Развод. Спектакль окончен

Глава 7

Я не могла больше оставаться в зале, где воздух, казалось, все еще был пропитан его властным присутствием.

Собрав остатки самообладания, я нашла взглядом режиссера и подошла, чтобы попрощаться.

— Майя, уходишь так рано? — он поднял брови с неожиданной теплотой, положив руку мне на плечо. — Ты сегодня была великолепна. Очень тонкая работа. Мы обязательно обсудим твои перспективы на следующей неделе.

Это внезапное внимание заставило меня насторожиться. Неужели влияние Дорохова уже возымело действие?

Я что-то пробормотала про усталость, постаралась улыбнуться и почти бегом вышла в прохладную ночь.

И тут же пожалела. С неба хлестал настоящий ливень, превращая тротуар в бурлящий поток. Я сжалась под узким козырьком, глядя на потоки воды.

Такси... это означало бы потратить кучу денег на одну поездку. В такую погоду цены заоблачные. А до метро — добрых пятнадцать минут бега. Я промокну до нитки.

Внезапно у тротуара бесшумно остановился черный внедорожник. Широкая дверь распахнулась, и в проеме, очерченном мягким светом салона, я увидела его. Руслана.

Он сидел в глубине, взгляд был прикован ко мне.

— Садитесь, — голос прозвучал негромко, но властно, перекрывая шум дождя. — Я вас довезу.

Я замерла на месте, чувствуя, как капли дождя бьют в лицо. Это была ловушка. Самая очевидная из всех. Но ливень усиливался, а промокшее платье леденило кожу.

— Спасибо, не нужно, — крикнула сквозь шум воды, поднимая воротник пиджака.

Я собралась с духом, чтобы сделать шаг наружу, намереваясь броситься к метро. Но дверь внедорожника распахнулась шире, и он, не обращая внимания на дождь, вышел на улицу. Его дорогой костюм моментально начал намокать, а темные волосы покрылись мелкими каплями.

— Не будьте такой упрямой, Майя, — сказал он, и в голосе прозвучали нотки нетерпения. — Это не капитуляция, это просто необходимость. Садитесь.

Я колебалась, переводя взгляд с его невозмутимого лица на хлещущий ливень. Сердце бешено колотилось.

Сесть — значит признать его победу. Промокнуть — выглядеть жалко и глупо. А еще простыть и пропустить спектакли.

— Я... я вызову такси, — слабо запротестовала, но голос потонул в раскате грома.

— В такую погоду? Вы разоритесь. Насколько я знаю, ваш гонорар не так высок, — его тон не оставлял пространства для спора. Он отодвинулся, давая мне место. — Или вы боитесь ехать со мной?

Этот вопрос, произнесенный с легкой насмешкой, стал последней каплей. Страх смешался с обидой и тем самым проклятым любопытством.

Сделав глубокий вдох, я шагнула вперед и скользнула в салон.

Дверь захлопнулась, заглушая грохот стихии и отрезая путь к отступлению.

Я оказалась в теплой, тихой капсуле, пахнущей кожей и его парфюмом.

Капли дождя застыли на моих ресницах, и я, не в силах сдержаться, предательски задрожала.

Руслан молча протянул мне большой, мягкий платок из батиста. Наши пальцы ненадолго встретились. Его прикосновение было сухим и обжигающе теплым.

— Не волнуйтесь, вашу добродетельность я сегодня оценил. Довезу вас прямо до дома, — он произнес это с легкой насмешкой, словно читая мои самые постыдные мысли.

Я кивнула, с облегчением разжимая пальцы. Может быть, он просто играет в джентльмена?

Эта мысль позволила мне немного расслабиться. Я откинулась на спинку сиденья и украдкой наблюдала за ним.

Он внимательно следил за дорогой, а в свете фонарей его профиль казался еще более резким и неприступным.

Мне вдруг стало любопытно, о чем он думает. Но я быстро отбросила эти мысли. Мне это не нужно.

Пока машина бесшумно скользила по мокрым улицам, до меня начало доходить, в какую опасную игру я ввязалась.

Что я делаю в салоне его автомобиля?

Мое мимолетное любопытство и желание укрыться от дождя теперь казались непростительной глупостью.

Машина плавно сменила ряд и свернула с пути, ведущего к моему дому.

— Мы проехали поворот, — тихо сказала я.

Он не отрывался от дороги.

— Я знаю.

Внезапное понимание ударило, как ток. Мое согласие или отказ его не интересовали. Он уже все решил. Мы ехали не к моему дому.

Страх снова сжал горло, но к нему примешивалось что-то еще — щемящее, запретное любопытство. Что он задумал? Куда он меня везет?

Машина бесшумно остановилась под навесом одного из тех ресторанов, куда нельзя просто так зайти с улицы. Швейцар уже спешил к двери.

Руслан, наконец, повернулся ко мне. Его взгляд был спокоен и непроницаем.

— Я же не уточнял, когда доставлю вас домой. Сначала мы поужинаем. Вы промокли и голодны. А я не люблю, когда мои инвестиции заболевают из-за глупой гордости.

Он не просил. Он констатировал факт.

Вышел из машины, не дав мне и секунды на возражение, обошел ее, чтобы открыть мою дверь.