Развод. Сердце не прощает дважды

НАДЕЖДА. 1 глава

– Общий анализ крови. Мазок на микрофлору. Цитология. УЗИ органов малого таза. Компьютерная томография.

Борис Анатольевич ставит плюсы напротив каждого сделанного мне исследования, а я молча киваю – вся в полном доверии.

А все потому, что мы с Борисом Анатольевичем уже больше двадцати лет знакомы.

Именно он вел мою беременность двойней.

Именно он принимал роды.

И когда родились Матвей и Борис, именно он сообщил, что еще раз забеременеть у меня вряд ли получится...

Мы с мужем были очень расстроены.

Сыновья – это прекрасно... но мы и о дочери мечтали!

Вообще, еще во время беременности, когда я пришла на второй скрининг, другой врач сказала мне, что дети – разнополые.

Мы тогда с Антоном решили, что сына назовем Матвеем, а дочку – Василисой.

Коляску купили нейтрального цвета, бирюзовую.

Боди, конверты, комбинезоны, игрушки – и голубые, и розовые.

Но на третьем триместре я пришла на УЗИ к Борису Анатольевичу – во время второго скрининга он был в командировке, – и он вдруг сообщил:

– У вас два парня.

– Как так?! – удивилась я. – Ваша коллега говорила, что там мальчик и девочка...

– Ошиблась она, значит. Вот, смотрите, – он показал пальцем на экран и все мне обрисовал: – Первый мальчик... крепенький, здоровый... и второй, немного поменьше, но с ним тоже все в полном порядке...

– Ничего себе, – прошептала я, шокированная.

Вот так и родился у нас вместо Василисы Борис, которого мы назвали в честь обнаружившего его доктора.

Ну а дочка у нас так и не появилась.

Был вариант ЭКО – но муж отказался. Сказал, хочу либо естественным путем – либо никак!

Ну... никак – значит никак.

В конце концов, нам и так хорошо было.

Матвей и Борис выросли замечательными, дружными мальчишками, очень умными, способными, поступили на международное право в прошлом году, ну а в следующем им уже по двадцать!

И все бы хорошо, но... у меня случился сальпингит. Воспаление маточных труб. Да такое сильное, что оперировать надо.

И я, конечно, снова обратилась к Борису Анатольевичу.

Двадцать-то лет назад он в основном беременности вел да роды принимал, а потом перешел в платную клинику и стал работать по основной специализации – как хирург-гинеколог.

– Вы не переживайте так, – говорит он мне сейчас, пока я, бледная, как полотно, лежу на кровати в палате. – Ранним утром вас прооперируем, все будет в порядке. Восстановление меньше недели займет.

– Спасибо, Борис Анатольевич, – я киваю.

– Ну все... все... до завтра тогда, – говорит он и идет к другой кровати.

В палате два места.

Вторая пациентка – молодая глубоко беременная девушка.

Когда Борис Анатольевич оставляет нас, она вдруг оборачивается ко мне и улыбается:

– Вы попали в самые лучшие, самые заботливые и умелые руки!

– О, я знаю, – улыбаюсь в ответ. – Мы с Борисом Анатольевичем уже двадцать лет знакомы, он у меня роды принимал...

– Да, и у меня будет! – девушка прямо расплывается в улыбке.

– Правда?! – я удивляюсь. – Я была уверена, что он вот уже десять лет только оперирует...

– Все верно, – девушка кивает. – Но у моего будущего мужа бывшая жена с ним давным-давно рожала двойню, он вел беременность... Меня заверили, что Борис Анатольевич – самый лучший! И мы подумали: что, если дать ему денег?! Согласится ли он вести мою беременность и принимать роды несмотря на то, что сейчас в основном оперирует?! Мы предложили – и Борис Анатольевич согласился! Так что у меня, можно сказать, уникальные условия...

– Здорово, – я улыбаюсь.

– Не подумайте, что я избалованная, – продолжает моя новая знакомая. – На раннем сроке у меня были отслойка плаценты, анемия, угроза выкидыша... А малыш наш – очень желанный, – девушка кладет на свой огромный живот обе ладони и ласково поглаживает. – Особенно для моего будущего мужа. Потому что бывшая жена не смогла подарить ему дочку...