Развод. У тебя сын от другой

Глава 6

Сердце останавливается, а потом начинает колотиться где-то в горле. В груди разливается ледяной холод, а во рту мгновенно пересыхает, будто я глотнула песка.

— Как... как ты меня нашёл? - голос предательски дрожит, срывается на шёпот. Пальцы до боли впиваются в дверную ручку, костяшки белеют от напряжения.

Дамир молча смотрит на меня тяжёлым, почти физически осязаемым взглядом. Я знаю этот взгляд , так он смотрит на тех, кто осмеливается перечить его решениям. Властный, непреклонный взгляд человека, привыкшего подчинять. Раньше он никогда не смотрел так на меня.

Паника подкатывает к горлу, и я инстинктивно пытаюсь закрыть дверь, но его нога молниеносно оказывается в проёме. Он легко сдвигает дверь одной рукой и смотрит прямо мне в глаза. Моих сил не хватает, чтобы закрыть дверь. Да и куда мне соревноваться с сильным мучжиной, я ему едва до плеч достаю макушкой.

Сердце пропускает удар.

— Нам нужно поговорить, Альмани, - его голос звучит обманчиво мягко, но я слышу стальные нотки. - Ты не можешь вечно убегать.

— Убегать? - горько усмехаюсь, чувствуя, как к горлу подкатывает комок. - Это ты у нас специалист по тайным побегам. По двойной жизни. По лжи.

Его желваки напряжённо играют, признак едва сдерживаемой ярости. Я замечаю, как пульсирует венка на его виске, как сжимаются и разжимаются кулаки. Но я слишком хорошо знаю своего мужа, он не устроит сцену в коридоре отеля. Репутация превыше всего, не так ли? Молча отступаю, позволяя ему войти. Не хватало ещё, чтобы нас выставили отсюда за ночной скандал. Хотя, возможно, это было бы к лучшему...

Дамир проходит в номер размашистым шагом, закрывает дверь с мягким щелчком.

Его широкие плечи словно заполняют всё пространство маленькой комнаты. Или это просто воздуха стало меньше? Я невольно делаю шаг назад, упираясь спиной в стену. Как странно, впервые за двадцать лет брака я чувствую себя загнанной в угол в присутствии собственного мужа.

— Ты должна вернуться домой, - произносит он тоном, не терпящим возражений. Тем самым тоном, которым отдаёт распоряжения в своём офисе. — Это глупо прятаться по гостиницам. Ты ведёшь себя как капризный подросток.

— Должна? — от возмущения перехватывает дыхание, к щекам приливает жар. — Я тебе ничего не должна. Особенно теперь. Как ты смеешь говорить мне о долге после того, что сделал?

— Альмани, - в его голосе появляются угрожающие нотки, которые раньше предназначались только его бизнес-конкурентам.

— Нет, Дамир, — мой голос дрожит, но я заставляю себя продолжать. - Я ухожу. Подам на развод. Всё кончено.

Он резко подается ко мне, делая два широких шага. Оказывается совсем рядом. Меня обдает его привычным парфюмом. Такой мне привычный, родной… но теперь этот запах вызывает только страх.

В его тёмных глазах полыхает ярость, но голос остаётся обманчиво спокойным. И от этого контраста по спине бегут мурашки.

— Никакого развода не будет, - цедит сквозь зубы, его темные глаза метают молнии.

— Будет, - выдыхаю я, чувствуя, как предательски дрожат колени. Только стена за спиной держит меня, иначе уже давно упала бы к его ногам. - Ты же так хотел наследника, что завёл интрижку с девочкой, которая годится тебе в дочери! - мой голос срывается, и я ненавижу себя за эту слабость. - Теперь у тебя есть сын. Живи с ними, я не держу. Я даже желаю вам счастья, - последние слова выходят горькими, как полынь.

— Замолчи, - цедит он сквозь зубы, и я вижу, как побелели костяшки его пальцев, сжатые в кулаки. — Ты не понимаешь...

— Чего я не понимаю? — во мне вдруг просыпается отчаянная смелость загнанного в угол животного. — Что ты спал с собственной подчинённой? Что обманывал меня месяцами, а может и годами? Что все эти разговоры о командировках, о важных встречах были ложью? Что каждый раз, целуя меня, ты думал о ней? Что...

— Я сказал, замолчи! - его кулак с грохотом опускается на комод, и я вздрагиваю всем телом. Ваза с искусственными цветами падает, рассыпая пластиковые лепестки по ковру. Пальцами другой руки Дамир сжимает переносицу, закрыв глаза. Замолкает на минуту, а потом тихо, но решительно продолжает - Ты моя жена. Двадцать лет моя жена. И останешься ею.

— Почему? - выдыхаю я, чувствуя, как по щекам катятся непрошеные слёзы. - Зачем тебе я, когда есть молодая красавица с твоим сыном? С тем самым наследником, о котором ты всегда мечтал?

Дамир медленно поднимает глову ко мне. Его взгляд пугает, столько в нём холодной, расчётливой ярости. Я никогда не видела такого выражения в глазах человека, который каждое утро готовил мне кофе и целовал в макушку перед уходом на работу.

— Потому что я так решил, - чеканит он каждое слово, делая ещё шаг ко мне. - Ты всегда была мудрой женщиной, Альмани. Не вынуждай меня принимать... крайние меры.

По спине пробегает холодок, а к горлу подкатывает ком. За двадцать лет я никогда не видела его таким. Даже в самые тяжёлые моменты нашей жизни, когда мы потеряли второго ребёнка, когда его компания была на грани банкротства, он оставался моей опорой, моей защитой. А теперь...

— Это угроза? - мой голос звучит тише, чем хотелось бы. В висках стучит, перед глазами плывут тёмные пятна.

— Это факт, - он медленно направляется к двери, и каждый его шаг отдаётся у меня в голове гулким эхом. - Даю тебе время подумать. Но не слишком долго.

У самого выхода он останавливается, и я вижу, как напряжена его спина под дорогим пиджаком:

— И не пытайся подавать на развод. Ты знаешь, я этого не допущу. У меня достаточно... возможностей.

Дверь захлопывается с глухим стуком, похожим на звук падающей крышки гроба. Я медленно опускаюсь на пол у той же самой стены где стояла, чувствуя, как сердцебиение стучит в ушах.

В его словах не было прямой угрозы, но я достаточно хорошо знаю своего мужа. Знаю, на что он способен, когда кто-то противится его воле. Сколько раз я видела, как он уничтожал конкурентов, как ломал чужие судьбы росчерком пера...