Развод. Твоя бывшая

Глава 6

На вечеринку в роскошный загородный дом отца мы с Олегом слегка опаздываем — муж задержался в студии, где они отсматривали отснятый материал, — но на подобные мероприятия и не принято приходить вовремя. Мы приехали далеко не последними.

Папа не поскромничал и закатил прием, вполне способный затмить церемонии уровня Оскара — лимузины, красная дорожка, соответствующий дресс-код и внушительный список гостей.

Он собрал всех — от самых ярких представителей шоу-бизнеса до знаковых политиков, — и, прибыв, мы с мужем сразу вливаемся в эту разношерстную, богато разодетую толпу.

Олег чувствует себя на таких приемах как рыба в воде, это его стихия, я тоже на них не новичок, и, пока мы пробираемся к виновнику торжества, несколько раз останавливаемся, чтобы поприветствовать знакомых.

Папа не один, его окружают коллеги-конкуренты, такие же успешные бизнесмены, и лучший друг, сенатор Кожевников. Не желая разбивать их компанию, прибиваюсь вместе с мужем к группе его коллег с телевидения.

Стоя рядом с Олегом и чувствуя его руку на моей талии, бросаю взгляд на отца — сегодня он особенно хорош собой и внушителен. Статный, с по-королевски прямой осанкой, шикарный костюм подчеркивает атлетичную фигуру, а излучаемая природная харизма и внутренняя сила притягивают взгляды.

Я не переживаю за него, знаю, что и в Штатах у него все будет прекрасно. Папа себя не потеряет. Но не потеряюсь ли я без него?..

— Злата, наконец-то вы здесь! — оттаскивают меня от мужа руки подошедшей сзади мачехи.

Обернувшись, обнимаю Оксану, которая тоже потрясает красотой и какой-то особенной радостью.

— Как ты, предвкушаешь поездку? — смотрю в ее счастливые глаза.

— Да! Не могу дождаться, когда мы полетим. На частном самолете, прикинь! Хочу попросить тебя, пока Рома не слышит, — серьезнеет она.

— О чем? — удивляюсь я, теряясь в догадках — вряд ли она попросит присмотреть за домом.

— Обещай, что будешь часто навещать его. Он будет безумно по тебе скучать. Ты же его любимая девочка.

— Теперь ты — его любимая девочка, — с улыбкой возражаю я.

— Я — другая девочка и при всем желании не смогу заменить ему тебя. Это невозможно. Ты обещаешь?

— Конечно, Оксан! Это… даже не обсуждается. Тем более я люблю Калифорнию и сёрфинг, — смеюсь тихо.

— И ты шикарна на доске, — находят меня вновь руки мужа, по-хозяйски обвивающие за талию. — Здравствуй, Оксана.

— Вы оба шикарны, и даже без доски, — успевает сказать мачеха, когда к ней подходит официант и что-то говорит.

Она, извинившись, убегает. Я поворачиваюсь к мужу и тоже скрещиваю руки за его спиной, прячу лицо на его груди — слова мачехи отозвались грустью в душе. Я тоже буду скучать.

— Всё в порядке? — спрашивает Олег, заметив мое состояние.

Подняв голову, встречаюсь с ним взглядом и заставляю себя улыбнуться.

— Да, всё хорошо. Просто разговор с Оксаной напомнил, что папин отъезд — реальность. Он уедет не когда-нибудь, а прямо сегодня. И мне уже тоскливо. Ты же знаешь, как мы привязаны друг к другу.

Кивнув, Олег перемещает руки с моей талии на плечи и нежно целует в висок.

— Знаю. И знаю, что он справится с этим, как и ты. Вы можете хоть каждый день общаться по видеосвязи, в итоге это может быть даже чаще, чем вы встречались с ним здесь. А если совсем затоскуешь, то всегда можешь навестить его в Силиконовой долине. Мы можем, — исправляется он.

— В Кремниевой, — исправляю его я, хоть и знаю, что он называет ее так специально, назло папе.

— В любом случае, она на этой планете, и туда все еще летают самолеты.

— Да, я знаю. Ладно, пойду найду его.

— Я с тобой, — не отпускает он мою руку.

Папа рад нам обоим и кажется искренним. Охотно жмет руку Олега, дружески похлопывает по плечу, на полную отыгрывая радушного хозяина. Даже расспрашивает того о фильме, который муж сейчас снимает.

Олег тоже безупречен. Подчеркнуто вежлив и любезен, и как будто с удовольствием делится с папой своими делами и планами.

Я смотрю, как они стоят вместе, разговаривают, и не могу не радоваться тому, насколько хорошо они ладят сегодня.

Неужели официальное перемирие?..

— А твой отец умеет прятать клыки, когда хочет, — отмечает Олег, когда мы отходим.

— Он просто понял, что вам нечего делить. Я люблю вас обоих. Одинаково.

Олег останавливается и притягивает меня к себе. Наклонив голову, прижимается лбом к моему.

— Мы все равно не перестанем бороться за то, чтобы отвоевать чуть больше твоей любви, — и целует меня в край волос. — Но теперь будем делать это реже.

Я улыбаюсь.

Вечеринка в разгаре. Гости разбредаются по лужайке и первому этажу дома с колоннами — это не тот дом, где я выросла, поэтому здесь я тоже гостья, — смеются, обсуждают новости и светские сплетни, пьют шампанское. Я чувствую себя чужой на этом празднике — не могу радоваться тому, что папа уезжает.