Развод. Шанс на счастье

Глава 5

— Спасибо за помощь. Но это лишнее, – игнорирую знакомство с ним.

Вскользь бросаю на него свой недовольный взгляд. И нажимаю на кнопку вызова нужного мне этажа.

— Так мы с вами соседи? И мне на этот же этаж, – Егор проводит рукой себе по волосам. — Так как вас зовут?

— Меня зовут Вероника. Но это ничего не значит… Не значит, что вы можете запросто вторгаться ко мне. В мою жизнь. Не нужно искать со мной встреч, – сразу же определяю между нами границы дозволенного с ним по отношению к себе.

— Не расстраивайтесь. Я не буду никуда вторгаться, – уголки его губ приподнимаются. В уголках его таинственных тёмных серых глаз появляются едва видимые бороздки. Он совершенно спокоен и уверен в своих действиях. — Просто здороваться с вами можно? Когда буду проходить мимо?

— Здороваться можно. Но не больше, – продолжаю смотреть на него строгим взглядом.

Не знаю, как сейчас воспринимать мужское внимание. Как вести себя с ними. С мужчинами. Нет никакого желания идти на контакт. Не хочу ни с кем общаться. Не хочу обмана. Хочу просто побыть одна.

Скверное ощущение недоброжелательности к Егору настигло меня, когда он оказался вдобавок моим соседом квартиры напротив.

— Всего хорошего, – пожелал мне напоследок Егор, поставив мой чемодан рядом с входной дверью. Окинул меня простой доброй улыбкой и ушёл к себе в квартиру.

— Угу, – нехотя кинула я ему.

Расположилась в уютной квартире. Разобрала вещи.

Слёзы непонимания и осознания всей сложности ситуации то и дело вырываются наружу.

“Предатель! Какой же ты предатель! Ты прикасался ко мне своими грязными руками. Которыми ласкал другую. Хотя, может быть, и не одну. Об этом даже думать не хочу. Если это так на самом деле, то я упала на самое дно наших с ним отношений.”

И так я сижу на краешке белоснежной кровати какое-то время, облокотившись локтями на свои колени, запустив пальцы в волосы. Массирую себе виски, закрыв глаза. Дышу более-менее равномерно. Хочу избавиться от мелкой, не покидающей меня, дрожи, которая заставляет содрогаться моё тело.

Наконец-то прихожу в себя. По-другому смотрю на ситуацию. Не могу позволить Андрею уничтожить меня. Уничтожить как личность. Не хочу быть загнанной в дальний тёмный угол его желаний и похоти.

Отправляю охраннику сообщение, чтобы сделал для меня копию той записи на всякий случай. Вдруг у Андрея появится мысль избавиться от неё? Сообщаю, что позднее лично заберу оригинал и копию. Предупреждаю, что больше никто не должен о ней знать.

Чтобы до конца прийти в себя, принимаю контрастный душ. Наслаждаюсь им. Наслаждаюсь ощущениями от смены температуры воды. И мне удаётся немного взбодриться.

“Отец. Мой отец. Как же ты был прав во всём.” – все мои мысли сейчас о нём. О моём отце.

— Папа, привет! – набираю ему номер, перебарываю себя. Прикусываю нижнюю губу. — Можешь говорить сейчас?

— Могу. Привет, Ника. Что-то срочное? — властный голос моего отца никогда не позволял мне лгать ему.

— Да. Случилось… Можешь приехать ко мне? — едва слышно прошу его. С трудом сдерживаю слёзы.

— Сейчас приеду, — в его голосе улавливается некое беспокойство за меня.

— Адрес я тебе сейчас скину…

— Какой ещё адрес?

— Где я буду жить какое-то время, — продолжаю я.

— Да что происходит у тебя? Что случилось? У тебя есть свой дом. Родной дом. Приезжай, — настаивает мой отец.

— Нет, пап. Я поживу пока здесь. Лучше ты приезжай. И мы обо всём поговорим с тобой. Адрес я тебе скинула. Жду.

— Я приеду… Скоро приеду.

От разговора с отцом мне становится немного лучше. Даже не от разговора, а от его уверенного родного голоса.

Я предупредила охрану о приезде моего отца. Чтобы они беспрепятственно пропустили его внутрь территории.

Потом оформила заказ продуктов через приложение.

***

— Как ты, Ника? На тебе лица нет. Рассказывай. Что произошло? – мой отец сразу же проникается ко мне своей заботой.

— Пойдём на кухню. Я чай приготовила. Там и поговорим, – предлагаю ему.

— Я весь во внимании… – отец втягивает горячий чай, который я ставлю перед ним.

— Я с Андреем развожусь… – сжимаю крепко губы.

— Как разводишься? Вы же не так давно поженились, – отец разводит руками. Хмурит брови. — Что он тебе сделал?

— Он изменил мне. Я увидела по камерам наблюдения, как он удовлетворяет свои потребности с моей помощницей. Прямо на моём столе. В моём кабинете.

— В нём что? Вообще ничего святого нет? Я его уничтожу. Он вылетит из нашего города. И на работу нигде не устроится. Я ему устрою “сладкую” жизнь! – мой отец расходится не на шутку от услышанного от меня. Его лицо окрашивается багровой краской. В глазах жажда мщения Андрею.