Развод. Спаси мое сердце

Глава 7 Попытка оправдаться

Коля вскакивает с кровати, запутываясь в одеяле и спотыкаясь.

Выхожу в коридор и слышу, как он сзади падает на пол, ударяясь о что-то и громко ругаясь. Надо же, какое рвение! Вот только зачем?

— Катя, стой! Куда ты? Давай все обсудим! — бормочет он, продолжая меня преследовать.

— Нечего обсуждать! — бросаю холодно, а у самой в груди аж горит от возмущения и злости.

Не могла представить, что он еще и оправдываться посмеет. Или пытаться договориться.

Выходу в коридор и направляюсь к двери. Но на полпути он все же догоняет и хватает меня за руку, разворачивая к себе.

— Подожди, давай поговорим, — требует Коля. — Я уверен, что все можно решить. Ты просто постарайся меня услышать, постарайся понять.

Я оборачиваюсь, чтобы выплюнуть в него все накопившееся, послать ко всем чертям, навсегда вычеркнуть из своей жизни. Но стоит мне только увидеть его, как слова застревают в горле.

Коля стоит передо мной в одних трусах. В тех самых, которые я вчера вечером видела на нем. Именно в них он лежал на кровати у своей молодухи, а та поглаживала его…

Даже помыться и переодеться не удосужился, мерзавец!

Чувствую, как меня начинает трясти от смеси гнева и отвращения. Он смотрит на меня, не понимая, в чем дело. В его глазах — искреннее недоумение. И это непонимание действует мне на нервы еще больше.

— Какая же ты сволочь! — смеюсь ему в лицо. Нервы сдают. Ничего не могу с собой поделать. — И как я все эти годы не видела в тебе этого? Как я вообще жила с тобой все это время?

— Катя, да постой ты! Не спеши с выводами, — совершенно не теряется он. Будто для него подобный обман — дело привычное. — Ну что ты видела? Что ты себе напридумывала? Ну зашел я в гости к знакомой, а там мне плохо стало. Вот она скорую и вызвала…

— Точно! А чтобы скорой работы меньше было, еще и раздеть успела, — рычу я, с трудом сдерживая желание броситься на него с кулаками.

— Ну вот снова ты начинаешь, — Коля закатывает глаза, будто я ему не о вскрывшейся измене говорю, а о новой шубе. — Вообще-то я сам разделся. Мне ведь плохо стало, жарко. Пока Настя бегала за помощью, я разделся до трусов и лег полежать.

— Ты… ты еще и оправдываешься? Ты меня что, совсем за дуру держишь? Это ты Насте своей можешь рассказывать о том, как тебя дома жена обижает. А я на твое вранье не поведусь!

— Так ты на ее слова обиделась? — снова переиначивает все муж. — Так это Настя вспомнила тот случай, когда ты баклажаны с чесноком в салат добавила и меня не предупредила. Мне ведь тогда плохо было, думал, что в больницу лягу…

— Ах, значит, ты еще и обвиняешь меня? — язвительно спрашиваю, чувствуя, как внутри нарастает ураган. — То есть ты тогда не к врачу, а к любовнице поехал? А я, выходит, виновата, что тебе «плохо стало» в постели у другой женщины? Может, она тогда и спасла тебя своей нежностью и заботой?

Глаза наполняются слезами, но я отворачиваюсь, чтобы он их не увидел. Гнев и обида скручивают внутренности.

Мне хочется кричать, бить посуду, сломать что-нибудь, чтобы хоть как-то выплеснуть этот яд, которым он меня отравил. Но вместо этого я лишь проглатываю всю обиду и пытаюсь говорить ровно.

— Знаешь, Коля, я не собираюсь ничего обсуждать, — произношу полушепотом. — Мне противно даже смотреть на тебя. Не хочу, чтобы ты и дальше был частью моей жизни.

— И что теперь? Ты просто плюнешь все десять лет совместной жизни и растопчешь их? — бросает он со злостью, но мне только смешно становится от его слов.

— Восемь, — с усмешкой произношу я.

— Что? Что ты сказала?

— Восемь лет. Не десять, Коля, а восемь. Мы только восемь лет вместе. Но да, ты прав, я готова забыть их, готова забыть тебя, как страшный сон.

— Восемь, десять, какая разница? Кать, это много! Это ведь такая часть жизни, за которую люди становятся родными!

— Вот только тебе, похоже, я родной так и не стала!

Меня всю трясет. Хочется закончить этот кошмар, развернуться, убежать. Но я не могу это сделать. Силы оставили меня. Ноги практически не держат.

— Давай подумаем разумно, — продолжает давить мой муж. — Что ты видела? Меня в трусах в чужой квартире? Так я уже объяснил это. Разве ты видела, как мы с Настей спали? Разве она делала что-то неприличное?

— Она трогала тебя! — бросаю последний аргумент.

У меня в голове все слилось воедино. То, что я видела, смешалось со словами Коли. Я совершенно перестаю понимать, где правда, а где ложь.

А что, если на самом деле он говорит правду?

— Катя, она только гладила живот, чтобы наладить его работу, — произносит он мягко, с улыбкой. — Ты все напридумывала. Ты же видишь, что я дома, я вернулся домой сразу, как только мне полегчало…

Воспользовавшись моей слабостью, Коля подходит ко мне и пытается обнять. Но я нахожу в себе силы и выворачиваюсь из его объятий.

— Мне нужно все это переварить, — произношу я, отстраняясь. — Дай мне время понять, что к чему.

— Да, конечно, — произносит он спокойно, будто совершенно ничего не было и взбрыкнувшая жена снова стала покладистой. — Но тебе совсем не обязательно уходить. Ляг, поспи. А как проснешься, мы все обсудим.