Развод в 40. Агентство развлечений попаданки

Глава 8

Я так любила этот дом, а теперь готова бежать без оглядки. Всё потому, что он стал приютом другой женщины. Улина спрашивает: что-то не так? Хочется кричать об этом всему миру, но вместо признания говорю.

- Нет, милая, - касаюсь ладонью её лица. Кажется, произнеси я хоть что-то, она сразу же примет мою позицию, а я не желаю впутывать дочь в эту грязь. У неё должно быть будущее, и, как бы я не желала признавать силу своего мужа, но лишь Раэган способен дать ей защиту и титул. Как только я переступлю порог этого дома с чемоданом вещей, для меня будет всё кончено. Развод накладывает на женщину не просто отпечаток, а клеймо. Здесь всё куда сложнее, чем в другом мире.

Там женщину поддержит общество, потому что не следует терпеть издевательства над собой, здесь ты – имущество мужа, вещь, которой он вправе распоряжаться вплоть до того, чтобы запереть в монастырь или отправить куда-то с глаз долой. Попытайся сбежать – меня поймают и отправят в специальное учреждение для беглянок. Потому даже развод я должна заслужить. Я должна вымаливать его у мужа, а не гордо удалиться, как любая уважающая себя женщина. Но я не смогу. Я не стану его молить отпустить меня. Да и Раэган не первый год женат. Прекрасно осознаёт, что я не из робкого десятка. И примет моё решение. У него просто нет выбора.

- Говорят, что вы довольно приятная в общении женщина, - язвит Ливианна. Надо же, она наводила справки. У кого, интересно? Не у моего ли мужа? – Лукавят, - смотрит победно, будто выиграла битву.

- Говорят, что незваный гость хуже татарина, - вворачиваю фразу из прошлой жизни, и брови напротив сдвигаются на переносице, пока их хозяйка пытается уловить суть сказанного. – Не лгут.

Она не знает, кто такой татарин хотя бы потому, что их здесь не существует, но не признается в этом, чтобы не показать, что она глупа.

- Хватит, - раздаётся знакомый голос: глубокий и твёрдый, как камень.
Раэган появляется в дверях: высокий, хмурый, с залёгшими кругами под глазами, и у меня сжимается сердце от жалости, потому что я понимаю, что он устал. Это видно по его лицу и опущенным плечам. Слова могут лгать – тело никогда.

Он всегда возвращался разбитым и подавленным, ведь расстояние давало о себе знать. Он всё ещё зависел от меня, моих энергетических потоков, а потому рядом воскресал и духовно, и физически, чтобы потом снова отправиться в путь. Лишь единственный раз он пошёл у меня на поводу, взяв с собой, только поездка чуть не закончилась трагедией. Был обвал, под завалами которого оказалась и я по случайности, но меня быстро освободили, а вот другим не повезло. С тех пор Раэган даже не желает слушать о том, что я могу поехать с ним.

И вот из очередного путешествия он привёз с собой любовницу.

Машинально выпрямляюсь, не отпуская руку Улины. Его взгляд скользит по мне, потом по дочери и задерживается на той, что прячется за нашей спиной, как тень, ставшая плотью.

- Я надеялся, вы сможете поговорить, как того требуют манеры, — говорит он, делая шаг вперёд. Его голос ровный, но под ним слышен гул раздражения. – Это недостойно моих…, - он мнётся, подбирая слова. Ну же, давай заяви во всеуслышанье, что теперь у тебя новая жена! – Вас, - не находит он слова, явно перебрав жён, женщин, любовниц.

— Недостойно? - повторяю спокойно, хотя пальцы вцепились в ладонь дочери так, что она едва заметно вздрагивает. - Интересно, о чьём достоинстве ты говоришь?

Он смотрит на меня с тем выражением, что я давно выучила наизусть. Лёгкое сожаление, капля вины и холодная решимость поверх. Его решение уже принято. Он просто хочет, чтобы я смирилась.

- Улина, - говорит он вдруг, - оставь нас. - Голос строгий, который не требует возражений. Мы слишком давно вместе, чтобы не замечать подобных тонкостей. Он по-разному обращался с дочерью: ласково, играючи, с просьбой и реже с приказом, как теперь.

- Папа, - шепчет она, - я…

- Улина!

Дочь смотрит на меня немного испуганно. Она уже и сама догадывается, что гостья – причина нашей ссоры. Пусть мы не бросаемся в друг друга посудой, не кричим и не обзываем обидными слов, но между нами висит напряжение, и она это прекрасно понимает.

Киваю, отпуская её руку. Она уходит медленно, то и дело оборачиваясь, словно боится оставлять мать здесь одну между двумя врагами, стоящими от меня по обе стороны.

Не двигаюсь с места, а вот молодая жена спешит оказаться рядом с Раэганом, становясь за его плечо и касаясь ладони. Пытается заручиться поддержкой, но по дёрнувшейся щеке мужа понимаю, что ему не по нраву подобные нежности. Ей предстоит узнать, что он не из тех, кто показывает свои чувства на людях, как бы не любил. Он мужчина, дракон, эрд, в конце концов, которому не престало демонстрировать зависимость от женщины.

- Я пыталась подружиться, - нагло врёт Ливианна, говоря тихо. – Но твоя жена не из тех, кто раскрывает объятия. Она пытается настроить против и твою приёмную дочь.