Развод в 40! Новая жизнь бывшей жены дракона

24

— Ладно, скажу тебе. Дела идут плохо, Алисия, — произнёс отец. — Несколько лет подряд были то неурожай, то морозы — набрал долгов под большие проценты, чтобы прокормить население, в результате дорого расплачиваться теперь. Едва наскребаю. Так что земли приданого вернуть нам позарез надо — тогда закрою долги. И нужно успеть подать в суд, пока твой дракон не переписал всё на свою молодую! Я как раз этим занимался, когда ты меня выдернула с колесом у кареты. Так что я сейчас тебя отвезу — с рук на руки передам и сразу обратно! А ты смотри держись подальше от Норфолка, наедине не оставайся, в постель прыгнуть — дело пары минут, а последствия разгребать потом нам всем.

Я закатила глаза.

Ночь уже истлела, когда мы подъехали к дому сестры на окраине столицы.

Утренние лучи мягко освещали городскую улицу. Нужный дом стоял в один ряд с другими — двухэтажный, с белым фасадом, по которому тянулся вьюн. Дом был раз в пять меньше нашего с Гарольдом, но зато в столице, в тихом районе.

Мы с отцом вышли из кареты. В груди бродило волнение. Сестра меня не ждёт — нужно было предупредить письмом, но это время, а время для меня сейчас враг, нет у меня лишних дней и недель на переписку. Всё так стремительно! И как же неловко без гостинцев… и вообще без всего! Нуждающаяся и брошенная, за руку с отцом — стыдно. А как сестра примет? Что скажет?

Мы поднялись по ступеням крыльца, отец постучал в дверь. И я затаила дыхание.

Дверь распахнулась.

Мелани я не видела много лет, и поэтому не сразу узнала роскошную молодую женщину, бросившуюся меня обнимать прямо с порога. Сестра выглядела очень-очень модной и ухоженной.

— Алисия, сестрёнка! Вот это неожиданность! Папа! Привет!

— Мелани, боже мой! — проговорила я. — Неужели это ты! Прости, что без письма, всё так быстро произошло.

— Что случилось? Говорите же!

— Алисии нужно пожить у тебя какое-то время, ей больше негде. Хочет диплом получить, — сказал отец.

— А как же Гарольд? — Мелани вскинула тонкие огненные брови.

— Я развелась, — проговорила я, сглатывая вырастающий ком в горле.

— Господи, Алисия… — сестра вытаращила глаза. — Ты расскажешь, что случилось?

— Я поеду домой, дочки, дела ждут! — вставил отец.

— Даже не зайдёшь?

— У нас готовится суд, некогда мне. Давай, Алисия на связи! — кивнул отец и развернулся.

— Мама! Мама! Кто там пришёл? — раздался детский голос.

В гостиную выбежали две прелестные девочки, и Мелани стала представлять мне детей:

— Это моя старшая Кэтрин, ей уже восемь, а это — Донна, ей шесть. Роберта, моего мужа, нет дома, он на службе, будет вечером! Девочки, познакомьтесь, это — ваша тётя Алисия.

— Здравствуйте, тётя Алисия! — ответили девочки хором.

— Ну, что мы стоим на пороге? Идём в кухню пить чай! — воскликнула сестра. — А вы девочки — идите наверх, скоро придёт ваш учитель, нужно подготовиться к уроку! — строго добавила она.

Мелани повела меня по своему прекрасному дому в сторону кухни.

Особняк был небогат, но наполнен уютом. На столе в кухне была выстлана простая льняная скатерть в клетку, а на ней стояла ваза с пионами. Я так любила, когда в доме живые цветы — всегда приносила из сада и расставляла в вазах.

Сестра усадила меня за стол, налила чай. Мне кусок в горло не лез, но я заставила себя выпить чай с сахаром, чтобы у тела были силы на борьбу. Сестра выслушала мой рассказ, и у меня с груди словно упал камень — сестра ничем меня не упрекнула, не сказала, что я виновата сама. Наоборот, сказала, что у меня отличный план, я молодец и обязательно справлюсь.

— Папа скупердяй страшный! — посетовала сестра. — Мама тоже жаловалась, что он отказался купить ей новое платье.

Я отвела взгляд и промолчала — папа хочет, чтобы его считали жадиной, нежели бедняком — его право. Я не могла раскрыть его секрет.

— Отец велел сжечь все вещи, которые привезла от Гарольда, потому я надела твоё платье.

— О, так это моё? А я совсем про него забыла, мне оно совсем не шло, а тебе, между прочим, изумительно идёт! — заметила Мелани. — Фигура у тебя отличная, Лис. Ты что-то делаешь с этим? Заклинание? Просто я начала полнеть, ух, как мне это не нравится! Поделись советом!

— Я ничего не делала, Мел, совсем, — качнула головой я. — Видимо, я много работала в нашем саду, сама возилась на клумбах, мне это нравилось, и ещё, наверное, много нервничала в конце каждого месяца, когда нужно было подбивать счета — вот там даже есть некогда было! — и мы обе рассмеялись.

— А как твои дети восприняли? — спросила Мелани.

— Дети… довольны, как сказал Гарольд, — ответила я с печальной усмешкой. — Они правда были очень рады столичным возможностям и отправились с отцом. Ну, конечно, я за них очень переживаю: новые знакомства, возможности, могут ведь быть и враги — страшно за них. Я стараюсь не думать. Ну, а то, что я оказалась им не нужна — что ж… — я пожала плечами. — Ужасно обидно, ведь я их так любила. И люблю. Ну что ж, нельзя же заставить любить себя насильно! — вздохнула я. — Ладно, Мелани, мне уже пора! Нужно в академию, скорее всё узнать! Спасибо за чай, сестрёнка, и за тёплую встречу, я скоро вернусь, — я поднялась из-за стола и обняла Мелани за плечи.

— Ой, Алисия, как же ты поедешь, на возьми денег на экипаж! — воскликнула Мелани и вытряхнула на стол свой кошелёк.

— Я тебе всё отдам, как только смогу, — проговорила я, глядя на монеты, которые сестра придвинула мне.

Мы поцеловались на прощание, и я побежала.