Развод в 40. Спаси мое сердце

Глава 1

Каждое мое утро начинается одинаково. Звонит будильник, и через минуту в спальню влетает Мишка, запрыгивает на меня, прячущуюся под одеялом, и начинает голосить: — Мама, утро настало. Просыпайся! Кушать, кушать, кушать! — голосит Мишка.

Мишка — мой средний сын, ему девять лет, и он очень активный ребенок. Просыпается от любого звука и тут же наполняется энергией, выливая ее на всех, кто рядом.

— Уди, уди… — гудит под боком младший сын Алешка.

Младшему, Алешке, четыре года, и он ненавидит вставать рано. Ночью он приходит со своим плюшевым монстром ко мне в постель и ложится под бочок. В садик Алешка только начал ходить, и ему это категорически не нравится.

— Все, встаю уже! — отзываюсь я, чтобы как-то угомонить Мишку.

— Дайте поспать… — рычит муж, и тут уже все понимают, что нужно уходить из спальни. Отнять у мужа его полчаса сна может приравняться к измене.

Я встаю с кровати, ухожу на кухню. Алешка закручивается в одеяло, бредет за мной, плюхается на кухонный диван и засыпает. Мишка крутится вокруг меня, рассказывая о своих планах на сегодняшний день:

— Мама, у нас сегодня физкультура — будем эстафету бежать! Мы с друзьями договорились, что пойдем вместе и выиграем у «А»-шников. Кроссовки я беру новые.

— Ты же их только на футбол носишь.

— Мама, они счастливые! А выиграть «А»-шников надо. У них там все пацаны на спорт ходят.

Я готовлю завтрак. Это тот еще квест. Алешка любит манную кашу, Мишка ее терпеть не может, но если добавить нарезанных фруктов — то терпит. Овсяную кашу любят и Миша, и Леша. Старший сын… Ох, надо старшего будить.

Конец ознакомительного фрагмента

Ознакомительный фрагмент является обязательным элементом каждой книги. Если книга бесплатна - то читатель его не увидит. Если книга платная, либо станет платной в будущем, то в данном месте читатель получит предложение оплатить доступ к остальному тексту.

Выбирайте место для окончания ознакомительного фрагмента вдумчиво. Правильное позиционирование способно в разы увеличить количество продаж. Ищите точку наивысшего эмоционального накала.

В англоязычной литературе такой прием называется Клиффхэнгер (англ. cliffhanger, букв. «висящий над обрывом») — идиома, означающая захватывающий сюжетный поворот с неопределённым исходом, задуманный так, чтобы зацепить читателя и заставить его волноваться в ожидании развязки. Например, в кульминационной битве злодей спихнул героя с обрыва, и тот висит, из последних сил цепляясь за край. «А-а-а, что же будет?»

Бегу к старшему сыну. Он лежит в постели, уже не спит, но вставать не торопится — видео в телефоне смотрит. Из телефона его не вытащить. Есть свободная и несвободная минута — все внимание там.

— Макс, вылезай из кровати!

— Ну, мам… — тянет старший сын-подросток, которому шестнадцать, и он уже «очень взрослый» и сам знает всё лучше меня. — Ну, я все успею. Это малых подгоняй.

В комнату Макса влетает Мишка:

— Макс, ты придешь на меня смотреть? У нас эстафета в спортзале!

— Да ну. Вот еще на малышню смотреть… — не отрывается от телефона Макс.

— Я тогда Алине покажу твои детские фото в тазике, где ты голый! — говорит Мишка, показывает язык брату и убегает.

— Ах, ты говнюк мелкий! — кричит Макс и бежит за братом, который уже спрятался в ванной. — Миха, выходи, уши надеру!

Алина — это девушка и любовь Макса, а Мишка постоянно шантажирует брата, зная о его чувствах.

Я притворяюсь, что меня нет в этой комнате. Я на Мальдивах. Рядом шумит океан, птички щебечут, ветерок успокаивает. На пляже никого. Тишина, покой.

— Мам, кушать хочу, — дёргает меня сонный Алешка за пижаму.

— Не быть маме на отдыхе, — улыбаюсь я, беру Алешку на руки и иду на кухню.

— Муррр, — кошка трётся о ногу, оставляя кошачью шерсть на пижаме. Дождалась, когда проснусь, и пришла за своей пайкой еды.

Мои мужики — неважно, какой у них возраст — поглощают много еды. Каша с фруктами, нарезанные фрукты, бутерброды с колбасой, печенье с молоком и, конечно же, чай. Муж у меня любит по утрам только кофе, два варёных яйца и бутерброд с колбасой. Я только успеваю ставить тарелки.

— Лёша, кушай, мы опоздаем, — подгоняю я младшего.

— Мам, а я уже всё съел. Посмотри, — говорит Мишка.

— Спасибо, — говорит Макс с набитым ртом, убирает за собой посуду и идёт к себе в комнату. Макс предпочитает лишних телодвижений не делать: набить рот и полежать.

— Миша, иди умывайся. Макс, собирайся.

Быстро мою посуду, оставляю завтрак для мужа.

— Лёшка, ты доел?

— Да.

Я закидываю Лёшку на руки и иду его переодевать. Лёшку собирать дольше всего — он будет крутиться и очень много задавать вопросов.

— Мама, не хочу в садик.

— Я знаю, Лёш, но вот посмотри: братья — в школу, я — на работу.

И так восемь раз подряд по кругу, иногда дополняя вопросами обо всём, что кругом творится.

— Миша, переодень рубашку.

— Мам, норм.

— Миша, не норм. Она мятая, и если ты думаешь, что ты её снимешь и будешь в майке по школе ходить, а я не узнаю, то ты ошибаешься. Мне сразу доложат и фото пришлют нарушителя порядка.

Чуть кто-то из моих пацанов накосячит — мне моментально пишут в чат. Мишка — активный хулиган, Макс — ленивый подросток.

— Ну маааам, — зудит Мишка.

— Мам, мам, мам, — без остановки зовёт младший.

— Да, Лёш.

— Накажи Мишу. Накажи, — требует Лёшка кровожадным тоном монстра.

— Ах ты, малой! — Мишка даёт щелбан Лёшке, Лёшка кусает брата за руку. Оба орут как ненормальные.

— Ну хоть я нормальный получился, — смеётся Макс.

— Все, угомонились! Я быстро собираюсь, вы все даёте мне пять минут.

Я быстро переодеваюсь, наспех расчёсываюсь, умываюсь и чищу зубы.

— Серёж, вставай, мы ушли. Завтрак на столе, — целую мужа в щёку и спешу к своим хулиганам, пока они друг с другом не подрались.

Мои мальчишки уже затискали кошку Люсю, младшие колотили по аквариуму с черепашками. Да, мне мало печали — у нас ещё и животные дома: два хомяка, три черепашки и кошка. Как все выжили в этом дурдоме — непонятно.