Развод. Тайная бывшая моего мужа

Глава 1. Медленный танец

«— Прости, что поздно. Знаю, друзья так не поступают, но я не могу смотреть, как Егор водит тебя за нос. Он сошелся со своей бывшей. У них любовь-морковь, а тебя мне жалко…»

Когда мне поздно вечером звонит лучший друг моего мужа, я решаю, что это розыгрыш. Мало ли у взрослых мужиков в одном месте детство заиграло?

Но сердце как-то не так екнуло, больно ударилось о ребра и забилось быстро-быстро, хотя я даже не двигаюсь.

Я как раз стою у входа в офис мужа. Время – двенадцатый час, моросит противный дождь и ветер продувает до костей, а я вся горю, словно меня сжигают на костре.

Главное, друг мужа даже не дал мне возможности оклематься от его заявления и хоть что-то спросить в ответ. Я пыталась перезвонить ему раз пять — сбрасывает.

Дыхание дрожит и вылетает из груди рваными облачками пара.

Да нет. Не может Егор мне изменять. Мы вместе три года, женаты два. Познакомились взрослыми людьми, он-то вообще уже состоялся как предприниматель, а я все еще себя искала.

Он на втором свидании сказал мне, что настроен на семью и детей. Я тогда отшутилась и покраснела вся, неловко стало. Хотя Егор мне жуть, как понравился, до бабочек в животе и далекоидущих планов на будущее.

Через два месяца он сделал мне предложение. Встал на одно колено, кольцо подарил с бриллиантом. И пусть мой разум кричал о том, что рано, ведь два месяца — это ни о чем, я растрогалась и согласилась.

Потому что любила его безумно. И до сих пор люблю всем сердцем.

У нас относительно молодая семья. Зачем ему было бы мне изменять?

Мужа не было в сети бо́льшую часть дня. Потом он коротко написал мне, что задерживается и дома будет за полночь.

А еще добавил:

«Не отвлекай меня звонками. Если что-то срочное пиши. Будет свободная минута, отвечу».

Ну вот я и подумала, что приеду к нему с домашним ужином, проявлю заботу. Еще и в фольгу все завернула, чтобы не остыло.

А сейчас стою у порога и чувствую себя дурой. Внутри раздрай и опустошение

Меня еще царапнул тон его сообщения, он как будто ответил мне на отцепись. Но ведь еще утром у нас все было хорошо.

Я, как обычно, проводила его на работу, поцеловала на пороге. Мне еще показалось, что он весь в своих мыслях, загруженный какой-то.

Неужели, правда, у него роман? Или, как выразился Дима любовь-морковь с какой-то бывшей?

Внутренности покрываются льдом от одной только мысли.

Нет! Я даже допустить такой мысли не могу. Это недоразумение, и я, наверное, просто все не так поняла.

Сжав ремешок сумки, которая от веса еды давит на плечо, я шагаю в здание.

Пожилой охранник Николай поднимает голову, отрываясь от монитора камер наблюдения, и кивком меня приветствует.

А потом, когда я подхожу к лифту, чтобы доехать до этажа, где находится кабинет мужа, Николай вдруг меня окрикивает.

— Элина Марковна, к начальнику нельзя, — извиняясь и нехотя говорит он.

— Что прости? — я поворачиваюсь к нему так резко и произношу это так громко, что он опешил.

Такого никогда не бывало. У нас с мужем абсолютное доверие, никаких паролей на телефонах и прочей ерунды вроде личных границ.

— Указание никого не пускать, — мямлит Коля, поднимаясь из-за стойки.

— Я — жена.

— Да я знаю, — пожимает плечами. — Но начальник прямо так и сказал, никого не пускать. Я про вас конкретно даже спросил, ну чтобы уточнить, — тут Коля берет паузу, чтобы прочистить горло. Видно, что ему неудобно. — А он сказал, что на вас это тоже распространяется.

— Вот как, — слабо улыбаюсь я. Меня шатает. В висках стучит. — Егор там один или с женщиной?

Не знаю, как у меня хватило отваги спросить о таком постороннего человека, который потом легко может разнести слухи среди подчиненных мужа. Но молчать я не могла.

— Элина Марковна, — мямлит охранник и… начинает краснеть. — Нет там никого. Только ваш муж.

— Ага, — киваю, прекрасно осознавая, что Коля не хочет терять работу.

— Так что вам лучше уйти. Вы меня извините, — прикладывает руку к груди он. — Я просто делаю свою работу.

— Да я поняла, Коль. Поняла, — вымученно улыбаюсь ему и захожу в лифт, двери которого сразу же за мной закрываются.

До последнего этажа лифт едет слишком медленно. Мысли сводят меня с ума. Он там точно не один. Но вопрос состоит в том, что именно мне предстоит увидеть.

У меня, наверное, сердце разорвется, но струсить я не имею права.

Двери лифта расходятся тихо. Выхожу я из него еще тише, словно летящая над землей тень прежней себя.

Делаю мягкие шаги в сторону офиса Егора, но в тишине пустого офиса я слышу, как из конференц-зала льется мягкий мелодичный джаз. Именно под такую музыку в фильмах из девяностых показывали чувственные и интимные сцены.

И вот тут мне уже все становится понятно на девяносто девять процентов.

Оцепеневшая и убитая предательством мужа, я уверенными шагами иду туда, откуда льется музыка. Откуда у меня силы — неизвестно.

Мне нужно увидеть все своими глазами. Как бы больно ни было потом. Лучше так, чем во лжи.

Помещаю ледяную и взмокшую ладонь на дверь конференц-зала, толкаю ее.

Казалось бы, вот тот самый момент разорвавшейся бомбы, время скандала и выяснения отношений…

Но меня тупо никто не замечает.

Зато я прекрасно вижу, как в притушенном свете, под разрывающийся чувственной музыкой саксофон, Егор танцует медленный танец с незнакомой мне брюнеткой.

Ее руки обвивают его сильную шею. Его ладони по-собственнически лежат на ее пояснице, причем так низко, что еще немного и он будет лапать ее попу. Я прямо вижу, как ему этого хочется.

Они смотрят друг другу в глаза, он что-то ей говорит, а она в ответ влюбленно улыбается.

Я столбенею, ощущая, как горло разрывается от огромного кома. Хочется кричать от боли, но вместо этого я вслепую нахожу на стене выключатель.

Щелк. Загорается свет ярких дневных ламп.

— Элина?! — муж замечает меня первым.