Развод в 40. Месть ей к лицу

Глава 15

– Хватит! – вдруг выкрикивает Кирилл и мы оба оборачиваемся к нему. – Хватит, пожалуйста! Я не хочу выбирать!

В глазах сына блестят слезы и у меня сердце замирает и болезненно сжимается от этой картины.

– А выбирать и не придется, сынок, – голос Романа снова становится вкрадчивым. – Отец уже все решил за тебя. Алиса, последний раз предлагаю. По-хорошему.

– Уходи, Рома, – говорю я устало. – Ты мне больше никто.

Муж окидывает меня долгим тяжелым взглядом, едва ли зубами не скрипя. А потом на его губах появляется та самая усмешка, с которой он разговаривал со мной в спальне. Снисходительная, когда он думал, что победил и окончательно прогнул под себя.

– Ты сама вынуждаешь меня идти на крайние меры, Алиса. А я предупреждал. Я пришел не один.

Он отступает на шаг назад и повелительным жестом приглашает кого-то войти в квартиру с лестничной площадки. В прихожую тут же входит женщина редних лет, в строгом форменном костюме с папкой в руках. Она окидывает меня оценивающим взглядом, будто хочет просветить насквозь, как в рентгеновском аппарате.

– Алиса Андреевна Лисовская? – сухо уточняет она. – Инспектор по делам несовершеннолетних, Мария Аркадьевна Семенова. У нас заявление от вашего супруга, что вы представляете угрозу для собственного ребенка. Мы вынуждены временно передать вашего сына под ответственность отца, пока проводится проверка. Это в интересах вашего же сына.

Таня ахает. Я молча прожигаю взглядом мужа и тот торжествующе смотрит на меня в ответ, считая себя победителем. Даже не хочется разочаровывать его и говорить, что я утром сама собиралась отвезти Кирилла домой и высадить неподалекц от нашего подъезда. Раз младший сын решил выбрать сторону отца, я не буду препятствовать. Я не железная, у меня тоже есть чувства.

Инспектор делает шаг вперед, обращаясь к Кириллу.

– Мальчик, не бойся. Тебе нужно будет проехать с папой. Это просто формальность.

Кирилл в слезах переводит взгляд с женщины-инспектора на отца, потом на меня. В его глазах сменяется так много чувств разом, что, несмотря на боль, причиненную сыном, и обиду на него, мне становится искренне жаль своего мальчика.

Вот так и ломается детство, и становишься окончательно взрослым, когда начинаешь осознавать неприглядную правду. А Кирилл, судя по всему, понемногу осознает, что его мечта о Гарварде будет оплачена моим полным уничтожением.

Он нервно закусывает губы, стискивает кулаки и молчит, сопя от слез. А потом делает то, чего не ожидает никто.

Кирилл шагает ко мне, крепко хватает мою ладонь.

– Я не поеду с папой, – дрожащим голосом заявляет сын, избегая смотреть на Романа. – Я останусь с мамой. Это отец во всем виноват, он довел ее!

На лице Лисовского впервые за весь вечер проступает неподдельное изумление, которое быстро сменяется яростью. Он явно не ждал, что Кирилл после всех озвученных угроз внезапно пойдет на попятный. Идеальный в его глазах план дал сбой. Инспектор хмурится, ведь ситуация перестает быть стандартной.

Я ободряюще улыбаюсь сыну и стискиваю его ладошку в своих пальцах. В груди вспыхивает горячая благодарность, что Кирилл все-таки остался рядом, что выбрал меня и никакие деньги все-таки не перевесили любовь ко мне.

– Я не могу заставить ребенка уехать силой, он уже достаточно взрослый, чтобы выбирать, с кем остаться, – говорит Семенова, растерянно взглянув на Романа. – Но я зафиксирую отказ и тот факт, что вы, Алиса Андреевна, находитесь с ребенком в неизвестном мне помещении после инцидента, который ваш муж квалифицирует как похищение. А завтра передам все начальству.

Роман приходит в себя, смотрит на сына уничтожающим взглядом и я на автомате, подчиняясь материнскому инстинкту, задвигаю ребенка за себя. Прячу и с вызовом отвечаю полным ненависти взглядом, гордо держа подбородок. Что, Ромочка, не все, выходит, можно купить?

– Хорошо. Как скажете, – скалится муж, произнося слова раздельно, с паузами, как делает лишь в моменты, когда в настоящем бешенстве. – Зафиксируйте. И адрес тоже зафиксируйте. Полагаю, моим адвокатам и наряду полиции, который приедет сюда по заявлению об угоне и нападении, он очень пригодится.

Он разворачивается к инспектору.

– А к вам я завтра зайду с документами и показаниями свидетелей. Думаю, после этого вопрос, с кем останется ребенок, будет решен окончательно.

Роман бросает на меня последний взгляд.

– Наслаждайся отдыхом, дорогая. Это твоя последняя спокойная ночь. А ты, Кирилл... – он веско замолкает, хмыкает: – Ты очень пожалеешь, что решил пойти против меня и выбрал не ту сторону.