Развод. У мужа другая семья

Глава 7

Демид

- Алена, я так сильно люблю тебя! И никогда не собирался изменять! –стучит набатом в голове. – Почему все пошло не так…

У меня есть принципы, и верность жене входила в моё видение мира с молодости. Так жили мои родители, их родители, и я не хотел изменять семейному девизу «любовь идёт об руку с верностью».

Смотрю пристально на жену.

Алёна поднимает высоко подбородок, выдыхает тяжело и снова уточняет:

- Ты уверен, что тебе надо ехать именно сегодня? Я заказала ресторан, и мы проведем время вдвоем. Я и ты.

Серьёзно?

После четырёх лет косых взглядов в мою сторону, я должен вот так с бухты-барахты поверить, что всё изменилось?

- Алёна, мой отъезд не обсуждается, - говорю холодно, скрывая бурю, бушующую в душе. – Меня ждут в Питере сотрудники, я наличку должен им подвезти. Еще там у меня переговоры. Клиент сложный, хочу вести его сам, чтобы наверняка. И у Ники Лисицыной праздник – сыну шесть лет.

- Ника Лисицына – это телеведущая с питерского канала? – спрашивает Алена и заглядывает мне в лицо, дотошно изучает мою реакцию.

- Да, - отвечаю кратко. – Я заскочу туда, только подарок передам и всё.

- Ника, - Алёна не оставляет тему. – Она жена вашего оператора Игоря?

- Жена? Да так, встречаются, - нахожу быстрое определение отношениям, которых фактически не существует. Ника действительно встречается с оператором, он влюблен в неё по уши, а она создает видимость романтических отношений для остальных, чтобы верили в их роман.

Для алиби.

Хотя, я был бы не против, если бы она вышла за него замуж. Хорошая из них получится пара, и достойный отчим для моего сына. Жаль Ника этого не видит. Для неё существую только я, мой московский телеканал и переезд ко мне в столицу.

Она не хочет услышать меня и понять, что такой расклад невозможен.

Алёна задумчиво хмурится, кусает губы и на мгновение вижу в ее глазах беспомощность и тоску. Снова эти эмоции, которые не дают мне расслабиться.

Куда пропали задорные искорки в серых любимых глазах, которые я увидел пять минут назад?

Это было всего лишь притворство?!

Снова этот взгляд, заставляющий чувствовать себя последним гадом.

Воздух сгущается вокруг нас, и я ощущаю тишину кожей. Покрываюсь мурашами.

- У меня нет времени, должен успеть на Сапсан, - отрубаю себе путь к отступлению и слабости.

Прохожу мимо жены, поднимаюсь в спальню, быстро собираю дорожную сумку, не забываю бросить в неё подарок сыну. Проходя мимо детской комнаты, слышу звонкий голос Ариши.

Господи!

У них даже голоса похожи – как колокольчики.

Голос Машеньки снова звенит в ушах…

Захожу в комнату с розовыми обоями, и дочь, сидящая на мягком бежевом ковре на полу, тут же поднимается на прямые маленькие ножки в розовых колготочках, и бежит ко мне.

На дочке ярко-розовое модное платьице, а на светлой головке завитушки и пара заколочек с розовыми блестящими камнями.

- Модница моя!

Бросаю сумку на пол и поднимаю дочь на руки, целую ее жадно в тёплые щечки, она же в ответ щебечет, рассказывая, как провела день, показывает на Тимофея, спящего в кроватке для кукол. И я понимаю суть проблемы с полуслова – борзый кот занял место куклы, и Ариша не может справиться с ним. Боится его когтей.

- Я привезу тебе новые магнитики. Не скучай.

Опускаю дочь на пол, в одну руку беру черную кожаную сумку, в другую - черного кота, выхожу из комнаты.

- Ш-ш-ш, - шипит на меня Тимыч, когда я сбрасываю его как балласт у его лежанки на первом этаже. – Ты мне ещё помяучь! - рычу на него.

Спустя две минуты сбегаю по ступенькам и скрываюсь в гараже. Сажусь за руль внедорожника и стремительно выезжаю из гаража. Хочется поскорее уехать из дома, чтобы не встречаться больше с женой.

Чтобы не чувствовать себя монстром.

Спустя час уже сажусь в Сапсан на Ленинградском вокзале, еду в Питер, где меня ждёт сын.

Мужик, сидящий рядом, что-то всё время бормочет, вызывая у меня раздражение, и я прикрываю глаза, чтобы полностью отключиться от действительности.

Едва поезд начинает движение, как мои мысли начинают усиленно работать вместе со звуком колёс.

Перед глазами по-прежнему стоит стройный образ жены – ее красивое лицо, любимые глаза, сексуальная фигура.

Алёна… Алёна… Алёна.

Как же сильно мы любили друг друга всего каких-то двенадцать лет назад.

Оба были уверены, что ничто не разрушит наши отношения и чувства.

Но мы были молоды и сильно ошиблись.

Перед глазами всплывает один и тот же злополучный предмет… самокат.

И наша жизнь рушится и летит в бездну!

Я снова погружаюсь в прошлое восьмилетней давности и галстук сдавливает мне шею.