Развод со вкусом мести. Пламя страсти

Глава 1: Разбитое утро

Прижав к груди небольшой поднос с двумя чашками кофе, тороплюсь в кабинет мужа. Сегодня ровно пятнадцать лет, как я сказала «да», стоя под дождём и смеясь над промокшим смокингом любимого.

Я нарочно надела его старую рубашку, ту самую, с вышитыми на воротнике инициалами. Надеюсь, это вызовет его улыбку.

В последнее время он много работает и совсем перестал улыбаться. А времени на нас просто не хватает. Поэтому я решила взять инициативу на себя.

Офис мужа находится на двадцатом этаже, за дверью с надписью «Переговоры. Не беспокоить». Да, именно в его кабинете проходят почти все самые важные совещания в нашей компании.

Даже я иногда здесь делаю презентации ландшафтного дизайна для клиентов.

Но сегодня дверь приоткрыта. Как это не похоже на Антона.

Хочу толкнуть дверь. Но, услышав женский смех: низкий, бархатный — замираю.

— Ты же обещал развестись, — звучит голос.

И я узнаю в нём стажёрку из отдела маркетинга. Ирина, кажется. Та, что всегда использует духи с запахом пионов, которые я просто ненавижу.

Антон отвечает не сразу. Слышится шуршание одежды, брякает увесистая пряжка ремня, раздаётся тихий стон женщины.

Я вглядываюсь в щель, как в экран чужого телефона. Его пальцы впиваются в бёдра Ирины, сдвигая юбку выше татуировки на пояснице — переплетение роз и шипов.

Антон целует её шею, бормоча что-то по-французски. Тот самый шёпот, которым когда-то он просил меня выйти за него замуж.

Да, этот шёпот, как же я его любила, но теперь всё, сказанное им, будто покрывается плесенью и слизью.

Становится мерзко.

Поднос выскальзывает из рук, и всё разбивается о мраморный пол. Кофе брызгает на мои светлые брюки и даже долетает до белоснежной рубашки мужа на мне. Напиток оставляет неприглядные пятна на моей одежде. И даже на душе.

— Лена... — Антон отталкивает любовницу так резко, что та едва не падает со стола. Губы мужа блестят от помады цвета спелой сливы. А у меня в голове пульсирует осознание, что мой брак — ложь.

Рука невольно ложится на подвеску, что супруг подарил сегодня утром: сердце с надписью «А. Ш. + Е. Ш. = 15 лет».

И это тоже обман.

Как я могла быть такой слепой? Все эти совещания, командировки, проблемы с деньгами — что из этого было на самом деле?

А что лишь прикрытие для встреч с любовницей?

Я жду, что скажет муж. Извинится? Соврёт? Упадёт на колени? Но он лишь поправляет галстук и застёгивает ремень, избегая моего взгляда:

— Ты не должна была здесь быть.

Ирина вдруг смеётся, вытирая ладонью подбородок:

— Ой, Антош, давай я…

Я, перебив её, поднимаю обломок чашки и говорю мужу:

— У тебя на щеке её помада. Фиолетовый тебя не красит.

Мотаю головой и отступаю. Пытаюсь осознать, что видела, но оказывается вживую увидеть, как муж занимается любовью с другой, это совсем не то же самое, что читать об этом или просто бояться, что подобное произойдёт.

Антон шагает вперёд, но я уже отворачиваюсь. Понимаю, что слёзы наворачиваются. Но я не доставлю им удовольствия видеть, что мне больно. Я не могу позволить ему победить.

Выхожу из кабинета и иду к лифту. Достаю из кармана телефон, чтобы… даже не знаю зачем. Наверное, сейчас я больше всего хочу позвонить дочери. Услышать её радостный голос. Потому что скоро всё изменится.

Вижу спасательную дверь, что отделяет меня от холла с лифтами, и рывком распахиваю её.

Хочу вызвать лифт, но понимаю, что кнопка мигает, будто подмигивая именно мне. Кто-то уже её нажал.

Меня обдаёт морозным воздухом из открытого окна и дорогим парфюмом. Невольно перевожу взгляд в сторону запаха.

Темноволосый мужчина в чёрном пальто, прислонившись к стене, читает сообщение на умных часах. Заметив меня, он поднимает голову:

— Похоже, ваш завтрак не удался, — говорит он, кивнув на пятно от кофе на рубашке Антона.

А потом скользит заинтересованным взглядом голубых глаз вниз, к запачканным штанам.

В его низком голосе нет жалости. Только любопытство, холодное и хищное.

Сдерживаюсь, чтобы не закричать и не заплакать. Не хочу, чтобы тушь потекла. Потерять лицо сейчас — расписаться в своей слабости.

Лифт лязгает, открывая двери в холл. Мужчина входит первым, обронив через плечо:

— Вам на какой?

— Н-на, я сама, — тянусь нажать кнопку пятого этажа, где работаю я.

Наши пальцы сталкиваются, и я моментально одёргиваю руку. Меня словно ударяет током от его прикосновения.

Я быстро нажимаю на цифру «пять». Но незнакомец не выбирает свой этаж. Он продолжает нагло пялиться на меня.

Делаю шаг от него, он пугает меня своим вниманием. А от его холодного взгляда становится не по себе, хочется поёжиться, но я сдерживаюсь.

Лифт выпускает меня, скрипнув дверями. Тороплюсь в свой кабинет, а за моей спиной раздаются тяжёлые шаги.

С трудом сглатываю. Этот мужчина решил пойти за мной? На нашем этаже нет приёма, сюда не заходят клиенты фирмы.

— Вы преследуете меня? — резко останавливаюсь, а мужчина еле успевает затормозить, чтобы не влететь в меня. — Что вам от меня нужно?

— С удовольствием, выпил бы с вами чашечку кофе, — незнакомец снова бросает взгляд на мою испачканную рубашку, — но нет, я ищу строительную фирму Шараповых.

От упоминания собственной фамилии становится мерзко вдвойне. Муж взял мою, когда мы поженились. Его звучала не так красиво для того, чтобы открыть компанию. А уж для строительной фирмы точно не годилась.

Стискиваю зубы — теперь придётся ещё и отвоёвывать собственную фамилию в названии компании.

— Вы ошиблись этажом, — дерзко отвечаю, нет у меня желания сейчас возиться с потенциальными клиентами.

— Войтов. Мирослав, — мужчина переходит на шёпот и наклоняется ко мне, обдавая ароматом своих духов с примесью острого перца и табака. — Найдите меня, когда захотите... сжечь что-нибудь, — он переводит взгляд на мои рыжие волосы.

Глаза сами собой распахиваются шире обычного. Это, что, такой намёк на то, что я «огонь» из-за цвета моих волос?