Развод. Ты моя снова

Глава 1

Рамина

Утренний чай в маминой квартире всегда был особенным – терпким, горьковатым, как и сама жизнь, которую мама, Инга Петровна, не стеснялась обсуждать вслух, особенно со мной. Сегодня, едва солнце робкими лучами заглянуло на кухню, и я еще не успела по-настоящему проснуться, мама рассказала о своей нелегкой судьбе, а потом началось:

– Сколько будешь одна? Мало того, что часы тикают, так еще и не молодеешь, Рамина! Внуков-то когда от тебя дождусь? Я ведь не вечная, понимаешь?

Я молча отпила глоток. Почему-то мамины слова, которые слышала сотни раз, сегодня звучали особенно остро, и чай стал казаться пресным.

– Спасибо, мам, – попыталась говорить беззаботно, но голос прозвучал глухо. – Ты умеешь поднять настроение с утра пораньше.

– Пустословие твое – вот что я слышу, – мама ничуть не смягчилась. – Пока словами хорошенько не отхлещу, с места не сдвинешься! Мои подруги уже вовсю внуков нянчат, балуют, а я у тебя их никак выпросить не могу. Живешь себе одна, работаешь, а жизнь мимо проходит!

Вздохнув, я поставила чашку на блюдце.

– Надо было, наверное, не одну меня рожать, мам, – ответила я, уже не стараясь скрыть раздражения. – Тогда бы хоть кого-то другого пилила, а не на меня так неустанно давила.

– Бог дал мне тебя, – твердо сказала мама, глядя мне прямо в глаза. – И за это я благодарна. Ты слушай, что говорю. Подпинываю, Рамина, чтобы не осталась такой же одинокой, как я после развода с твоим отцом. Ты живешь отдельно, в своей квартире, и не так часто заезжаешь ко мне. Работа, конечно, отнимает время. А ведь с детьми было бы совсем другое дело! – Мама сделала паузы, чтобы с большим энтузиазмом продолжить: – Мне бы малышей отдавала, и я бы сидела, если бы ты не смогла от своей работы оторваться. Мне осталось всего три года до пенсии, но ради внуков я бы что угодно придумала, лишь бы с ними быть!

«Сколько можно одно и то же?» – подумала, устало потерев виски.

– Мааам, – протянула. – Я тебя услышала. Правда. Не надо из раза в раз прокручивать ту же пластинку. Твои слова, как ни странно, от этого не ускоряют мой путь к замужеству. Я зашла перед работой, чтобы просто тебя увидеть, а ты…

Я умолкла, отодвигая чашку.

– Ты же должна понять, – продолжила я, чувствуя, как внутри поднимается волна обиды. – Я до сих пор не могу отойти после развода с Лукой. Никто мне после него не нравится. Что я должна тут же прыгать в омут с головой? Или пускать к себе кого попало? Я не такая.

Мама прищурилась, изучая мое лицо.

– Скажи честно, Рамина, – ее голос стал тише, но от этого еще более пронзительным. – У тебя после Луки никого не было?

Я поджала губы, нехотя поддаваясь ее упрямому взгляду.

– Нет, – коротко ответила. – Не было.

Мама тяжело вздохнула, и в ее глазах мелькнула боль.

– Не повторяй мою судьбу одиночки, – грустно проговорила она, затем, словно взяв себя в руки, добавила с новым запалом: – У меня, по крайней мере, есть ты…

– Так, – я встала, чувствуя нарастающие напряжение. – Очень рада была с тобой повидаться. Но мне пора. Опоздаю. Я руководитель отдела, и должна показывать положительный пример.

Я поставила чашку в мойку, быстро поцеловала маму в щеку и направилась к двери.

– Вечером заскочу, раз уж ты так скучаешь без меня, – бросила уже на ходу.

– Еще бы не забывала ходить на свидания! – прозвучал ее голос вслед.

Я вышла из квартиры, оставив маму наедине с ее переживаниями, которые, как мне казалось, были больше про нее саму, чем про меня. И все же, где-то глубоко внутри, понимала ее. Но неужели я тоже так же буду грызть своих детей, если они у меня когда-нибудь появятся?

На такси я добралась до предприятия, где наш филиал занимал целый второй этаж. Я была руководителем отдела управления персоналом. Направилась к себе в кабинет, предвкушая очередной рабочий день. Но только я подошла к двери, как мне наперехват выскочила моя работница, Нина, с бледным, как мел, лицом.

– Рамина Алиевна, к вам проверяющий! – прошептала она, ее глаза широко распахнулись от страха. – Он ждет в вашем кабинете! Такой грозный, что я чуть не упала, когда он потребовал вас срочно. Рабочее время еще не началось, а он так рычал, будто вы опоздали на полдня! Чтобы как-то занять его, я предложила ему чай…

– С ядом? – с надеждой в голосе вырвалось у меня.

– Да, но, к сожалению, он отказался, – Нина развели руками, ее плечи поникли.

– Жаль. Ладно. Но все равно раздражает, ведь недавно же была проверка, что ему понадобилось? – нахмурилась я. – В нашем отделе всегда было идеально, придраться не к чему.

– Вам лучше поспешить, пока он не начал рвать и метать, – торопливо сказала Нина. – Вид у него был очень недовольный.

Я выдохнула раздраженно, пригладила непослушные прядки волос, которые выбились из прически, и направилась к своему кабинету. Открыв дверь, я шумно закрыла ее за собой, словно объявляя о начале полномасштабных боевых действий.

В кабинете было тихо, но как только я вошла, воздух словно сгустился. Кресло, которое обычно служило для приема посетителей, пустовало.

Какой-то мужик уселся в мое кресло! Он развалился в нем, как король на троне, раскинув руки на подлокотниках, и как ни в чем не бывало смотрел в окно.

Черт! Я совершенно забыла у Нины спросить, как зовут этого надзирателя.

Скрипя зубами от непомерного нахальства непрошеного гостя, я собралась с мыслями и, стараясь звучать как можно более уверенно произнесла:

– Здравствуйте. Я руководитель отдела, Таджирова Рамина Алиевна. Какие вопросы вас интересуют?

– Один вопрос: как ты могла допустить это? – голос, прозвучавший из кресла, был ледяным, лишенным всяких эмоций, что делало его еще более пугающим.

Кто он такой, чтобы фамильярничать со мной?!!!

– Простите? Что «это»? Вы об отделе говорите? У меня все под контролем! – заявила я. И ведь это была правда. Мой отдел – моя крепость, всегда был идеальный порядок.