Развод. Ты нас предал

Глава 2

Вцепляюсь пальцами в запястье Виктора. Мне и так из-за слёз тяжело дышать, а тут ещё он сжимает его и вдох еле получается сделать.

– Пусти! – сиплю я, прожигая полным ненависти взглядом, и царапаю его руку ногтями.

Аверин же словно и не чувствует этого.

Шарахает по кнопке закрытия дверей и мы остаемся одни в замкнутом пространстве. И почему-то больше всего зол именно он, хотя это я здесь обманутая жена, узнавшая, что муж изменяет мне вот уже восемь лет.

– Рот закрой и слушай сюда, – грубо пихает меня ещё недавно любимый Витя, пригвождая к холодной металлической стенке.

Буквально этим утром он изображал хорошего мужа, но теперь ни следа от его лжи не осталось.

Неужели... всё это время я жила с человеком, который настолько меня ненавидит?

И как же хорошо он притворялся, что я даже не замечала, что на самом деле муж не просто не замечал мои старания из-за занятости... он ни во что меня не ставил всё это время в принципе.

– Оставь меня в покое! Ты… ты просто унижал меня почти весь наш брак, изменяя, даже дочь в честь любовницы назвал! А теперь хочешь, чтобы я слушалась?? – крик превращается в хрип на конце, – Пусти меня!

А в глазах дрожат слёзы.

– Я сказал, заткнись, – ведь Виктор не успокаивается, он рыкает и склоняется ко мне, – Развод ты получишь, когда я скажу. И лучше не зли меня.

Становится настолько близко, что просто отвратительно после того, что я услышала и увидела в кабинете.

– Забыла, что на носу презентация нового продукта? Мы можем выиграть тендер и получить крупный заказ от государства. А такие серьезные люди не любят, когда начинаются какие-то скандалы и подковерные игры. Так что придется тебе потерпеть. – потому что я чувствую горячее дыхание Аверина, когда он продолжает говорить.

Не выдерживаю.

– С меня хватит. Я всю жизнь с тобой терпела! Терпела твои грубые шутки, замечания о моей внешности, о готовке, обо всём! Старалась быть лучше, курсы проходила, лишь бы тебе угодить! А ты просто пользовался мной и ноги вытирал, с Юлькой кувыркаясь на стороне. Скажи, зачем ты так со мной??

Всё внутри меня превращается в чёрную дыру с каждым словом. Боль поглощает целиком.

– Только не устраивай сцен, – а Виктор просто морщится, – ненавижу, когда ты плачешь. Если хочешь объяснений ‐ поговорим дома. А пока отправляйся, куда ты там собиралась, и займись делами, а не прохлаждайся, как обычно.

Заставляю себя проглотить ком из слёз.

Ему плевать на меня, плевать, что мне больно. Мне нельзя ещё и слезы перед ним показывать. Не пожалеет – растопчет окончательно.

И я тоже не должна его теперь жалеть.

– Никуда я не поеду, Вить, – поспешно вытерев слезы, говорю с вызовом, – Эта фирма и моя тоже, мы вместе её поднимали и я до сих пор здесь бухгалтером работаю. Так что сейчас я пойду, подниму все документы и устрою полную проверку. А потом, когда мы её при разводе разделим, поучаствуем в тендере и посмотрим, как твоя часть сможет его без моей поддержки и спецов, которых нанимала я, выиграть.

– Как заговорила, – насмехается муж открыто.

Даже на пару шагов отходит и оглядывает меня с ног до головы глумливо.

– Не много ли хочешь, дорогая? Твоего здесь нет ничего. – так ещё и слова эти словно не произносит, а буквально выплёвывает в меня.

– Не много. Дочь после развода тоже останется со мной. Дом можешь оставить себе. Не хочу даже думать о том, что вы там с Юлей тоже по углам зажимались.

Аверин смеется громко, запрокинув голову. А потом вдруг резко замолкает и оказывается рядом со мной.

Мгновение ‐ и щеку опаляет огнем от хлесткой пощечины. Ахнув, я хватаюсь за нее рукой.

– Я смотрю, ты зарвалась сильно. Свободу почувствовала? А теперь слушай сюда, курица, – рявкает Виктор, хватая больно меня за волосы на затылке, – Эта фирма ‐ моя, полностью! Или ты забыла, как недавно доверенность на меня подписывала, чтобы я документы оформил? Так что здесь тебе больше ничего не принадлежит и уйдешь ты от меня с голой задницей. И дочь тебе, голодранке, никто не отдаст – сама побираться будешь ходить.

Я вцепляюсь в руку мужа, но хватка у него просто стальная.

Мне больно. Слёзы сами собой катятся из глаз.

Как он мог так поступить? Я ведь генеральную доверенность не просто так написала, а когда лежала в больнице с дочкой нашей. Еще полгода назад! Тогда сделки важные проходили и так как без моей подписи они не могли заключаться, я и подписала доверенность на Витю…

Здоровье дочери было дороже, да и мужу я доверяла полностью и безоговорочно. А он, оказывается, уже давно всё это провернул и только вид делал, что всё хорошо.

– Будь хорошей девочкой, Маш, – ухмыляется человек, с которым я прожила больше восьми лет, – Разведёмся, когда я скажу. А пока что ты остаешься моей женой со всеми вытекающими ‐ так что поезжай на рынок и приготовь ужин. И себя в порядок приведи, супружеский долг сам себя не выполнит.

– Ты… – шиплю я, дергаясь в его хватке.

– А я взамен, так и быть, после развода отсыплю тебе немного деньжат за то, что была такой удобной и хорошей, и позволю иногда видеться с дочерью. – но мой муж игнорирует мои сопротивления и продолжает.

С каждым предложением добавляя всё больше абсурда и ужаса ситуации.

– Позволишь иногда видеться с дочерью?! Ты с ума сошел?? Я не оставлю Юлю с тобой! – выкрикиваю ещё громче, чем до этого могла.

Но Виктор лишь холодно усмехается:

– А у Юли теперь будет новая мама. Та, в честь которой я её и назвал.