Развод. Тебе не будет больно, когда я уйду

1.1. Алина

От тишины в доме привычно хочется лезть на стены или в третий раз на этой неделе устроить генеральную уборку со всеми вытекающими. Вот она - участь современной домохозяйки, когда даже соцсети с бесконечной лентой постов и видео опостылели до чёртиков.

Оживший звонком телефон застаёт меня в шаге от кладовой, где хранятся все моющие и прочие необходимые для наведения чистоты средства, и я радуюсь этому так, как, наверное, подаркам на день рождение не радуюсь. Тороплюсь обратно в гостинную, хватаю смартфон с журнального столика, вижу на экране фото моей самой лучшей в мире подруги и не могу сдержать счастливую улыбку.

– Кариша, привет! – верещу в трубку.

– Привет, зай! Ты чего счастливая такая?

– Потому что ты позвонила! Не представляешь, насколько я рада тебя слышать!

– Ооо, продолжай, такое начало мне нравится, – не менее радостно хихикает Каринка, судя по шуму на заднем фоне, находящаяся сейчас в дороге. – Или ты всем звонкам так радуешься, окончательно одичав в вашей удалённой от цивилизации Веберовской резиденции? С телефонными мошенниками также любезничаешь?

– Карин, мне даже они не звонят, представляешь? – подхватываю её шутку. – Влад установил какого-то новомодного защитника и теперь мне ни с “умными” людьми не пообщаться, ни деньги его с их “помощью” не потратить.

– Н-да, печально, но ничего, я через часик приеду и мы с тобой придумаем как твою тоску зелёную разогнать.

– Подожди! - от этой новости я даже подпрыгиваю на месте. – Ты серьёзно? Правда, приедешь?

– Да, вот только пробки проскочу и… - слышу недовольный гудок клаксона. – Эй, да пропусти ты меня уже! Не видишь, что я за рулём?! Что вы мне машите, мужчина? Что? Ой, да иди ты в… – Каришка обрывает себя на полуслове и цокает языком. – Ну, вот что за мужики пошли, а, Алин? Кошмар! Ни кожи, ни рожи, и даже пропустить вперёд себя не может! Тачку бы нормальную купил сначала, а потом уже невесть кого из себя строил.

Так и вижу как она - эффектная голубоглазая брюнетка, которой шеи вслед сворачивают, привыкшая к всеобщему поклонению с детства, сидит в своём шикарном хищном ауди матового серо-графитого цвета и кошмарит посмевшего не проникнуться её величием обладателя авто попроще.

Эх, жалко бедолагу.

Но Карина Исметова - это Карина Исметова. Лучшая всегда и во всём, острая на язык и на беду противоположного пола блистательная не только внешностью, а и умом, дерзкая красотка. Она живёт по принципу “у меня есть либо всё, либо больше, чем всё” и требует от других людей, от мужчин в частности, того же, чем или раздражает людей, встречающихся ей на жизненном пути, до зубного скрежета, или восхищает своей упёртостью, несгибаемым характером и умением достигать поставленных целей. Мы дружим столько, сколько я себя помню, и мне всегда казалось, что нет ничего, чего Каринка не может достигнуть. В особенности, если она что-то захочет, то… Ух, держись, человечество! Горы свернёт, русла рек поменяет, сделает невозможное возможным, но своего добьётся.

И то же самое происходит в эту самую секунду.

– Ну! То-то же! А раньше так сделать нельзя было? – продолжает возмущаться она. – Сразу бы пропустил и давно бы уже разъехались! Ой, езжай, мил человек, не мигай мне… – утомлённо вздыхает. – Боже, дай мне сил в мире полном идиотов! Ох, ладно… О чём я там говорила, Алиш?

– О том, что приезжаешь ко мне через час.

– Ах, да, Владик сегодня расщедрился и отправил меня отдыхать. А я что, дура, отказываться? Тем более мы закрыли очень важный проект, правда, вымотались до предела и это ли не повод немного перевести дух?

– Да, он мне рассказывал, что вы…

– Владик мне так и сказал, – перебивает, заливисто смеясь. – Сгинь с глаз моих, Каришка, и отдохни как следует, иначе ремня всыплю.

Хмыкаю, при одном упоминании мужа машинально повернувшись в сторону наших с ним совместных фото, расставленных и развешанных на стенах в разных частях дома.

Влад, когда я их печатала, ворчал, не понимая, зачем они нам нужны да ещё в таком количестве в новом, от и до продуманном очень востребованным дизайнером доме, но послушно собственноручно вешал их туда, где мне бы хотелось их видеть. И таким нехитрым образом в этой выверенной до миллиметра холодной обстановке в стиле, как я смеясь его называла, минимальный минимализм появилось немного тепла и уюта. А ещё, пока он на работе и также, как и Карина, зовоёвывал этот мир, а я сутками напролётом торчала дома, с ними мне было не так одиноко и тоскливо.

Бывает загрущу, посмотрю на нас ослепительно счастливых, влюблённых в друг друга до сердечек в глазах в свадебных нарядах, или, например, на пляже, во время первой поездки к океану, не менее счастливых и этой жизнью довольных, и сразу как-то легче становится.

И сейчас, любуясь им на снимках, сама не осознаю как нежная улыбка появляется на губах.

– Домой мне не хочется, поэтому я подумала-подумала и решила рвануть к тебе, Линусь. Что скажешь? Круто же я придумала, правда? Посидим, выпьем, поболтаем… – Исметова неожиданно затихает. – Мне ещё нужно тебе кое о чём рассказать.

– Конечно, ты, как всегда, умница, Кариночка! Очень тебя жду! Что мне приготовить? Рыбу, мясо или, может, закажем что-нибудь ужасно вредное и ужасно вкусное?

– Вот ещё! – фыркает в своей привычной манере. – Моё тело - храм, а не свалка.