Развод с Владыкой морей

Глава 32

Владыка

Казначейство провоняло страхом, чернилами и вековой пылью. Перепуганных клерков уже распустили по домам — они разбегались, как крысы с тонущего корабля, пряча глаза. Самого господина Баро, некогда всесильного хранителя золота Кварты, стража увела полчаса назад. Он даже не сопротивлялся, только хватал ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.

Я сидел за его столом, заваленным свитками, и чувствовал, как внутри закипает холодная ярость. Брезгливо отшвырнул очередной тяжёлый талмуд. Книга с грохотом проехалась по полированному столу и едва не свалилась на пол.

— Они даже не прятались, — процедил я, обращаясь к своим доверенным советникам, которые молча перебирали стопки документов. — Наценки в триста процентов, мёртвые души на стройках, списания на несуществующие шторма… Всё в открытую.

Баро начал служить ещё при моём отце. При брате он занял пост казначея. Пятьдесят лет при дворе. Пятьдесят лет безупречной репутации, за которой скрывалась бездонная яма лжи. Он был уверен в своей непотопляемости. Он знал, что мне некогда считать медяки — я готовлюсь к войне. И если бы не она…

Перед глазами снова всплыло лицо Вилены. Те же губы, те же глаза, та же горделивая стать, которую не спрячешь под дорожной одеждой. Так почему сегодня она выглядела совсем иначе? Словно кто-то вдохнул жизнь в мраморную статую, и эта жизнь оказалась… яростной.

Контраст был так разителен, что и другие заметят. Скаэли уже заметили. При мысли о ней в груди заныло.

Что это? Давно забытое чувство поражения? Или, может быть, вина? Я был к ней несправедлив… должно быть, она обижена.

Я оборвал себя. Не время. И так дел по горло. Враг набирает силу. С Белого моря всё чаще приходят тревожные вести о набегах, о чёрных драккарах, маячащих на горизонте.

Последние пять лет вся моя жизнь была подчинена одной цели: подготовить Кварту к большой войне. Я построил новый флот, способный выдержать ледяные шторма. Укрепил армию, заручился поддержкой знатных семей, провёл налоговые реформы, чтобы наполнить казну (которую, как выяснилось, обкрадывали у меня под носом).

Но главная задача всё ещё не решена. Я должен обеспечить страну сильным наследником. Стабильностью. Даже Иерахим, этот старый святоша, наконец признал, что развод необходим.

Династия под угрозой, время поджимает. И это недоразумение — эта чужая, дерзкая душа, запертая в ненавистном мне теле, — не должна стать помехой. Она всего лишь фигура на доске, которую нужно сохранить до конца партии.

Я отбросил неведомое и сосредоточился на другом, знакомом — на чувстве долга. Оно холодное и надёжное, как сталь клинка.

— Разберитесь с этим, — я встал из-за стола, жестом указывая на горы бумаг. — Составьте полный список нарушений. Завтра же назначим слушание. А мне пора возвращаться, и так потерял здесь полдня.

В голове уже роились планы по укреплению береговой линии материка, которые я не успел утвердить из-за этой внезапной ревизии. Я уже решил, что займусь ими после ужина, как вдруг массивные двери казначейского кабинета распахнулись. Да с таким грохотом, что один из советников схватился за сердце.

— Ваше Сиятельство! Разрешите доложить!

В комнату ворвался запыхавшийся капитан личной гвардии. Лицо багровое, мундир перекошен.

— Что там ещё? — рявкнул я. — Баро сбежал?

— Нет, милорд. Дворец… — капитан сглотнул, восстанавливая дыхание. — Её Сиятельство… подверглась нападению. В галерее Предков. Леди Авриль в больничном крыле, плоха…

Мир замер, звуки стихли. И те чувства, что я так тщательно прятал за стеной равнодушия, рванули наружу.

— Что с моей женой? — спросил я, не раздумывая. — Жива?

— Жива, хвала Богам! — закивал капитан. — Только… она никого к себе не подпускает. Забилась в угол, кричит… Помочь не даёт. Рана у неё, кровь на платье…

Рана, кровь? «Угроза явно преувеличена, Вилена... Это паранойя...»

Мои собственные слова хлестнули пощёчиной. Я взглянул в окно. Время обеденное, на улицах толпы народа. От казначейства до дворца ехать минут двадцать, если гнать лошадей насмерть. Слишком долго. Двадцать минут могут стоить ей жизни!

Когда она говорила об угрозе, я не поверил. Только посмеялся. Я обещал безопасность, а сам бросил её одну в окружении врагов! Глупец, слепец, самонадеянный идиот!

Не раздумывая ни секунды, я сунул руку во внутренний карман камзола и достал небольшой, завёрнутый в бархат свёрток. На ладони лежал чёрный, матовый камень, испещрённый рунами — амулет Перехода. Писец, сидевший неподалеку, ахнул.

— Ваше Сиятельство! — воскликнул капитан. — Это же… Может, подать лошадей?

Я не слушал. Отчего-то стало плевать и на ценность артефакта, и на мнение окружающих, и даже на риски. Мною двигало лишь одно чувство — дикая, первобытная тревога, смешанная с виной. Я сжал амулет в кулаке.

— Лунный дворец. Галерея Предков. Аль Аннора!

Воздух в комнате сгустился. Пространство передо мной разорвалось с оглушительным треском. И я шагнул в эту вязкую черноту магических вихрей, оставляя позади не только казначейство, но и уверенность в том, что я контролирую ситуацию.