Развод. Сердце в осколки

19.

НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ

Мы дождались возвращения Вали и поехали в город. Сегодня важный день — знакомство с невестой сына. Ваня всегда был разумным мальчиком и я уверена, что девушку он нашёл достойную.

Надеюсь вечер пройдёт гладко…

Ещё вчера я составила меню, и по пути мы заехали в магазин за продуктами. Я старалась не разговаривать с Мишей, ведь даже видеть его не хотела… Но при дочери приходилось терпеть.

Хотя, на самом деле, я из последних сил держалась, чтобы не раскрыть нашу тайну…

С разводом я решила не тянуть — завтра же пойду в суд. Мише пока об этом не сообщала — решила рассказать ему после ужина. Знаю, что ему эта новость не понравится, ведь разводиться он не намерен. Однако моё решение уже ничто не изменит.

Развод — дело не быстрое. Чем быстрее я подам заявление, тем скорее распрощаюсь с предателем навсегда.

А ещё я решила завтра начать менять свою жизнь. И начну я с салона красоты и магазина одежды.

Все эти годы я экономила на себе — все деньги пускала в семью. Теперь пришло моё время. Я даже нашла хорошего стилиста по отзывам, который поможет мне подобрать новый образ и освежить прическу.

До дома добрались быстро — в два раза быстрее, чем на автобусе.

Миша отнёс пакеты на кухню и стал раскладывать продукты в холодильник. А Мирослава пошла к себе и, как обычно, включила громкую, популярную среди подростков, музыку.

— С чего начнём готовить? — спросил Миша, когда пакеты были разобраны.

Неужто вызвался мне помочь? Это совсем на него не похоже!
Видимо он действительно насмотрелся кулинарных передач, и вдохновился на кухонные творения.

Вот только помощь его я принимать не хотела. Да и в целом — привыкла готовить в одиночестве под включенный телевизор.

— Я сама всё сделаю, — ответила я и достала курицу из лотка.

— Я хочу помочь. Может картошку почистить?

Я взглянула на часы. Да, лишние руки мне сейчас не помешали бы, ведь до ужина оставалось всего несколько часов…

— Почисть шесть штук, — согласилась я, даже не взглянув на мужа.

Я включила телевизор специально погромче, чтобы Миша не заговорил со мной. Как назло именно в этот момент отключили свет. На кухне воцарилась тишина, и через несколько минут я услышала недовольные восклики от Мирославы.

Поняв, что компьютер теперь не работает, дочь ушла на прогулку с подругой.

Ну а Миша, словно был даже рад отключению света и тому, что мы остались наедине.

На кухонном гарнитуре были три лампы на батарейках — они очень спасали, когда случались неполадки со светом. Вот и сейчас я их включила, и кухня озарилась мягким, уютным светом.

Мы любили зимними вечерами сидеть тут под этими лампами и пить горячие напитки, болтая о том о сём… Сердце кольнуло от осознания того, что больше никогда у нас не будет ничего подобного…

— Ай! — воскликнула я и увидела алый порез на пальце. Освещение было слабое и я случайно прошлась кухонным ножом по коже…

— Что такое? — спросил Миша. Он взглянул на мою руку и сразу же достал с полки аптечку. — Ну как же ты так?

Миша достал антисептическое средство и пластырь, и стал осторожно обрабатывать порез. Он делал всё медленно и периодически дул на рану, чтобы мне было не так больно.

— Готово, — улыбнулся муж, когда приклеил пластырь.

— Спасибо.

Миша сидел слишком близко ко мне, что я даже чувствовала его дыхание, от которого мурашки пошли по всему телу. Он нежно опустил мою руку и положил сверху свою. С любовью смотря в мои глаза, он стал приближаться, а затем коснулся губами моих губ.

На мгновенье я поддалась и закрыла глаза. Но тут же пришла в чувство и отскочила от него.

— Завтра я иду в суд, — сказала я безразличным голосом и отвернулась.

Хотела рассказать об этом вечером, но сейчас подвернулся лучший момент. Пусть Миша знает, что моё решение — твёрдое. И не надеется ни на что.

— Не торопи события с горяча, — Миша обхватил мои плечи сзади и попытался обнять, но я не позволила.

— Моё решение не изменится. Мы разведёмся.

Я говорила уверенно, но голос дрожал. Я еле сдерживала слёзы. Если я покажу их — Миша решит, что у него есть шанс вернуть всё. А его нет.

— Вика, я люблю тебя.

Я всегда словно таяла от нежных слов мужа. Но теперь они приносили мне лишь невыносимую боль…

Проигнорировав слова Миши, я продолжила готовку. С больным пальцем это было не так то просто. Но боль от пореза — пустяк, по сравнению с душевной болью…

Потерять всё, что годами строилось — это страшно. Даже врагу не пожелала бы пережить подобное.

Миша и дети — всё для меня. Мои самые родные и близкие люди. Я всем сердцем любила наш уютный дом, всегда старалась его улучшить. А теперь всё разбилось на тысячи осколков…

После развода дом придётся продать и поделить. Рука не поднимется выложить объявление о продаже… Но деваться некуда.

Жить мы в нём не сможем, продажа неизбежна.

Я оглянулась вокруг: каждая мелочь в доме подобрана с душой и любовью. Даже кухонные полотенца мы выбирали с мужем вместе, причём совсем недавно…

В голове не укладывалось — КАК можно променять всё это ради какой-то секретарши?

Неужели она стоила того?

Разве какая-то вертихвостка стоит потери самого близкого человека, который любит тебя больше жизни?

— Давай я порежу курицу, — сказал Миша и осторожно отодвинул меня от кухонной тумбы.

— Я всё сделаю сама. Оставь меня одну, пожалуйста.

Миша взглянул мне в глаза, словно для того, чтобы убедиться, что я говорю на полном серьёзе. Затем протяжно вздохнул и вышел из кухни.

Теперь я дала волю эмоциям, и по моим щекам хлынули солёные слёзы…

Сколько ещё будут продолжаться эти мучения?

Видимо пока мы окончательно не расстанемся, и не разъедемся по разным углам — я так и буду бесконечно плакать.

***
Ужин я успела приготовить вовремя. Миша куда-то уехал, а Мирослава вернулась с прогулки. Она помогла мне сервировать стол, и с нетерпением ждала гостью.