Развод. Ты выбрал ложь, я выбираю правду

16 глава

– Дарья Альбертовна, что вы... – начинаю я в полном смятении, но договорить не успеваю.

Наташа, закатив глаза, перебивает:

– Пап, ты серьезно?! За дур нас принимаешь, что ли?! Все очевидно: Даша – не просто твоя подчиненная, она... она... да ты с ней нашу маму предал! А теперь еще и познакомить нас решил?! Ты считаешь, что это окей?! Зря нас мама все-таки к тебе отправила! Бабушка и дедушка сомневались, что это будет оправдано! И вот, пожалуйста! – она кивает на Дашку.

Та стоит, красная, как помидор, прекрасно осознавая, что прокололась.

Ксюша, которая обычно не так проворна, как старшая сестра, тем не менее, глядя на нее, тоже реагирует соответствующе:

– Да уж, пап... Мы такой подставы от тебя не ожидали. Мама уже сказала нам, что вы разводитесь. Но она не хотела, чтобы мы о тебе плохо думали. Даже доверила тебе с нами жить, кормить, помогать с уроками и все такое, но... ты сам все испортил. Непонятно, зачем.

– Я ничего не портил! – возмущаюсь я. – Наоборот, постарался сделать, как лучше! Вы ведь понимаете, что я не разбираюсь в вашем шмотье, как я должен был помогать с выбором платьем, купальников и сережек?! Вот я и пригласил свою подчиненную, свою подругу!

– Но она тебе не просто подруга... – перебивает Ксюша.

– Вас это не касается, ясно?! Мои личные отношения – не вашего детского ума дело! Вообще-то, Даша работает в бьюти, как и ваша мама! Она понимает, как подобрать красивую одежду, украшения! И она была рада вам помочь! Разве это так уж плохо?!

– Мог бы нанять нам тогда профессионального стилиста, если уж очень беспокоился о том, чтобы мы подобрали себе классные луки, – пожимает плечами Наташа. – Но точно не брать с собой женщину, с которой ты... ты... – у нее аж губы дрожат.

Понимаю, что она хочет сказать «спишь», но не решается на такое откровенно «взрослое» выражение.

Зато Ксюша сестринскую фразу заканчивает смело и совершенно убийственно:

– С которой ты кувыркаешься!

– Ксения! – шикаю на нее я, тоже краснея.

И откуда они только знает такие дурацкие выражения?!

– Не затыкай ее! – требует Наташа. – Потому что это правда!

– Ах вы, сопливки! – не выдерживаю я, подскакивая к ним, чтобы схватить за руки, оттащить в сторону, к туалетным комнатам, где нас никто не увидит, и высказать им все, что я думаю, а может, и по жопам надавать, но они мне не даются.

Наташа, у которой в руках были пакеты со всеми уже купленными вещами, вдруг резко швыряет мне их под ноги, потом кричит сестре:

– Бежим! – и первая бросается прочь.

Ксюша устремляется за ней.

– Твою мать! – рычу я и тоже бегу за ними.

Дашка остается стоять на месте, так что через пару десятков шагов я останавливаюсь, оборачиваясь к ней, и ору:

– Чего замерла?! Кашу заварила – помогай разгребать!

Тогда Дашка наконец отмирает и, все еще красная от стыда, бросается за нами.

Вот только за эти несколько секунд промедления девчонки успевают от нас сильно оторваться.

Выходной день, народу в торговом центре много, этажей – много.

Я смотрю вокруг – и не вижу дочерей.

Перегибаюсь через перила в центре этажа, чтобы посмотреть вниз и увидеть следующий ярус, но и там их нет.

Ловко же ускользнули куда-то, как крысы – за обои!

– Твою мать, твою мать! – рычу и бью по перилам ладонью.

В этот момент ко мне шагает заинтересованный происходящим охранник торгового центра:

– Здравствуйте, что-то произошло?!

– Да, мои малолетние дочери сбежали от меня!

– Сочувствую. Желаете объявить по громкой связи, куда они должны подойти, чтобы вы снова встретились?

– Твою мать! – рявкаю я, пораженный его несообразительностью. – Ты тупой, что ли?! Я же сказал – они сбежали! Не потерялись! Не пропали! Сбе! Жа! Ли! Сами! Добровольно! Ясно?!

– Товарищ... не знаю, как ваше имя... но не надо мне грубить и орать на меня, пожалуйста, я могу и полицию вызвать, и сам вас до ее прибытия задержать...

– С чего бы?! Берега попутал?! Богом себя возомнил?! Дай болвану немного власти – и он сразу начнет ею злоупотреблять! Но я тебе напомню: твоя работа – сумочки и туфельки охранять, а не угрожать людям, которые тебя выше по статусу, ясно?!

– Котик, уймись, умоляю... – шепчет под руку Дашка, крепко цепляясь за мой локоть и пытаясь оттащить от охранника.

Но мужчина уже слишком взбешен.

Он берет рацию, вызывает еще одного болвана-охранника, и они уже вдвоем пытаются призвать меня к порядку.

Я, окончательно взбешенный, ору на них матом и требую отвалить, но они берут меня под белы рученьки и тащат в какое-то подсобное помещение, чтобы вызывать полицию и передать меня копам.

Вменяют мне нарушение общественного порядка... ну вы только подумайте!