Развод. Твоя бывшая

Глава 2

Да, конечно, не мог!

Олег не такой. Я точно это знаю. И мои мысли просто преступны...

Но не спросить его не могу.

Точнее, муж сам, почувствовав мою окаменелость, прекращает целовать меня, отстраняется и, заглядывая в лицо, спрашивает:

— Что, Злат? Что ты увидела?

— Почувствовала, — возражаю сипло.

— Что? — не понимает он.

— Я не увидела, я учуяла запах женских духов. На тебе, — слова даются с трудом.

Горло словно сжали и сдавили огромными ручищами. Я даже прокашливаюсь, чтобы мой голос звучал спокойно.

Олег тут же фыркает и коротко смеётся. Его смех звучит непринужденно и очень искренне. Он не притворяется, не пытается скрыть что-то от меня.

— А, черт! — ругается он и принимается энергично тереть шею и щёку, как будто хочет стереть этот запах. — Олеська заезжала после универа и опять висла на мне. Ты же ее знаешь, липучку. Втирала мне, как соскучилась по старшему брату, и так надушилась, что у меня глаза от ее амбре слезились. И не только у меня. Пришлось гнать ее с площадки, а то у меня бы вся группа в наркологичку загремела с первым в истории отравлением ароматическими газами.

Слушая его, я даже глаза ненадолго прикрываю — такое на меня накатывает облегчение. Я даже как будто легче становлюсь, скинув этот булыжник с души, как лишние килограммы, которых у меня, кстати, нет.

Но сразу за облегчением накатывает девятибалльное чувство вины — я почти поверила, что муж тискался с кем-то в кулуарах съемочного павильона, и едва не опозорила себя, озвучив свои гнусные подозрения. Это все история Нади… Для меня она тоже не прошла бесследно.

Сестренка Олега и правда очень любит его и всегда липнет, как репей. Я бы, наверное, даже испытывала что-то похожее на ревность к ней, если бы впервые увидела их вместе сейчас. Но когда мы познакомились, Олеська была еще совсем девчонкой, и их нежности выглядели естественно и мило.

— Давно она приезжала?

— Да вот недавно выпроводил, запах не выветрился еще.

Я огорченно вздыхаю:

— Жаль, что не увиделись. Передай, пусть к нам заезжает. Но сначала сменит духи, — шучу, прижимаясь к мужу и пряча лицо на его широкой груди.

Наши с Олегом отношения всегда строились на доверии и взаимном уважении. А я только что чуть все не испортила!

Муж обнимает меня крепче, и я закрываю глаза, наслаждаясь моментом. Всё хорошо.

Потом он возвращается к съемкам, а я сижу на стульчике позади него и наблюдаю, преисполненная гордости за то, что он у меня такой талантище.

А лежа рядом с ним ночью, я вспоминаю историю Нади и вновь радуюсь, что мне с мужчиной повезло больше, чем ей. И так и засыпаю, с улыбкой на лице.

Утром муж находит меня на кухне. Подходит сзади и, целуя в шею, заглядывает в сковородку.

— Мм? Блинчики? И даже не в выходной? — шутливо удивляется, стаскивая с тарелки один панкейк.

— Вот, решила тебя побаловать — цени, — так же шуткой отзываюсь я.

— Мне следует напрячься?

— Из-за чего? — не понимаю я и, зависнув, едва не передерживаю всю партию.

— Ну как же? Блинчики — это такое же стереотипное средство заглаживания вины женщины перед мужем, как брильянты — безотказный способ извиниться у мужчин.

Его слова заставляют меня покраснеть, ведь он попал в точку, я действительно затеяла всю эту блинную историю, потому что до сих пор чувствую вину перед ним за вчерашние подозрения.

— Что ты выдумываешь? — бурчу, отворачиваясь, чтобы он не считал мой румянец и не расценил его неверно.

Пока я выпекаю тесто, Олег достает сиропы и ягоды, сметану смешивает с вареньем и включает кофеварку.

Атмосфера в кухне спокойная, почти идиллическая. Завтрак всегда был нашим особым ритуалом — редкий момент, когда мы можем побыть только вдвоём, без суеты и динамики внешнего мира. Мне тепло и уютно с ним вдвоем в такие моменты, чувствуется, что мы семья.

— Как продвигается большое переселение компании твоего отца в Силиконовую долину? — спрашивает Олег, усевшись за стол перед дымящейся чашкой кофе.

Я выключаю плиту и с тарелкой блинчиков усаживаюсь напротив него. Муж наливает и ставит передо мной стакан с морковным фрешем.

— Он звонил вчера, рассказывал, что релокация почти закончена. На следующей неделе перевозит последних ключевых сотрудников и потом будет готов переехать сам. Но только после прощальной вечеринки с друзьями и коллегами. Приглашает нас, — закидываю удочку осторожно.

Мой папа и муж очень недолюбливают друг друга. Не враги кровные, конечно, как Монтекки и Капулетти, но когда они сталкиваются, искры летят. Они это знают, и лишний раз стараются не пересекаться. В день нашей свадьбы они заключили официальное перемирие, и оба вели себя образцово, но динамика их взаимоотношений все еще сильно смахивает на холодную войну. Поэтому, услышав о приглашении, Олег недоверчиво усмехается.

— Не думаю, что он будет слишком рад меня там видеть, — произносит с тенью иронии, сохраняя полуулыбку на губах.