Развод. Ты стал для нас предателем

Глава 8

Отправляю крестик в чат, приняв предложение. Так всегда у нас принято в голосовании.

Получаю от Клавы смайлик в виде сердечка.

Засыпаю, свернувшись калачиком, измученная болью от скручивающих моё тело мышц.

Просыпаюсь, когда до меня доносится звук щелчка открывающейся двери.

— Привет, Ев, – тихо произносит Виталий, распахнув дверь в нашу с ним спальную комнату. — Я за вещами.

Нехотя поднимаюсь с кровати и иду за ним не здороваясь.

— Ты прости меня, Ев, – начинает он. — Я не хотел, чтобы так вышло, – сдвигает брови, стараясь удержать на моём лице взгляд, наполненный сочувствием.

Прислоняюсь к стене. Молчу. Не нахожу что сказать ему в ответ.

Отвожу от него взгляд, пытаясь побороть обиду, которая подбирается, удушая меня.

— Ев. Ты замечательная, – продолжает делать мне больно, подёргивая кожу своими словами. — У тебя обязательно всё сложится.

Он проводит по моему предплечью рукой, и я понимаю, что прикосновения не такие, как прежде. Сейчас они обжигают мою кожу, содрогая моё напряжённое тело от неприязни.

— Не трогай меня, – отстраняюсь от него ёжась. — Забирай свои вещи и уходи.

— Хм. Кто бы мог подумать, что мы когда-нибудь расстанемся с тобой, – произносит мягко.

Он тянется к моей щеке рукой. Хочет прикоснуться, но я отмахиваюсь от него, одарив его своим гневным пронзительным взглядом.

— Не нужно любезностей. Они ни к чему. Мы теперь с тобой чужие. Уходи, – настойчиво требую.

— Мы с тобой разные, Ев. Я просто хотел тебе объяснить это. В тебе не хватает лёгкости. Ты вечно занята своими делами. Ты забыла, что у тебя есть муж.

Прекрасно. А дела эти – наша дочь, наша семейная жизнь, благополучие нашей семьи.

— Ты прав, – смотрю на него холодным взглядом, стараясь быть как можно больше безразличной. — Это я тяжёлая. Это я слишком много отдавала тебе. Забывала про себя. Ты во всём прав, – нервно киваю, растянув свои губы в узкой полоске.

— Ты чё, Ев? Обиделась, что ли?

— Спасибо, что раскрыл мне глаза на саму себя, а то жила в какой-то полудрёме, – прорывает меня. — А благодаря тебе я проснулась. И теперь я не позволю тебе присутствовать в моей жизни.

— В твоей можешь, – перебивает он меня. — А в жизни Милы я буду участвовать.

С трудом глотаю.

— Как ты смеешь? – давлю на него своим взглядом, наполненным гневом. — Я не хочу, чтобы моя дочь каким-то образом касалась твоей личной жизни. Я не хочу, чтобы Мила проводила своё время с другой женщиной.

— Я услышал тебя, но и ты пойми меня. Алина очень порядочная, добрая, заботливая. Мне с ней легко и свободно. И Мила с ней хорошо общается. Мне даже кажется, что они уже начали сближаться понемногу. Так что, неизвестно, с кем останется наша дочь. В моей полной семье или с матерью-одиночкой.

Во рту появляется кислый привкус, от которого я тут же вздрагиваю, морща нос.

— Ты не посмеешь, – угрожающе проговариваю ему сквозь зубы, наполняясь сильнейшей энергетикой. — Ты можешь делать что хочешь. Милу я не отдам тебе.

Похоже, что Виталий смог разглядеть мой посыл. Его глаза блеснули, когда он качнулся от меня к дверям.

— Это мы с тобой ещё посмотрим, – быстро проговаривает он, хватая ручку чемодана. — У меня должна быть полная семья, а ты сможешь начать всё с нуля. Мужчину себе найдёшь. Родишь ему ребёнка и забудешь про нас, как сладкий сон.

— Так не будет, – возражаю ему, разогнав своё дыхание до предела. До того как начинает раздражаться моё горло от резких вдохов. До того как в моей груди начинает печь. — Мила для меня самое дорогое, что может только быть в моей жизни. А детей с Алиной вы и сами можете нарожать себе, – мой голос звучит громче. — Уходи…

Крепко сжимаю пальцы в кулак. Хочется вдарить ему посильнее, чтобы отбить всё желание воплотить в реальность свои навязчивые мысли. Чтобы даже думать не смог о том, чтобы разлучить меня с Милой.

Как тигрица смотрю на него, пожирая мелкого хищника своим взглядом, превосходящим в силах. Ещё немного и я перегрызу ему глотку.

Так я ощущаю себя сейчас, защищая свои границы. Защищая своё дитя.

Виталий выкатывает свои чемоданы на лестничную площадку.

— Придурошная, – кидает мне через плечо. — Живите пока, – разрешает через нервную усмешку. — С квартирой решим позже, как поступить.

Резким движением закрываю за ним дверь, не желая слышать вибрации его ужасного голоса, раздражающего меня.

Давлю на уши ладонями. Прикрываю глаза.

Неужели, всё, что происходит сейчас, это правда? Может это сон и я скоро проснусь? Но, даже во сне мои чувства ощущаются довольно остро. Слишком болезненно, чтобы не быть реальностью.

Слёзы горечи вырываются наружу. Бегу в ванную комнату, чтобы принять прохладный душ. Чтобы привести себя в чувства. Мне придётся пройти через определённые трудности и я чётко теперь понимаю это.

Снова обычный день. Обычные дела.

Сообщение от Виталия.

“На развод подам сам. Прочитай ещё раз наш брачный договор.”