчас сказала?

В янтарных глазах матери полыхал такой гнев, что по рукам побежали мурашки.

— Ты хоть представляешь, на какой позор обрекаешь наш род? Если Владыка разведётся с тобой… Наследницу величайшего дома Арос выкинут за дверь, как пакостную, блохастую кошку! А Лили? О ней ты подумала?

Она ткнула пальцем в сторону младшей дочери, которая с безмятежным видом разглядывала свои ногти.

— Кто возьмёт её в жёны, зная, что её старшая сестра — бесплодная потаскуха?

У меня перехватило дыхание. «Бесплодная потаскуха». Вот так, прямым текстом. От родной матери.

— Думала, я не знаю? — продолжала наступать леди Арос с ледяным презрением. — Я всё знаю, маленькая ты дрянь. Перед тобой стояла одна-единственная задача: родить наследника. Укрепить положение рода. Что может быть проще, чем раздвинуть ноги в постели собственного мужа? Или ты настолько никчёмна, что он предпочитает конопатых служанок?

Я стояла, оглушённая этим потоком грязи. Я видела много токсичных людей, но эта женщина...

Я перевела взгляд на Лили. Девушка всё слышала. Каждое слово. Но на её ангельском личике не проступила даже тень сочувствия. Она стояла у двери и смотрела куда-то в пустоту, словно происходящее никак её не касается.

Праведный гнев поднимался во мне, вытесняя шок. Я медленно обошла стол и встала напротив матери. Теперь нас разделяло полтора метра.

— Вы закончили? — спросила я ледяным тоном, копируя интонации Владыки.

Мать осеклась, удивлённая моим спокойствием.

— Я услышала достаточно, — продолжила я жёстко. — Ваша позиция мне ясна. Но позвольте напомнить: пока я ношу титул Владычицы, я требую соблюдения субординации. Даже от вас. А теперь прошу покинуть мои покои.

Леди Арос отшатнулась, словно получила пощёчину.

— Ты… ты всех нас погубишь, — прошипела она, подбирая юбки. — И когда тебя обреют наголо, даже не вздумай ползти обратно. Если ты допустишь эту гнусность, если он вышвырнет тебя, то о фамилии, о деньгах, и о семье можешь забыть.

— Я буду об этом помнить, матушка, — кивнула я, указывая на дверь.

Леди Арос отступила и, как по щелчку, приняла бесстрастное выражение. Только венка, пульсирующая на лбу, выдавала недавнюю ярость. Она развернулась и степенным шагом направилась к двери. Лили послушно отступила.

— Я надеюсь, к Открытию Сезона всё готово? — бросила леди Арос напоследок. — Если ты и дальше будешь играть в болезную бедняжку, то очередь на твоё место выстроится быстрее, чем Иерахим сойдёт с корабля.

С этими словами мать покинула комнату, оставив после себя удушливый шлейф духов и желание помыться.

— Вот чёрт, — выдохнула я, сползая обратно в кресло. — Чем дальше в лес…