Развод в 35. Не буду по тебе скучать

Глава 1 Дарина

— Дарина Андреевна! Подождите!

Я оборачиваюсь уже у самых дверей ВУЗа и вижу спешащую ко мне Катю. На ходу застёгивая кардиган, она прижимает к груди папку с документами и едва не скользит каблуком по мокрой плитке.

— Господи, дождь какой… — выдыхает она, догнав меня. — Вы как себя чувствуете?

Я машинально улыбаюсь. Наверное, за последние недели этот вопрос я слышу чаще собственного имени.

— Нормально. Насколько это сейчас вообще возможно.

Катя сочувственно морщится.

— Артур Сергеевич говорил, что операция уже совсем скоро.

От этого спокойного, будничного упоминания в очередной раз ёкает сердце. Слово “операция” до сих пор звучит слишком чужеродно. Будто речь идёт о ком-то другом.

— Через несколько дней, — киваю я, поправляя ремешок сумки на плече. — Вот как раз приехала обсудить с Артуром лекции. Хочу всё заранее организовать, чтобы потом не было хаоса.

— Вы всё о работе думаете, — качает головой Катя с лёгкой улыбкой. — Я бы уже давно лежала и истерила.

Я усмехаюсь.

— Поверь, желание есть.

Мы вместе заходим внутрь, спасаясь от сырого ветра. В фойе тепло и пахнет мокрой одеждой, кофе из автомата и почему-то свежей краской. Охранник привычно здоровается со мной кивком.

— Кстати, — вдруг говорит Катя, нажимая кнопку лифта, — у Артура Сергеевича сейчас опять эта студентка сидит.

— Какая студентка?

Она пожимает плечами так, словно сама не придаёт словам особого значения.

— Да я фамилию не помню. Светленькая такая. На первом курсе вроде. Она к нему уже вторую неделю ходит почти каждый день. Я уже шучу, что скоро ей отдельный ключ от приёмной выдавать можно будет.

Я удивлённо поворачиваю голову.

— Каждый день?

— Ну да. То с документами какими-то, то с проектом, то ещё с чем-нибудь. Сегодня вот опять пришла. Даже раньше меня иногда появляется.

Катя усмехается, а потом вдруг осекается, будто только сейчас понимает, что сказала это мне.

А я чувствую неприятное царапанье где-то в груди.

Странно.

Артур мне о ней ничего не говорил.

Хотя обычно он любит рассказывать о студентах, которых считает перспективными. Особенно если кто-то активно участвует в жизни ВУЗа.

Лифт тихо звякает, двери разъезжаются в стороны.

— Может, правда что-то важное по учёбе, — быстро добавляет Катя, заходя внутрь. — Вы же знаете студентов. Когда дедлайн горит, они кого угодно достанут.

— Угу, — только и отвечаю я.

Но неприятный осадок почему-то остаётся.

Это обычная ситуация, когда студенты заходят решать к нему какие-то вопросы. Он старается быть всегда в курсе происходящего, ближе к молодёжи. Мне кажется, в наше время это необходимость, когда работаешь со вчерашними школьниками.

Да и Артуру всегда нравилось это внимание. Нравилось быть для них не просто ректором, а таким современным, понимающим руководителем, к которому можно обратиться напрямую. Я даже горжусь этим. Тем, как легко он находит общий язык со студентами, как умеет расположить к себе буквально любого человека.

Поэтому первые пару минут в приёмной я даже не прислушиваюсь к тому, что происходит. И лишь спустя какое-то время замечаю, что тембр голоса у студентки какой-то уж очень заискивающий и вместе с тем с сексуальными нотками.

Сначала мне кажется, что я просто накручиваю себя на фоне усталости и нервов. Но потом до меня доносится тихий смех. Так смеются женщины, когда хотят понравиться мужчине.

Следом — голос Артура. Низкий, расслабленный. Не официальный. Не тот, каким он разговаривает со студентами обычно.

Отбросив моральные вопросы о том, имею ли я право подслушать, я подхожу ближе и застываю.

— Артур Сергеевич, ну что вам стоит? Войдите в моё положение.

Голос у девушки мягкий, тягучий, с капризным придыханием, которое обычно включают не для преподавателей и уж тем более не для ректора.

Я невольно замираю возле двери.

— Ирин, ты ведь прекрасно знаешь, что стоит мне создать один прецедент, как скидку будут требовать все.

Артур говорит негромко, устало. Тоном человека, который уже не первый раз объясняет одно и то же.

Я смотрю на матовое стекло двери, будто могу что-то через него увидеть. В коридоре тихо, только где-то внизу хлопает дверь аудитории и приглушённо гудят голоса студентов.

— А мы никому не скажем, — почти мурлычет девушка. — Да и я вам помогу. Понимаю ведь, что тяжело вам. Вы — мужчина в самом расцвете сил.

У меня внутри что-то неприятно царапает. Достаточно сильно, чтобы пальцы медленно сжались на ручке сумки.

— Ты на что намекаешь?

Теперь в голосе Артура появляется напряжение. И ещё что-то, что я не успеваю распознать.

Раздражение? Растерянность?

— Ну как… Дарина Андреевна всё по больницам, сейчас вот вообще пропадёт непонятно на сколько, а у вас потребности. Да и у меня тоже. Так что я тоже в накладе не останусь.

После этих слов у меня буквально немеют ноги.

Несколько секунд я просто стою, уставившись в одну точку перед собой, будто мозг отказывается нормально воспринимать услышанное.

Это настолько мерзко, настолько дико, что первая мысль — я неправильно поняла.

Не может же она всерьёз говорить это. Не может же…

— С ума сошла?

Артур произносит это резко, уже без прежней расслабленности. Где-то в кабинете скрипит мебель, будто кто-то резко поднялся с места.

— Тише, ну что так кричать? Там вон, за дверью секретарь ваша.

Она ещё и смеётся заигрывающе.

От этого смеха меня начинает мутить. Перед глазами вдруг всплывает фраза Кати про студентку, которая как к себе домой ходит сюда уже вторую неделю.

Внутри неприятно холодеет.

— Ирина, я ведь могу тебя прямо сейчас выгнать, и никакого диплома ты не получишь.

Теперь голос Артура звучит жёстче. Так обычно он разговаривает со студентами на дисциплинарных комиссиях.

Только вот…

Он всё ещё не выставил её за дверь. Не позвал охрану. Не прекратил разговор сразу.