Развод в 40. Вспомнить о себе

Четырнадцатая глава

Сердце замирает, а по спине пробегает холодок. В голове крутится лишь одна мысль: неужели Тараса так быстро отпустили? Я сейчас совершенно не готова вновь с ним встречаться. Напряжение вокруг такое, что, кажется, будто сейчас лопнет воздух.

Щелчок. Дверь распахивается, и на пороге возникает… Алиса.

Любовница моего мужа заходит в квартиру, по-хозяйски бросая свою сумочку на пуфик, и захлопывает дверь. Она не замечает нас и продолжает раздеваться. А я буквально остолбенела от её наглости, ей стало мало моего мужа, так она ещё и на мою жилплощадь решила замахнуться?

Хотя, откуда она узнала, где я теперь живу? И что ей вообще тут понадобилось?

Она вешает свою куртку на вешалку и наконец-то замечает, что она здесь не одна.

– Вы как сюда попали? – взвизгивает она.

– Мы?! – кажется, чья-то наглость не знает границ.

– А кто? Вы вломились в мою квартиру, – рявкает Алиса, голосом, полным яда. – Проваливайте, пока у вас не начались проблемы.

Она окидывает нас злобным взглядом, словно мы – стая назойливых мух.

– Это моя квартира, – произношу я, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри всё кипит от гнева.

– Твоя квартира? Да не смеши меня! – фыркает она. – Тарасик сказал, что эта его квартира пока пустует и я могу побыть здесь, пока у меня в квартире ремонт. Что, решила отжать его имущество себе? Держи карман шире, клуша.

– А вот это ты зря, девочка, – произносит Рита. – Лучше тебе быстро собрать всё своё добро и свалить отсюда по-хорошему.

– Что, без подружек духу прийти не хватило? – презрительно усмехается она, напрочь проигнорировав слова подруги. – Зато какую деловую из себя строила. Приобрела она! Проблемы ты приобрела, поняла? Сейчас я Тарасу позвоню, и он быстро вышвырнет вас отсюда. Ради меня он на всё готов. А ты, Тамара… ты просто старая, никчёмная и никому не нужная жена. Он давно мечтал от тебя избавиться!

– Куда ты ему позвонишь? – насмешливо говорит Рита. – В СИЗО?

– Ничего умнее придумать не смогла? – небрежно бросает ей разлучница, а потом вновь смотрит на меня. – Хотя о чём это я, твои подружки такие же курицы, как и ты. Кучка никому не нужных старых жаб, которые собрались втроём, потому что одна наседка не смогла удержать своего мужика.

Маргарита делает шаг вперёд, но я хватаю её за руку и останавливаю: это не её разговор.

А та, словно ничего не замечает и продолжает, смакуя каждое слово, словно облизывает леденец.

– И твоя дочь… Анечка, да? Ты вот строишь из себя всю такую правильную, а дочь воспитать не сумела. Да она ничем не лучше меня. Ещё удивительно, как на неё кто-то позарился, учитывая, что она вся в мать: ни кожи, ни рожи…

Если до этого я собиралась цивилизованно с ней поговорить, то после слов о моей дочери внутри меня будто взорвалась атомная бомба. Да как она посмела тронуть Аню! Мою девочку! Этого я ей никогда не прощу.

Рывком бросаюсь на эту нахалку и с силой вцепляюсь в её наращенные волосы.

– Закрой свой грязный рот и не смей так говорить о моей дочери! – ярость ослепляет меня, и я больше не контролирую себя.

Алиса визжит, пытается вырваться, царапается, даже пытается ударить. Но я не отпускаю. Она заплатит за каждое слово!

– Тома, остановись! Ты что делаешь? – кричит Рита, пытаясь оттащить меня.

– Томочка, отпусти, она же специально провоцирует тебя, – Зоя пытается разжать мои руки.

Но я никого не слышу. В ушах стоит звон, перед глазами – только её мерзкая ухмылка. Я и так слишком долго слушала её, настала пора ей ответить за свои слова. Я чувствую, как она пытается вырваться, царапая мои руки до крови. Но я не собираюсь её отпускать. Не сейчас. Не после всего, что она наговорила.

– Ах ты, старая ведьма! – вопит эта хабалка, пытаясь дотянуться до моего лица. – Да я на тебе место живого не оставлю.

Её слова только подливают масла в огонь. Я трясу её голову из стороны в сторону, словно тряпку, а она визжит и брыкается.

– Тома, прекрати! Ты же сейчас убьёшь её! – Рита старается разнять нас. – Зоя, скорее неси холодную воду.

Внезапный поток воды обжигает кожу, мгновенно возвращая меня в реальность из багровой пелены ярости. Я вздрагиваю всем телом, отпускаю волосы Алисы, и она отлетает в сторону, как тряпичная кукла. Дышу тяжело, как после долгого забега, грудь вздымается, а в голове всё ещё пульсирует гнев.

Алиса сидит на полу, прижимая руки к голове и всхлипывая. Её лицо искажено ненавистью и страхом.

– Ты… ты сумасшедшая! – хрипит она, глядя на меня исподлобья.

– И эта сумасшедшая никому не позволит обижать её дочь, – отвечаю я, голос дрожит от переполняющих меня эмоций.

Рита и Зоя стоят между нами, словно миротворцы на поле боя. Они смотрят на меня с тревогой и укором.

– Тома, успокойся, прошу тебя, – говорит Рита мягким голосом. – Поверь, мы не оставим это всё просто так, но это уже слишком.

– Я ничего ей не сказала, когда застала их с Тарасом. Я вела себя в рамках приличия, когда она вышла ко мне из его машины. Но ты слышала, что она несла про мою дочь? – возражаю я, чувствуя, как внутри снова поднимается волна гнева.

Зоя подходит ко мне, берёт за руки и заглядывает в глаза.

– Томочка, милая, она не стоит того, – шепчет подруга. – Она же специально пытается тебя задеть, вывести из равновесия.

Я смотрю в её добрые, участливые глаза и чувствую, как гнев постепенно отступает, сменяясь опустошением. Они правы. Она просто хотела меня спровоцировать. И ей это удалось.

– Ну всё, ты попала, курица! Я этого так не оставлю, – шипит Алиса, поднимаясь на ноги и отряхиваясь. – Вы вломились ко мне, угрожали, избили… А за это тебе уже светит статья.